Обручённая с волной

Глава 2.

Путь был непростым, из-за дождя было трудно сконцентрироваться на дороге. Колеса то и дело попадали в кучи грязи, буксовали, проскальзывали в ненужную колею, сбивая с пути. Кира всеми силами держала руль, стараясь рассмотреть хоть что-то сквозь быстрые ручейки воды, отчаянно бегущие по стеклу.

Дорогу она знала плохо. Путеводителем служили лишь знаки возле обочин, что с каждым километром уменьшали свое значение, и мятая грязная карта, чудом оказавшаяся в бардачке. После ухода отца она не часто брала его машину — здесь всё пахло им, пахло счастьем и детской непринужденностью. Она так и не поняла, почему он решил оставить свои вещи — то ли надеялся, что дочь их продаст и поможет матери с лечением, то ли использует их по назначению и не будет нуждаться в чем-то хотя бы пару месяцев, пока они обе не встанут на ноги.

Но руки никогда не поворачивались, чтобы что-то выбросить. Всю его одежду, мелочи, фотографии она просто сложила в одну небольшую коробку и спрятала за шкафом, где, как ей казалось, ее никто не сможет найти. Даже она сама.

Карта уже давно выцвела, буквы побледнели, а цвета, благодаря которым можно было разобрать особые значения, слились в один грязно-жёлтый оттенок. И лишь красный круг над названием «Буревестник» указывал ей путь и был надеждой на спасение.

Встречные машины появлялись всё реже, а те, что изредка проезжали, почему-то постоянно сигналили или притормаживали, мигая фарами, словно предупреждая: «Не стоит туда ехать». Но Кира старалась не думать об этих знаках. Доехать было нужно именно сегодня, она не могла терять драгоценное время и оставаться в этом городе ещё хотя бы на минуту.

Впереди мелькнули огни заправочной станции, утопающей в огромном количестве луж из-за неудачного расположения в низине. Девушка притормозила и свернула к съезду. Выбрав ближайшую колонку, она огляделась: никого не было. Ни заправщика, ни других водителей.

— Возможно, все прячутся от дождя, — подумала она и открыла дверь машины.

Словно из неоткуда появился пожилой мужчина.

Он перегородил дорогу, стоя под потоками воды, словно не замечая их. Его лицо было изрезано морщинами, а седые волосы и борода сливались с серым дождем. Мужчина был одет скромно в клетчатую синюю рубашку и потёртые черные джинсы, в которых, видимо, ходил ежедневно. Одежда насквозь промокла, но он почему-то не придавал этому значения. Может, регулярно находился под дождем или уже долгое время занимался работой на улице. Его взгляд был холодным и уставшим. Он явно не ожидал увидеть здесь хоть кого-то из посетителей, да и работать в такую погоду явно не хотелось.

— Дочка, как тебя занесло сюда в такую-то погоду? — его голос был слегка обеспокоенным, а во взгляде читалась какая-то настороженность. Вода стекала по его лицу, но он даже не пошевелился.

— Мне нужно заправиться, — ответила Кира, не желая вдаваться в подробности. — До полного бака.

Мужчина не двигался. Лишь продолжал холодно и отчужденно смотреть на прибывшую девушку.

— Куда ты едешь? — настойчиво спрашивал он.

— Просто залейте полный бак, и я поеду, — Кире не хотелось тратить время на странных заправщиков, да и оставаться одной с незнакомым мужчиной в такую погоду тоже.

Владелец заправки лишь покачал головой, будто услышал что-то нелепое.

— Нечего девушке ездить в такое время одной. Хоть мужчина за рулем сидел, так безопаснее было бы, — он бубнил что-то себе под нос, но работу выполнил исправно: открыл бак и вдумчиво начал вливать бензин, словно прикидывая сумму или размышляя о количестве километров, которых девушке ещё предстоит пройти.

— В Буревестник дорога одна, — вновь заговорил он. — Что тебе там делать? Ты не моряк, не мясник, не плотник. Рыбу небось ни разу в жизни в руках не держала, — на мгновение он затих и слегка прищурился. — Или ты по морю сбежать решила?

— Я родилась в Буревестнике. И не вам меня судить, — огрызнулась девушка, взявшись за ручку двери. — Сколько я вам должна?

— Так ты Евсеева внучка, чтоли? — мужчина отчего-то резко засмеялся. — А я-то думаю, лицо знакомое.

Кира замерла. Откуда он может знать?

— Да не пугайся ты. Все знают, какую тяжёлую ношу на своих плечах пришлось нести Евсею. Неужели городские решили спустя столько лет повидать старика?

— Сколько я вам должна? — Кира уже отсчитывала деньги, желая как можно скорее покинуть заправку и закончить этот странный разговор.

— Не надо мне твоих денег, — мужчина почесал затылок и вдруг вновь стал серьезным. Он закрыл бак, убрал инструменты и подошёл ближе, от него пахло табаком и чем-то горьким, схожим с противными лекарствами от кашля, которыми так часто лечили детей. — Дорогу до Буревестника уже давно не чинят. Море скоро совсем заберёт ее себе. Сначала метр, потом два, а то и больше.

Он ткнул пальцем в сторону темнеющего горизонта.

— Скоро начнется прилив. Если не успеешь доехать до поворота на старую насыпь, то...

Раздался раскат грома, заставивший Киру вздрогнуть и поёжиться: вдруг стало ещё холоднее, по телу побежали мурашки, а где-то в душе начал просыпаться первородный страх.

Мужчина замолчал, словно передумав договаривать.

— То что? — Кира старалась держаться уверенно, но глаза всё равно выдавали беспокойство.

— Будь осторожна. И не останавливайся лишний раз, — он помог ей сесть в машину и захлопнул дверь. — Передавай привет Евсею.

Он ушел, будто растворился в дожде, так же внезапно, как и появился.

Кира выдохнула. Мокрые пряди падали на лицо, закрывая обзор. Она посидела так ещё какое-то время и снова завела машину. Вытерев со лба пот, капли дождя или всё это вместе, она взглянула в зеркала заднего вида и медленно вернулась на главную дорогу, которую размыло ещё сильнее.

Городской асфальт уже давно закончился, сменившись разбитой грунтовкой, тонущей в грязи. Машину то и дело шатало из стороны в сторону. Колеса проваливались в ямы, цеплялись за коряги и ветки, что вылезали словно из-под земли и специально старались остановить девушку.