Обретший Надежду

Глава 27

Первые мгновения сидели в машине молча. Сколько прошло минут – Надя не представляла. Она ушла в это тихое ощущение «здесь и сейчас». Находиться рядом именно с этим мужчиной ей было хорошо. Приятно и комфортно – это другое. Изнутри ее распирало, словно пронизывало мелкими искринками ощущение счастья. Ей хотелось быть рядом с ним всегда – в машине, дома, на работе, где угодно. Никогда прежде Надежда не испытывала подобного влечения своей души к другому человеку.

Наконец, она решилась нарушить это обволакивающее их молчание.

- Ты думаешь, мы сможем догнать поезд? То есть Вы… Простите, Александр Иванович…

- Наденька, отныне я для тебя просто Саша.

- Это непривычно, - пряча улыбку, прошептала Надя.

- Привыкнешь, - с уверенностью произнес Александр. И Надя в этой его правоте не сомневалась.

- Конечно, догоним. Поезд на ближайшей станции будет стоять в полночь более часа, местный вагон прицепят к основному проходящему мимо составу. Там мы и заберем твою шубку.

- Да с этой шубой одни злоключения, - виновато сказала Надежда.

- И это хорошо.

- Почему хорошо? - посмотрела с удивлением Надя.

- Иначе мы с тобой здесь вместе не сидели.

Надя молча улыбнулась, радуясь такому повороту.

- Александр Иванович, у меня сомнения…

- Саша. Для тебя я Саша.

- Саша, - Надя с каким-то наслаждением не торопливо произнесла это имя.

Александр одобрительно на нее посмотрел, после чего она решилась продолжить.

- Пожалуйста, не уточняй и не спрашивай. – Спустя паузу, заглотнув воздуха, она продолжила. – Я не хочу больше работать в роддоме, да и вообще в этой больнице. А поскольку вакантных мест на подходящих работах в поселке для меня нет, то мне вскоре придется отсюда уехать. Я… я… не знаю, почему я сейчас не в поезде… По пути домой планировала остановиться в городе и поприсматривать работу.

- В городском роддоме?

- Необязательно… - пожала плечами Надежда. – Когда-то у меня была мечта – лечить животных, потом людей, а потом, когда в Медицинский институт бесплатно я не поступила, то пошла на фельдшера, акушера, и когда принимала первые роды, осознавала, что не ошиблась. Это прекрасно хоть в какой-то мере принимать участие в появлении людей на свет, - делясь своими мыслями, Надя заметила, как Александр на нее засмотрелся.

Сбавив скорость, он словно принудил себя обратить внимание на дорогу. Впереди освещали дорогу фары встречной машины, и нужно было быть внимательным.

- То есть ты готова изменить мечте…

- Почему же сразу мечте. У меня другая мечта. Работа – это не главное. А появление людей на свет – это не дело рук врача и тем более акушерки. А я могу и в офисе работать…

- Таак. Есть у нас такая работа. В паспортном столе вакансия освобождается. Попробуешь?

Надежда не ожидала такого предложения. Хотелось довериться, что этот человек ей говорит правду и предлагает работу без всяких подвыподвертов. И все же нужно на берегу расставить все точки.

- Только из поселка все же придется переехать?

- А так это в соседнем селении, - протянула Надя.

- В райцентре.

- Толгда я не смогу жить в общежитии.

- Тебе это делать и не придется.

- В смысле, - нахмурилась Надя.

- Будем жить вместе.

- Останавливай машину!  - Как же это ему доходчиво сейчас объяснить, что она не продается, даже за работу! Быть женщиной для ночных встреч ради комфортной жизни – ну не для нее это. Не для того мама ягодку растила.

- В смысле? Что случилось? – с недоумением взглянул на взъерошившуюся девушку участковый.

- В качестве кого это я должна жить у Вас. Не на ту, Александр Иванович, напали!

- В качестве единственной и ненаглядной. Жены. Выходи за меня, Надя.

У Надежды от неожиданности перехватило дыхание. Человек, который ей очень-очень нравится вот так вдруг делает ей предложение.

Машина притормозила у обочины. Александр выжидательно смотрел на Надю ласковым взглядом.

- Надя, я серьезно. Я понимаю, что старше тебя, что ты совсем юная. И все же… спрошу. Ты сама хочешь за меня замуж?

«Он еще спрашивает!!! Именно за такого доброго надежного человека ей и хотелось замуж. Однажды и навсегда». Но тут в сознании предательски некстати всплыла картинка из палаты, когда Майоров лежал обвешанный капельницами.

- А как же… Сорокина? – Надя представила, как ее коллега с птичьей фамилией, теперь уже почти бывшая, подлетит к ним и будет кружить над ними, как ястреб над добычей.

- Ты о чем, Надя? Какая еще Сорокина?

- Только не делай вид, что тебе при ранении отшибло память? – не удержалась от едкости Надя.

- Аа вот ты о чем. Я откуда знаю, зачем на меня набросилась эта безумная медсестрища! – выдохнул Александр на одном дыхании.

- Не нравилось, не держал бы…

- Так я ее и не держал. Может, ты меня с кем-то путаешь, может, что в другой палате наблюдала и с другим пациентом спутала?

- Никого я ни с кем не спутала! Мог бы и отодвинуть!

- Так я и отодвинул. Только ты уже убежала.

- Ага, значит, втайне можно, - не оставляла претензии Надя.

- А ты попробуй под капельницами и в перевязках, когда на тебя набросилась женщина, даже еще когда от нее в образе медсестры подвоха не ждешь, взять ее сразу, распознать намерения и выставить. А у меня между прочим получилось.

- Это правда.

- Правда, - серьезно произнес Александр, не сводя глаз с Надежды.

- Я верю. Я согласна.

Александр прижал девушку к своей широкой груди в полицейском обмундировании, так заботливо, словно ребенка.

- Я тебя в обиду не дам. Буду защитой.

Надежда чувствовала, как ее обволакивало, словно уютным коконом, тепло Александра. Тепло его рук, груди, дыхания, тепло его взгляда, тепло души этого человека, вдруг за пару встреч и сегодняшний вечер ставшего таким родным. «Роднее родного», - мелькнуло в голове Надежды, в ответ доверчиво обхватившей Александра.