Обрекая на проклятье

Глава 16 «Мне нужна правда»

— Будет больно, — в очередной раз предупредила Агнесса, держа раскалённый клинок над запястьем Валтера. Он лишь отрешённо кивнул, с силой сжимая челюсти, будто пытаясь не издать ни звука, который мог бы выдать его слабость. Когда она вычищала раны от гноя, ему казалось, что самое страшное уже позади. Но он не ожидал, что вместо каких-то отваров или примочек, она решит прижигать его запястья. Раскалённый клинок, подаренный им же, быстрыми и точными движениями касался разорванной плоти, выжигая каждую клеточку тела. Каждый его вздох был мучительным, как если бы его душу вырывали вместе с кожей.
— Можешь не сдерживаться, — бросила она, опуская клинок в чугунок с водой. Нагретая сталь шипела, искрясь, и Валтер ощутил, как боль разливается по его телу с каждым таким звуком.
— Скажи, что ты закончила хотя бы с этой рукой, — почти взмолился Скорпион, его голос стал прерывистым от боли.
Они сидели где-то в лесу, сами не зная точно, где. Карта, вложенная в его походную сумку, осталась в Аркануме Львов. Они старались как можно дальше отойти от сожжённых развалин храма. Агнесса почти тащила его на себе, не издав ни единой жалобы, что не могло не вызвать в нём уважения или даже возможно восхищения. Самому Валтеру казалось, что он в каком-то сне, всё было таким нереальным. Его тело горело в агонии, ноги были ватными, он едва переставлял их, пытаясь хоть как-то облегчить Агнессе ношу.
Благо они набрели на небольшой пруд, и там Агнесса скинула с себя его измученное тело. Целительница быстро развела костёр, наполнила чугунок водой и, доведя её до кипения, начала очищать его раны, чтобы предотвратить заражение. Она выглядела так естественно, погружённая в это не совсем чистое занятие, будто именно для этого она родилась. Он думал, выглядел ли он также естественно, убивая людей? Внутри Валтер с горечью осознавал, что он стал частью этой тёмной стороны, не получив ни малейшей возможности выбрать.
— Скажу, что ты хорошо держишься, — похвалила она, опуская клинок в огонь.
— Не стоит льстить, — отмахнулся он, с ужасом посматривая на клинок, который нагревался в огне. Это стало для него чем-то вроде враждебного предвестия, и тем не менее, он не мог отвести взгляд. Она пыталась отвлечь его внимание, и он даже чувствовал какое-то облегчение от этого.
— Не капли лести, — ухмыльнулась Агнесса, убирая руку с сжатым клинком от огня. Накалившаяся рукоять обжигала её ладонь, но она старалась не обращать на это внимания. Другой рукой она обхватила его ладонь, притягивая её ближе к себе, как будто таким образом хотела забрать его боль.
Целительница сидела перед ним на коленях, её лицо было уставшим, волосы спутались и лезли в лицо. В её глазах было столько решимости, но в то же время — беспокойства. Агнесса искала его взгляд, стремясь передать уверенность, но он оставался всё таким же измученным. Она стремилась заразить его своей уверенностью, но его мысли всё ещё были утеряны в боли.
Этот грёбанный клинок всё равно причинял ему боль, пусть она и не прирезала его им. Он снова не сдержал крики, когда она прижигала его плоть. Запах горящей кожи был невыносимым. Всё, чего он хотел, — чтобы это закончилось. Как бы Дева не пыталась сделать это как можно быстрее, всё равно, в её глазах отражалась боль, которая была у него в душе.
Скорпион рычал, каждый вздох срывался с него, и даже когда он перестал осознавать, что происходит, он не чувствовал облегчения. Он не заметил, как провалился в сон или потерял сознание.

