Обыкновенный дракон

Глава 12. Ближе к оборотням

Три месяца спустя

Отряд новобранцев, с которыми ехал Теобальд-безродный, медленно двигался на юг третьи сутки, и до пресловутой деревни Динасвен, сожжённую оборотнями, оставалось совсем немного. Капитан не спешил, не гнал коней, не покрикивал на молодняк за их нерасторопность, хотя из столицы отряды «А» выдвинулись почти сразу за новостью о том, что оборотни положили немало безродных из первого сая во время их перехода через горы.

Стратегия войны была такова. Хитрые оборотни не собирались воевать на территории врага. То ли им равнина была не по душе, где ратники Либериса в тени леса могли устроить качественную засаду и расположить орудия. То ли по какой-то другой коварной причине. «Мы должны поразить врага на его территории, пока оборотни не пришли на нашу», – повелел Либерис Третий, и набравшая мощь ратница Его величества выступила три недели назад. Сначала первый сай[1], затем второй, и неделю назад – последний, третий. Если оборотней не получится победить с помощью той скудной техники, что увозили с собой из столицы, то само количество освободителей, по мнению обывателей, гарантировало победу.

Из окна своей комнаты (Драконья Академия находилась на Трёх Холмах Аалама) неделю назад Тео с друзьями наблюдал выдвижение третьего, последнего сая. Словно дорожка голодных муравьёв, серая масса покидала город полдня с рассвета. И, чувствовалось отсюда сверху, жители столицы вздыхали с облегчением: с уезжавшими безродными и воздух будто бы становился чище.

Заходивший в гости Лот приносил новости извне. По его словам, вербовка в ратники приостановилась, так как уже была набрана треть молодёжи от мужской части населения Алатуса, согласно переписи. С каждым днём желающих воевать становилось меньше, и на какое-то время было решено остановить нашествие безродных на столицу.

После отбытия третьего сая размеренно, особо не стараясь его догонять, из столицы выехали два отряда «А» имени Арженти, в каждом всего около ста пятидесяти человек – все высокие, стройные, подтянутые, достойные звания военной элиты.

Отряд, в котором находился Тео, ехал в арьергарде. Поначалу Тео не мог поверить своей удаче. Невозможно забыть первый учебный бой, в который он, конечно, сопротивлялся до последнего и даже сумел задеть шестом опытных, по его мнению, противников, зато и его отделали от души. Никто из учеников мастера Нариша не насмехался. Но и помогать не спешил, когда, сдерживая стоны (казалось, внутренности горели от ударов), он вернулся в строй и наблюдал за очередным спаррингом новичков, зачисленных неделю назад. О, это была заметная разница!

Тео понял много позже, что устроенное мистером Наришем представление и было уроком. Не хочешь, чтобы тебя лупили? Тогда учись и бей сам. И всем плевать, где и что у тебя болит. Так-то, конечно, свои поддерживали… За два месяца Тео сдружился с тремя: опытным Кареном, северянином Вито, с которым Тео был зачислен в один день, и незаметно к компании прилип, но его никто не гнал, сын Ааламского лавочника Шота, совершенно не горевший желанием учиться в Академии, не говоря про военную кампанию.

Вместе зализывали по вечерам раны. Карен учил делать кровоостанавливающую и лечебную мазь из трав. Вито, уроженец северной гористой территории Верхнего Края, рассказывал, как выжить в скалах, собрать воду и согреть её, убить и разделать козу, как сохранить мясо свежим в течение нескольких дней. Тео ничего подобного не знал, поэтому просто внимал и был благодарен, что его не презирают за неимение полезных сведений.

Стоит сказать, что никто из нанявшихся в отряд «А» не был отчислен, как обещали в начале. Даже полноватый неудачник Шота, вызывавший улыбку на тренировках, остался. Тео поделился вопросом с друзьями, и вместе сошлись в одном: все в разной степени знали основы конфо, древней драконьей науки защищаться и побеждать, поэтому в бою может пригодиться каждый, и Шота тоже.

Когда впереди замаячили обгорелые остовы крыш деревни Динасвен, капитан приостановил коня, поднял вверх руку, призывая к внимательности, прислушался и двинулся дальше. На обочине дороги академистов взглядом провожали двое сторожевых.

Тео предполагал, что ехать будут до предгорья, но почти сразу за деревней-погорельцем капитан дал знак спешиться и уводить лошадей в лес. В том обнаружился первый отряд «А» капитана Уле Прива, который уже практически расположился в кем-то вырытых землянках. Неподалёку протекал ручей, его водой поили лошадей, а под небольшим навесом колдовал кухарщик, и лёгкий аромат будущей мясной каши уже витал вокруг. Решено было здесь отдохнуть, переночевать, а на рассвете выдвинуться в сторону перевала и догнать третий сай.

На ночь установили дежурство – по пять человек с отряда, смена через каждые три часа. Первым на пост заступил Карен, с которым Тео страсть как хотел обсудить свои ощущения от увиденного: мёртвая деревня впервые донесла до сознания то, что до сих пор казалось мифическим – возможную смерть, кровопролитие и даже потерю друзей.

Но приказ есть приказ: Тео покрутился на подстеленном плаще, машинально сбивая мягкую травянистую землю под изгибы тела в ямки и бугорки, закрыл глаза, заставил себя думать только о родных, за которыми скучал, – и привычно, по-ратному, провалился в разрешённый капитаном сон.

Тео успел передать отцу те самые десять золотников, вернее, девять – столько ему присудил капитан, являвшийся для академистов «и ликтором, и Либерисом, и даже Алатусом, если понадобится». В день прощания отряды едва выехали из города, как вдруг кто-то издал тихий радостный возглас. Капитан отрицательно мотнул головой, но замедлил ход коня. Рядом с обученными новобранцами побежали их родные, наставляя, вручая узелки с прощальными съедобными и не только подарками, плача от нахлынувших чувств перед окончательной разлукой и страхом за жизнь своих детей и братьев.