Обсидиановые нити

Глава 34

Лестеру нравилось в ней абсолютно все. И забавное любопытство, и непосредственность, а эмоции дарили такое ощущение блаженства, что лорд забывал обо всем. Иногда даже казалось, что девушка его очаровывает, зазывает за собой, как частенько любят делать фивы. Но нет… Перед зовом, прозванным фивиретской песней, никто не мог устоять. А Лия и не пыталась. Она была такой наивной. Совсем забыла, что любопытство кошку сгубило. Да и могли чем-то другим закончиться эти прикосновения? С каждым разом они становились все смелее и жарче. И в этот вечер Лестер почувствовал, что страх покинул её эмоции окончательно. Он сделал девушку своей, не в силах поступить по-другому и не мучаясь угрызениями совести.

Лия молча лежала у него на плече под импровизированным шалашом из сплетенных ветвей. Лестер чувствовал её растерянность и вернувшийся страх. Слишком много разделяло их, чтобы они когда-нибудь смогли быть вместе. Эта мысль пульсировала в голове.

— Может, ты переберешься ко мне? — прошептал он, целуя шелковистые волосы.

Сомнения и возросший страх ответили раньше, чем она пробормотала:

— Лес, я проживу в двадцать раз дольше тебя. Я не могу уйти из клана. От меня откажутся, я стану изгоем и должна буду прожить почти две тысячи лет в одиночестве. Мне с тобой очень хорошо, но я что я буду делать в вашем человеческом мире после?

— Найдешь меня в новой жизни.

Если Крис нашла своего принца, то почему для них невозможно такое?

— Не найду. Мало кому удается быть связанными так крепко. Обычно необходимо вмешательство в нити. Или чувства должны быть такими, чтобы связать навеки. У нас их нет.

— Почему? Разве я тебе безразличен? — немного обиженно ответил Лестер, хотя понимал, что девушка права.

— Нет, но все равно этого недостаточно, — со вздохом ответила девушка.

Лестер отлично разбирался в эмоциях окружающих, мог превратить их в страшное оружие, но в тоже время практически не испытывал чувств сам. Это было платой за подобное могущество. Все, что он демонстрировал публике, наиграно и не отвечало действительности. Да, Лия заинтересовала его, что-то всколыхнула в душе, но Лес не мог назвать это чувство великой любовью.

Она села и обхватила колени руками, Лестер почувствовал её уязвимость и отчаяние.

— Ты жалеешь о том, что было?

Лия спрятала лицо в коленях. Её плечи вздрагивали. На Лестера обрушилась лавина эмоций: любовь, боль, страх, отчаяние, сожаление…

— Лес, не зови больше. Я не приду. И сейчас не останавливай.

Она сказала несколько слов, и одежда заняла надлежащее ей место на юном теле.

— Почему?

Он не мог поверить, что она уходит. Неожиданно для себя почувствовал, как от осознания потери заныло сердце. Может, все же любовь?

— У нас нет будущего, — твердо ответила девушка.

А после всхлипнула и скрылась в сияющем портале.

Лестер просидел в немом ступоре до восхода, не понимая, почему стало так пусто и горько. Вот он и почувствовал последнюю неизведанную эмоцию. В сердце будто кто-то занозу загнал, оно протяжно ныло с каждым ударом.

Когда утренняя прохлада достигла его убежища, Лестер молча встал, натянул рубашку, нацепил пояс с мечом и вышел на открытое пространство, понимая, что ничего для него теперь не будет как раньше. Захотелось кричать, выплескивая в крике весь негатив.

Но эхо принесло ему другой крик. Крик отчаяния, наполненный страхом, даже ужасом. Он помчался на звук. Неужели Лия в беде? Рука на ходу потянула меч. Мужчина пробирался сквозь заросли по четкому следу эмоций, ориентируясь на чужой страх.

Увиденное заставило его на мгновение растеряться. Кричала не Лия, но при узнавании он почувствовал такой же ужас, какой уловил секунду назад. Вайяна! Грубая мужская рука схватила ее в охапку. Напавших около двадцати, они вооружены и среди них Лестер узнал Хантора.

Вайяне уже заломили руки, и магистр Речного с усмешкой поднял ей голову за подбородок.

— Какая неожиданность! А тебе не говорили, что опасно бродить около границ, когда идет война? — услышал Лестер его голос.

Вайя не отвечала. А Лестер ощутил себя практически бессильным. Он не настолько хорошо владел оружием, чтобы освободить девушку друга. Впервые пожалел, что рядом нет магистра «королевского двора» и его обсидиановых клинков.

Но у мага эмоций есть другие козыри в кармане. Не показываясь из-за деревьев, Лестер закрыл глаза и сосредоточился на агрессивной ярости противников. У него не всегда получался такой номер, но рискнуть стоило. Лорд начал передавать в сознание мужчин образ себя в виде огромного демона, ужасающего своей мощью. Он — их смерть. Нужно самому поверить в реальность навеянного образа, чтобы заставить врагов бежать в страхе. Лестер пытался, как мог. Заставлял себя верить в собственное величие и силу. По-прежнему концентрируясь на образе демона, Лестер вышел из укрытия.

Послышались испуганные возгласы и топот ног, несущихся в паническом бегстве. Да! Они должны испытывать животный ужас. Лестер открыл глаза и поднял мечи, готовый встретить особо стойких. Врагов осталось меньше половины. Они боялись, но безрассудно бросались в бой, будучи из тех, кого страх заставляет сражаться.