Обсидиановый клинок

ГЛАВА 14

Сатани вернули в ту же камеру, в которой она была ранее. Просто завели внутрь и захлопнули дверь за ее спиной. Даже магические наручники не сняли. Теперь девушка не сможет видеть потоки магии во дворце, она осталась в кромешной тьме.

Злиться на стражу не было смысла, они лишь выполняли приказ. Ее благодетели также были в своем праве защищать свой мир от угроз, даже если угрозой является она. Сейчас девушке оставалось только ждать решения герцога Небироса и лорда Астарота Арлема – попав в Аргольд, она была на их попечении, и именно им предстояло вынести ей приговор.

До допроса она провела в камере двое суток без еды и воды: когда ее привели в кабинет, где все сидели, Сатани смогла заметить дату на документе, который вел Ахерон. Сколько ждать вердикта суда высших демонов она не знала, поэтому настраивала себя на долгое заключение без содержания. Хорошо хоть организм еще помнил все тяготы и лишения существования на Сорре, но ей нужно беречь силы, поэтому Сатани решила лечь на узкую деревянную лавку у стены – спать на холодном и сыром камне она не решилась.

Однако сначала ей нужно решить что-то с наручниками: опуская кисти к ногам, она перешагнула цепочку в два звена, сдерживающую кольца, защелкнутые туго на руках, и вернула руки в нормальное положение спереди.

Теперь Сатани смогла лечь на импровизированную ужасно неудобную койку и погрузилась в состояние между сном и явью. Она научилась этому способу медитации в своей первой пещере на скалистой равнине красного мира песка, когда наступила первая туманная зима. Не имея возможности выбраться, ей также оставалось лишь ждать. А ожидание – самая утомительная вещь в мире. Чтобы ее не слышали снаружи, шевелиться в пещере много Сатани не могла, поэтому ложилась на теплый камень и погружалась в своеобразный сон, в котором время текло гораздо быстрее.

Через долгое время за Сатани пришел всего один стражник, что встревожило девушку не на шутку: никто в здравом уме не оставил бы воина Атами с одним стражником. С ее подготовкой даже ослабленная она была сильнее него. Тем временем стражник очень вежливо пригласил ее выйти, не попросил, а именно пригласил. Это вдвойне изумило девушку. Жестами поторапливая ее, стражник вел девушку к тронному залу, где всегда восседал Повелитель Ваал. Неужели ее судьбу будет решать сам Властитель демонов? Подумала она, но на пути к залу им не встретился ни один демон, что ее насторожило. Во дворце стояла оглушающая тишина: слуги по обыкновению не сновали туда-сюда, королевская охрана отсутствовала. Ни души…

Ни единого звука… Словно все вымерли, и во дворце демонов остались только она и этот стражник, что провожал ее в тронный зал.

Высокие двойные двери распахнулись перед девушкой, открывая глазам тускло освещенное горящими факелами пространство помещения. Стражник пригласил ее войти в детский кошмар: темные стены, как в Храме в пустыне, в двух каминах горит огонь, хотя в зале итак было довольно жарко. Хэйдес восседает на троне Ваала – Повелителя демонов на возвышении, наблюдая за ней. Вокруг него струилась живая река из полуразвалившихся трупов всех существ мира. Их вонь наполняла воздух, но темный маг не обращал на это никакого внимания, лишь заинтересованно следил за красноволосой девушкой, которую вежливо вели к нему.

Около десятка высших демонов стояли на коленях вдоль стен, скованные лагиритными колодками. Они не могли ни воспользоваться магией, ни перекинуться во вторую ипостась. Антимагические ошейники, блестевшие на их шеях, удерживали любое магическое внутреннее воздействие, однако внешние раздражители пропускало, чтобы причинить вред сильным существам.

Сатани заметила, что Ваала среди заключенных не было также, как и лорда Астарота Арлема, и с легкостью выдохнула, но пленники расценили ее поведение иначе, начав обзывать неприятными словами и желать ей скорейшей и мучительной смерти. Тяжело раненный с правой стороны герцог Небирос чуть заваливался в сторону сильно кровоточащей раны, Мельхор поддерживал его плечом, не давая совсем упасть на пол на покалеченную бок. Увидев Сатани, демон дернулся к ней, но стоявшие рядом слуги Хэйдеса перехватили его и  толкнули в спину. Чтобы не упасть, ему пришлось выставить одну ногу вперед.

- Коленопреклоненная поза… Мельхор, ты решил принести мне клятву верности? – издевался над демоном страшный маг.

- Никогда демон не преклонит колени… - начал Мельхор, но одним движением руки Хэйдес перекрыл его голос, заставив захрипеть. Сжавшись от давившей магии врага, демон через силу выпрямил спину и выплюнул кровь на пол, подтверждая свои слова, но встать на ноги он не мог.

Заметив, что Сатани притормозила и смотрит на демонов, некромант позвал ее:

- Иди ко мне, Сатани, не заставляй меня ждать, милая… - вкрадчивый тихий и хрипящий голос пугал ее до глубины души, но сопротивляться приказам Хэйдеса она не могла, поэтому пришлось подчиниться и подойти к своему страху и ужасу во влоти. Хэйдес ласково провел рукой по ее щеке.

- Надо тебя было чаще кормить, Сатани, ты стала такой красавицей, - полудемон - получудовище любовалось ей, поглаживая нежную кожу, прикасаясь к мягким волосам, а потом и к рукам. Заметив кандалы на ее кистях и синяки под глазами, он усмехнулся. – Но я вижу, что тебе и здесь не повезло – мало того, что заковали, так еще и морили голодом, чтобы все рассказала. Ребята, неужели вы так и не поняли: с ней это не пройдет – слишком упрямая. Будет стоять на своем до конца. Я уже прошел все это, да, милая? – костлявые руки сжимали кисти девушки, оставляя синяки, и не отпускали, ожидая, когда она начнет молить о пощаде. Но Сатани молча терпела, сжав челюсть и не шевелясь.