Валтер очнулся на рассвете, с рядом спящей Девой. Она подложила ладошку под щеку и мирно посапывала, повернувшись к нему лицом. Прирученные ею звери в его душе лизали ей лицо, словно добрые псы. Привычная боль в запястьях вернулась, как бы напоминая о себе, но это была скорее приятная боль. Он заметил, что она подложила ему под голову свою сумку и сняла с него меч, он лежал на расстоянии вытянутой руки. Валтер рассматривал её лицо, пока она не могла этого заметить, как и в первый их привал. В этот момент он почувствовал, что находился там, где должен быть — рядом с последней Девой. Эта ночь изменила слишком многое. Он уже не знал, кем был, но знал, что ему нравится быть кем угодно рядом с ней. Он будет тем, кем она захочет. Проблема лишь в том, что она сама не знала, кем являлась.
— Как... как ты себя чувствуешь? — запинаясь, спросила сонная Агнесса, моргая, чтобы сфокусировать на нём взгляд.
— Как будто вернулся из Чистилища, — отозвался Валтер, слаживая руки на животе. Он пытался найти более удобное положение, чтобы меньше болело, но всё было тщетно.
— А, значит, уже лучше, — слабо улыбнулась она ему в ответ, её голос был всё ещё усталым, — В прошлый раз ты говорил «как дерьмо деморога», — передразнила она, наблюдая, как уголки его губ чуть приподнялись.
— Ты раньше уже делала это? — спросил он с нескрываемым интересом. Валтер был под впечатлением от точных движений Целительницы. — Я думал, вы только цветочки собираете.
Агнесса смерила его недовольным взглядом, принимая сидячее положение.
— Нет, не делала, — ответила она, поправляя свои запутанные волосы и пытаясь расчесать их пальцами.
— Ты выглядела слишком самоуверенной для дебюта, — заметил Скорпион, наблюдая за её движениями. Это был не вынужденный интерес, не вытягивание информации, он просто хотел узнать, какой она была до всего этого.
Целительница в свою очередь не торопилась с рассказами. Даже если учитывать сегодняшнюю ночь, ей нужно было больше времени, чтобы преодолеть свои барьеры.
— Эм... мне тогда было лет десять, — неловко начала она. — Бабушке принесли на руках мальчика, он отрубил себе половину ступни, когда игрался с топором, — она неприятно поёжилась, вспоминая тот момент. — Тогда я впервые увидела эту сторону Целительства — не усыпанную травами и ароматными отварами, а жестокую, с привкусом крови во рту, — Агнесса встретилась с ним взглядом, находя некое понимание в его глазах. — Тогда я тоже удивлялась точным движениям своей бабушки, она игнорировала крики и мельтешащих перед глазами родителей, которые были лишь гостями в Аркануме Дев. Насколько я знаю, Уильям остался жив, без заражения или воспаления, — продолжала Целительница.
— И ты захотела быть такой же, — закончил за неё Валтер. Агнесса кратко кивнула, закончив возиться с волосами. Она придвинулась к нему, пощупав рукой его лоб. Её прохладная рука напомнила Валтеру, как горело его тело.
— Но отваров никто не отменял, у тебя жар, — заключила она, отстраняясь. Валтер пожал плечами, он действительно чувствовал себя лучше, чем ночью.
Агнесса удалилась в поисках своих трав, оставляя его одного. Не с первой попытки, но всё же он смог принять сидячее положение. Голова шла кругом от резких движений, поэтому он не торопился вставать. Чем больше прояснялись мысли, тем назойливее звучал главный вопрос в голове: что они будут делать теперь? Он ощущал, что был абсолютно сбит с толку. Его мир не разрушился за секунду, это происходило постепенно, когда Валтер начинал осмысливать себя по-другому. Всё, чему он был предан, оказалось ложью. Его использовали как пешку в своих целях, и он точно знал, что намерен это изменить. Скорпион хотел понять, чего хочет, ведь всю свою жизнь он исполнял чужие приказы, что лишило его способности понимать самого себя.
— Тебе нельзя вставать, Валтер! — услышал он гневный голос Целительницы за своей спиной. Через секунду её руки уже лежали на его плечах, с усилием укладывая его на спину. Скорпион не стал сопротивляться, послушно укладываясь в прежнее положение.
— Долго ты не сможешь меня удерживать, — предупредил Валтер, шуточно изображая угрозу в голосе.
— Будешь лежать столько, сколько скажу, — отрезала она с серьёзным видом, хотя уголки её губ упрямо ползли вверх.