Очарованные зимой

50

Дом есть дом, что ни говори. И стены лечат, и пахнет мамиными вкусностями.

Отправив Вадима, мужа Лили, на помощь папе, я была поймана в объятия сестры.

- Кирюха! – крепко, чуть ли не до хруста сжала меня Лиля. – Как ты изменилась!

- Я?! – изобразив мнимый ужас, обняла в ответ, почти так же сильно. – Это ты у нас стала более, - показав на её изгибы, - плавной.

- Кирочка, мыть руки и за стол, - это уже мама дала команду, уводя свою старшую дочь в сторону кухни.

И пока они были заняты, я унесла подарки в нашу детскую, а ныне комнату Антона. Повесила платье на вешалку, туфли приткнула неподалёку. И зачем только взяла? Всё равно, кто в тапках будет, а кто в тёплых носках. Ладно, для семейного фото пригодится.

Вытащила все подарки, кроме того, что приготовила для Кирилла, и расставила их аккуратно под ёлкой. На каждой коробочке уже были прикреплены шильдики с именами от кого и кому. Там же я увидела и несколько презентов в ярких обёртках для меня. Повертев в руках, гадая, что же там, я вернула их обратно, так как мама уже потеряла терпение, зазывая меня на кухню.

В коридоре обнаружились наши мужчины, которые таскали провизию в сторону кухни, а потом заносили на лоджию.

- Привет, систер! – радостно потянул ко мне свои грабли братец.

- Привет, Антошик! – так же обняла в ответ и немного разлохматила его шевелюру.

- Зови меня Антонио! – выпятив грудь, брат указал на себя.

- Антонио и прикольная рифма! Мне нравится, - радостно оскалившись, намекнула я на матерное слово. Он кисло улыбнулся.

- Тогда Тони, – и вся радость опять мгновенно спала с его лица, увидев моё предвкушение.

- На ум приходит всё та же рифма, - пропела я ему, поиграв бровями. Братец, конечно, глупостью не страдал и мигом сориентировался.

- Ну я же дома, Антон будет нормально, – и ещё больше помрачнел, увидев, как веселятся Лиля с Вадимом, пытаясь сдержать смех.

- Ладно, Тоха-картоха! Не грусти и для тебя найдётся подарок под ёлкой, - похлопала его по плечу, а потом уселась за стол.

- А я тебе ничего не купил, - он мстительно подвинул меня на угол стола.

- Ой, ой! – передразнила его я, зачерпнув ложкой салат из свежих овощей. – Я тебе тоже ничего не купила. Не переживай.

Антон на меня скептически посмотрел и рванул в зал. Пришлось оставить ложку и побежать за ним.

- Ага! – радостно найдя свой подарок в крафтовой бумаге, воскликнул этот мелкий паразит. – До того, как ты приехала, его там не было!

- Дети! За стол, - крикнула нам мама.

- Слышал? За стол, - и указала этой дылде направление, - пёсик.

- Ну я тебе сейчас задам! – оставив подарок, бывший мелкий, а теперь чувак на полторы головы выше меня двинулся в мою сторону так быстро, что опомниться не успела, как была поднята в воздух и закинута на плечо.

- Ах ты, паразит мелкий! Поставь на пол!

- Надо говорить «пожалуйста», - ехидненько ответил младший и потащил меня в сторону кухни.

- Мам! Скажи ему!

- Что сказать? - видеть её не видела, но в мамином голосе чувствовались смешинки.   

- Чтобы поставил на пол!

- Мама, она меня обижает! – одновременно выдали мы с Антоном. Вот же!

- Тебя обидишь! Вон уже, какой лоб здоровый! Поставь Киру.

- Слышал, что мама сказала? – и ущипнула его за спину.

- Слышал, что мама сказала, - начал передразнивать меня братишка. – Ай! Разрушительница! – и спустил со своего плеча. Даже попридержал и усадил за стол, как благородную даму. То же мне, кавалер.

- Благодарю, ваша светлость, - кивнула ему по-царски.

- Сиятельство, - поправил братишка меня. – Картошечки?

- Ох, пардоньте, не знала, что вас повысили, – и подставила тарелку. Картошки братец насыпал от души, ещё и куриная ножка, словно вишенка на торте, была водружена сверху. – Благодарствую, ваше сиятельство.

- Прямо высшее общество, - хохотнул папа. – Куда же делись мои дети?

- Ну что вы, батюшка, - театрально - горестно вздохнул Антон, - полноте! Откушайте, сударь, яство дивное!

И поднёс нашему падре чуть ли не под нос корзинку с хлебом. И уже не выдержав такой комичной ситуации, все начали смеяться.

- Откушаю, сынок, откушаю, - отец шутя замахнулся ложкой, типа собирался дать по лбу, этому здоровенному лбу. Прям каламбур вышел.

Дальше уже пошли разговоры на ответвлённые темы. Зацепили работу, учёбу, кое-какие поездки. Уже когда перешли к чаю с десертом, Лиля с Вадимом обрадовали нас будущим пополнением. Все замерли, не зная, что сказать. Так сказать, случилась минутная пауза. Сестра сидела ко мне ближе всех и я, помня об интересном положении, мягко её обняла.

- Поздравляю! Лиля, Вадим! Слов нет! Молодцы! – потом обняла зятя.

- Я стану дядей? – Антон был в своём репертуаре. – Шутите?

- Неет! – улыбаясь, ответила Лиля. – Какие тут шутки? Не первое же апреля.

Мама, смахнув слёзы, тоже начала обнимать будущих родителей, а папа сидел с красными глазами.

- Андрюшенька? – мама окликнула отца. – Может, капельки?

- Какие капли?! – тут его прорвало. – Я стану дедом?!

- Так что же это мы тут чай пьём? – Антон подлез к ним, пожал руку Вадиму. – Мам, может чего покрепче?

- Сейчас тебе заварки ещё долью и будет крепче! – пообещала маман, хлопнув его слегка полотенцем, но этот проныра вывернулся так, что полотенцем получил папа.

- Ну матушка! Будьте милосердны! – брат сложил руки в мольбе, скорчив скорбную мину, а у самого глаза блестят. – Такой праздник!

- Так не у тебя же праздник, - поддела я Антона, ухмыльнувшись. – А мне маменька нальёт, правда? Красненького?

- Компоту налью, - согласилась родительница. – А остальное на вечер.

- Эх, прости, братец, я пыталась!

Пришлось даже ручку ко лбу приложить и глаза прикрыть.

- Артисты! – рассмеялся отец, переставая обнимать Лилю.

- Ладно, - сжалилась мама, - раз такое событие. Только кто повезёт нас сегодня на площадь?