Обычная волшебная жизнь

Глава 2 - День первого волшебства

После того необычного утра, когда был совершен первый выход из тела, ха звучит словно я космонавт покоряющий космос, я долго не могла настроиться и повторить это странное действие. Конечно, классно понимать, что мир способен творить чудеса, а ты его главный волшебник. Но, внутренние предохранители подключили систему сохранения жизни, и начался всемирный мандраж. Мысли в голове пережевывали страхи как мясорубка без кнопки выключения, отговаривая всей толпой меня от глупостей. "Летать в небе это прикольно, но вдруг что-то пойдет не так, и в результате не вернешься в тело?" - пугали они меня. Ведь как-то до этого дня я не слышала о подобных случаях, вела уже диалог я сама с собой, вот докажи, что это безопасно. Порывшись в интернете, кто бы сомневался, не нашла статей на тему невероятное приключение и необычное событие. Кроме меня на этой неделе тело никто не покидал, птиц в небе не шугал.

Одной залазить в параллельные реальности и разбираться, что куда там настроено и как устроено, было опасно. Попробуй, влезь в шкаф с черепом и надписью "Не советую, убьет" без опыта электрика 6 разряда. Конечно, классно было бы под чутким руководством наставника узнать, какой проводок можно резать - зеленый или синий. Но ситуация сложилась так, что нужно было либо пить шампанское в конце, то есть рисковать, либо сидеть дальше на балконе, мечтая о круглогодичном лете до самой старости.

Так как я была умной девушкой, то включила логику. Нужно понять, что я хочу менять в своей реальной жизни, подготовить, так сказать, список необходимого. Да и хотелось как-то определиться с законами в том мире, куда я летала, бросив свое тело. Понятно, что в каждом монастыре свой устав и хотелось не вляпаться в какую-нибудь проблемку из-за развития своих волшебных навыков. Еще нужно узнать границы дозволенного изменения. Я такая скромная личность, что замахнусь на великие дела, а потом в реале правительство поменяется.

Начну действовать, а там и знание подтянется, а пока выходной, то можно и пошалить немного, а заодно и протестировать переход из реальной жизни в ругой мир. Закрыв глаза, я начала дышать и расслаблять тело. Помнила, что важно очистить мозг от мыслей и поймать волну легкости и веры в теле.

Дышать пришлось долго. В прошлый раз был зов, за которым я пошла, а теперь нужно было самой настроиться. Когда я уже хотела бросить это дело, то вспомнила белизну облаков, и неожиданно ощутила чувство полета, пришло то чувство безграничного мира вокруг. А-а-а я свободна! Только почему-то все абсолютно белое вокруг и я словно ежик в тумане. Хочу красные облака, хочу пустыню внизу видеть, чтобы пирамиды с высоты птичьего полета обозревать. Да, вот такие у меня желания, ведь я в Египте еще ни разу не бывала, так что не могу его увидеть в своем мире.

И, затаив дыхание, я начала вертеть головой в белом тумане направо и налево. Сначала медленными и осторожными штрихами появились оранжевые лучи, словно просвечиваясь через расходящиеся в стороны перья белого ничего. Они словно прожектора в театре постепенно подсвечивали определенные точки в пространстве, создавая красные облака. Потом внизу началось шуршание песчинок, которые словно сыпались из скрытого для глаз белого ящика, создавая все больше и больше барханов вокруг. Белая полоса между пустыней и облаками постепенно приобретала разные оттенки вечернего неба - от голубого цвета до темно-синей дымки ближе к горизонту. А там из земли начали расти они – древние строения фараонов. Пока я затаила дыхание от потрясающего действа созидания, все вокруг наполнялось жизнью. Это была не картинка, нарисованная умелым художником, это был целый изумительный мир. Я начинала видеть ящериц, бегущих по своим делам, тушканчиков, удивленно взирающих на меня, а в небе со мной рядом парили большие птицы с белыми манишками от головы до груди и желтым клювом. Вот это размах крыла, вот это грация. Но когда он издал свой пищащий звук во все горло, я чуть не кувыркнулась на ближайший бархан. Блин, ты чего так пугаешь, птичка, надеюсь это не команда к действию при нападении на юных волшебниц. Так пирамиды посмотрела, пора и домой.

Возвращение в тело прошло как по сценарию, я лишь подумала о своей земной оболочке, как потянуло к ней. Зашла так же через макушку и теплом согрела себя изнутри. Вот именно тепло пришло со мной из той неизвестной реальности, словно я прихватила с собой часть жарких лучей, которые раскрашивали облака чужого неба.

Живот заурчал, призывно требуя внимания, я действительно проголодалась, словно вернулась с дальней дороги. Отправилась на кухню сделать пару бутербродов и сладкий чай. Я не ждала чудес в этой моей настоящей жизни, куда я вернулась после путешествия, просто наслаждалась этим легким остаточным состоянием счастья, пьянела от картин увиденного в том мире и хотела продлить этот фантастический подрыв подольше.

Жаль, что на кухне было открыто окно. Шум со двора, куда выходили окна кухни, портил состояние нирваны. Лучше бы осталась на балконе, там покой и тишина. Однако если бы я осталась там, то пропустила бы важное событие нашего двора. Крик орлана, который я слышала только недавно при полете над пустыней, вдруг раздался в обычном городе. Мой бутерброд подскочил из руки вверх, сделал там сальто и лихо лег на пол сыром вниз. Ну , хорошо, что чашку еще не успела взять, а то бы плавал бы мой ужин в сладком море чая. Не тратя время на спасение бутерброда, я кинулась к окну. Неужели в наш двор залетела такая птица?

Крик повторился опять, но теперь, видя причину моего шока, я начала смеяться – большой самосвал, старый как лифт в нашем доме натужно пытался поднять кузов, чтобы выгрузить гору чистейшего желтого песка в песочницу, которая с установки не видела такого счастья. Самосвал, издав последний раз крик орлана, справился с задачей и отправился по своим делам, а вокруг горы песка толпились чуть ли не все мелкие жители нашего дома. Они были уже готовы покорять нашу местную пустыню Сахару, держа на наизготове лопатки и ведерки. И тут малыш постарше озвучил на весь двор свою идею: «А давайте построим пирамиду, большую пребольшую, чтобы все фараоны завидовали». Все мамочки возбудились и кинулись на помощь тем детям, кто поменьше. Вот так началась великая стройка века.