Обвивая твои плечи

Глава 5

Месяц пролетел молниеносно и суетливо: я еженедельно устраивала дома субботники с девчонками в своей квартире, чтобы к воскресенью было что перевезти в квартиру к Саше. Правда, дела быстро отставлялись за разговорами.

- Я упакую всю твою жизнь в коробки, конечно. Но скажи мне одно – ты с ним счастлива? - в одну из этих суббот Маша задает мне ГЛАВНЫЙ по ее мнению вопрос и неотрывно смотрит в глаза. Следит за реакцией, за мимикой. Ей бы самой к особистам работать.

- Я влюблена, - твердо говорю я.

- Но все равно могли бы подождать, - Наташа так и не простила мне отсутствие пышного торжества.

Так или иначе, за месяц я переезжаю окончательно. Живу у Саши. Хотя его частенько не бывает дома, дел хватает и будничными вечерами: готовлюсь к отпуску, потихоньку разбираю свои коробки. Жаль только, до спортзала теперь далеко добираться: тот, куда я частенько ходила и не только на йогу, был буквально в соседнем от моего доме. Мою квартиру решили сдавать, ипотеку - гасить с получаемых денег. Спортзал есть и в бизнесцентре, где я работаю. Похожу туда, тоже будет очень удобно.

Ко дню своей второй свадьбы я купила роскошный белоснежный брючный костюм. На лацканах – перья. Под пиджаком –один лишь полупрозрачный браллет. Правда, в феврале мне пригодилась еще белая пушистая шубка. Одолжила песца у Наташи. В ту короткую встречу приема-передачи мехового изделия она и выпытала, в каком ЗАГСе и во сколько у нас регистрация.

У нас не было отдельных сборов или выкупа, мы просто отделись и к определенному времени приехали к ЗАГСу. Правда, собиралась я за закрытыми дверями, чтобы поразить будущего мужа вау-эффектом. И он не заставил меня ждать:

- Ты невероятная, - обнимает одной рукой и целует в висок, прижимаясь. – Иногда я забываю, какой я счастливчик!

И за последний месяц это едва ли не единственное его проявление чувств словами. Почти каждый вечер он, поздно вернувшись с работы, молча ел холодный ужин. На утро благодарил за еду и заботу. По воскресеньям молча перевозил мои коробки, погруженный в свои мысли. Поэтому я очень надеялась, что сейчас не совершаю ошибку. И вот уж в отпуске мы сблизимся окончательно. Я любовалась своим женихом: его уверенным взглядом из-под густых темных бровей. Его запястьями, манжеты на которых были застегнутыми моим новогодним подарком – запонками. Его плечами в красивом черном пиджаке, и только я протянула руку, чтобы обнять его и никуда не спешить в НАШ день, он взглянул на часы и буркнул:

- Надо поспешить.

Момент был утрачен. Саша заказал машину с расчетом сразу погрузить в нее чемоданы для отдыха, и после ЗАГСа, отужинав, отправиться в аэропорт. В автомобиле я себя плохо помню. Начала жутко нервничать и поездка смазалась из моей памяти. Очнулась, когда Саша подал мне руку у открытой двери. И первое, за что цепляется взгляд, так это за две до боли знакомых фигуры у парадного входа. Обе в черном.

- Саша, там девчонки! – я радостно срываюсь к ним, оставляя своего без пятнадцати минут мужа за спиной. Получается сцена из «Секса в большом городе», где Кэрри и мистер Биг таки женятся, но без поздравлений от подруг им никуда не деться. Мы обнимаемся и моя душа за считанные секунды успокаивается. Мои девочки рядом, все это реальность и я действительно иду вперед к своему счастью. Но прямо сейчас я разворачиваюсь к Саше:

- Милый, я не знала, что они приедут! С Наташей ты уже виделся. А это Маша! – я одной рукой нахожу руку Саши и прячу свою ладонь в его. Другой указываю на подружку.

- А почему вы в черном? – вместо приветствия продолжает бурчать он. Все идет не по его плану и, видимо, он этим недоволен. Что ж, они в любом случае уже здесь, и обсудить этот сюрприз можно было бы и позже, выражая свое неудовольство наедине.

- Ты тоже в черном! – парирует Маша. Их не смущает плохо скрытая агрессия, но Маша уже мысленно делает заметочки.

- Как я уже говорила, я не свадебный фотограф. Но буду очень рада запечатлить ваше торжество! – Натуля с фотоаппаратом наперевес улыбается во все тридцать два зуба, - если позволите. – Добавляет примиряющее. Эта фраза будто бы выключает в Саше ворчуна. Он хватается за ручку двери, распахивая ее перед нами, - Всенепременно! Дамы, прошу!

- А в черном мы, чтобы не оттенять невесту, - Наташа будто бы и не заметив прежней натянутости, продолжает болтать, – Пока есть минутка, взгляните друг на друга, - слышится звук затвора фотокамеры.

Потом слышится важный голос женщины-регистратора.

Потом – «Да». И еще одно. «Да!».

Потом – звук металла на нарядной тарелочке – наши кольца.

И финальное – синхронное «Ура!» от моих подруг.

Отмираю я у той же двери, в которую вошла несколько минут назад.

- До нашего вылета еще есть время. Давайте поедем в ресторан? – Саша гостеприимно приглашает девочек с нами. Маша молчит, а вот Наташа активно соглашается:

- Будет здорово! Мы с удовольствием!

Они уходят к своим машинам, и жестами показывают, что будут следовать за нами.

Только в ресторане понимаю, зачем Наташа так охотно согласилась поехать: она берет меня в оборот и фотографирует в каждом мало-мальски привлекательном месте в ресторане, у ресторана и за два квартала от ресторана. Саша с Машей остаются внутри и я подозреваю, муж мой попал на незапланированный сеанс к психотерапевту. Наташа вошла в кураж и щелкала меня не меньше двадцати минут, прежде чем мы с ней вернулись за стол. Маше должно быть хватить и пяти. Саша видимо, заказал еду и напитки, так как к столу уже подходил официант с бутылкой шампанского в ведерке. На столе стоят красиво нарезанные фрукты. Муж перехватил бутылку у официанта и разлил напиток по бокалам.

- Я хочу поднять этот бокал за мою жену. Я счастлив разделить с тобой эту жизнь. Я люблю тебя! – он громко произносит последнюю фразу.

- И я люблю тебя! За нас! – я смотрю на стоящего прямо передо мной мужчину. Мы впервые признались друг другу в любви. Да еще и на публику. Мы все отпиваем из своих бокалов и Саша усаживается на свое место. Наташа часто моргает, чуть не плача. Какие разные у меня подруги, а я где-то посередине их эмоций: меня не удручает театральное признание, но и не трогает до глубины души. Да, я вижу в нем искренность. Но любовь? Посмотрим.