Общий маршрут

Глава 9

Я проснулась от ощущения тепла и невероятной мягкости. Во сне я обнимала что-то большое, втиснула в это нос и сладко потянулась. Пахло чистотой и... Марком. Мысль пронзила сознание, как иголка.

Медленно открыла один глаз. Обнимала я не Марка, а его большую белую подушку. Его сторона дивана была пуста, одеяло сброшено.

Я отодвинула подушку. За окном — серый рассвет. Тишина.

Вышла на кухню. Он сидел за столом, в очках, с книгой и кофе. Лицо — как после ночного дежурства.

— Доброе утро, — сказала я.

— Да уж, очень доброе, — ответил он, не отрываясь от книги. — Особенно когда тебя обнимают и кусают за руку. Я отодвинулся и накрылся — ты снова прилипла и вцепилась в одеяло. Пришлось встать и подсунуть тебе подушку.

Он показал тыльную сторону ладони. Два небольших, но отчётливых покраснения от зубов. Я почувствовала, как жар ударил в лицо.

— Извини, мне приснился зефир... — пробормотала я.

— Зефир, — повторил он, наконец подняв на меня взгляд. В его глазах мелькнула усталая усмешка. — Я даже не удивлен. У меня хорошее настроение, так что я прощу тебя.
Он отпил кофе.

— И что же такого случилось? — поинтересовалась я.

— Вчера вышла первая серия. Рейтинги взлетели.

— Там была драка? Обычно просто от этого большие просмотры.

— Нет, один парень рассказал душераздирающую историю, как его предали две девушки.

— Я думаю он все придумал для шоу, — фыркнула я, наливая себе чай. — Шоу есть шоу. Скандалы, интриги...

— Главное, что работает. Не мы же создаём эти скандалы.

Я внимательно посмотрела на него. Тени под глазами, чуть дрожащая рука с кружкой. Он был на пределе.

— Слушай, тебе нужно поспать. Хотя бы час. Ты себя видел?

— Я в порядке.

— Марк. Если ты заснёшь за рулём, мы попадем в аварию. Иди.

Он задержал взгляд на мне, потом сдался. Поставил кружку в раковину.

— Ладно. Ровно через час разбуди.

Он ушёл в гостиную. Я села на его место. Нужно сделать бутерброды в дорогу. Поднялась, открыла холодильник. Батон уже лежал на столе — Марк, видимо, забыл убрать его на полку вчера. Дело двадцати минут. Я собрала несколько плотных бутербродов, завернула в пергамент и убрала в контейнер. Посмотрела на часы. Прошло только двадцать минут.

Тишина в квартире стала давить. Я подошла к столу и взяла его книгу. Ту самую, в твёрдом переплёте, которую он читал и устроилась на его стуле.

Сюжет затянул мгновенно. Я забыла о времени, о кухне, о спящем Марке в соседней комнате. Переворачивала страницу за страницей, иногда отрываясь, чтобы сделать глоток уже остывающего чая. Когда я наконец подняла глаза на часы, то ахнула. Было без пятнадцати девять. Он спал уже почти полтора часа.

С лёгким уколом совести я захлопнула книгу и пошла в гостиную.

Марк спал на боку, зарывшись в подушку. Я осторожно присела на край с его стороны.

— Марк, — прошептала я. — Проснись. Мы проспали.

Он не шелохнулся. Я положила руку ему на плечо, слегка потрясла.

— Марк. Подъём.

Он что-то пробормотал, повернулся на спину, но глаза не открыл. Его рука, тяжёлая и расслабленная, упала мне на колено. Его пальцы непроизвольно сжались, слегка вцепившись в ткань моих шорт. Я убрала его руку.

— БЫСТРО ВСТАЛ БЛ*ЯТЬ, ПОКА Я ТЕБЯ ВОДОЙ НЕ ОКАТИЛА!

Марк дёрнулся, как будто его ударили током. Глаза распахнулись, полные паники спросонья.

— Ты чего орешь? — прохрипел он, прикрывая глаза ладонью.

— Поехали, — сказала я, наконец сбавив тон. — Ты полтора часа поспал.

— Полтора? — Он приоткрыл один глаз, менее панически. — Приемлемо, давай собираться.

Он встал, прошёл в ванную. Через несколько минут вышел собранный, протирая шею полотенцем. В этот момент зазвонил его телефон.

— Да, Паш, — сказал он, поднося трубку к уху, пока я упаковывала в пакет последнюю бутылку воды.

Он слушал, изредка вставляя «угу» и «ясно».

— Понял. К вечеру успеем приехать.

Он положил телефон.

— Нам везет. Автобус вчера заглох в Челябинске. Сегодня там весь день будут.

Я кивнула, продолжая собирать пакеты. Упаковала контейнер с бутербродами, фрукты. Посмотрела на себя — на мне всё ещё была его серая футболка и шорты.

— Мне бы переодеться, — сказала я.

— Вещи в шкафу, — махнул он рукой. — Только давай быстрее.

Я быстро открыла шкаф. На полке аккуратно лежали мои вещи — спортивные штаны и футболка, чистые и свежие. Он, оказывается, успел их постирать и высушить. Я переоделась.

Когда я вышла, он уже стоял у двери.

— Спасибо, — сказала я тихо. — За вещи.

Он лишь кивнул, беря пакеты с продуктами.

Мы вышли в подъезд. Воздух был тёплым, по-весеннему влажным, пахло землёй и травой. Он, не глядя, снял с вешалки свою тёмно-серую толстовку на молнии и протянул мне.

— На, накинь. А то все время мерзнешь.

— Откуда ты узнал?

— У меня есть глаза, тебе в плюс тридцать тоже холодно?

— Бывает.

Я надела толстовку. Она была лёгкой, почти невесомой, и пахла, конечно, им. Мы спустились к машине, припаркованной на асфальте, подсыхающем после ночного дождя.

Он открыл заднюю дверь, уложил все пакеты на сиденье, затем мы сели в машину.

— Поехали? — спросил он, глядя на дорогу.

— Поехали, — кивнула я.

Мы выехали на трассу. Солнце уже стояло высоко, слепило через лобовое стекло. Тишина в салоне была тёплой и спокойной.

Я смотрела на дорогу, убегающую вперед, и на его профиль — сосредоточенный, усталый.

— Откуда у тебя в Уфе квартира? — спросила я, потому что молчание начало давить на виски.

Он пару секунд молчал.

— От бабушки, — сказал он наконец, просто. — Осталась мне.

— И ты её не продал? — удивилась я. — Просто так стоит?

— Не хочу продавать. Я храню там воспоминания.

— Какие?

Он на мгновение задумался, глядя на дорогу.