Очарованный магистр Шерли

Глава 6

Той же самой ночью, далеко на Драконьем полуострове, в сердце роскошного замка, в богатой спальне с потолками, украшенными драгоценными фресками, юный наследник драконьего рода — Виктор Рейвенвинг — был занят в привычных для него любовных утехах. Его длинные белокурые волосы слегка растрепались, а губы скользили по шее и плечам Виолетты — девушки из высшего сословия, которая с радостным хихиканьем подставляла ему свою белоснежную кожу на открытом декольте.

Виктор, прекрасный и статный, обладатель голубых, как зимний лёд, глаз и гордого профиля, был тем, кто одним лишь взглядом мог заставить девушек терять рассудок. Он принадлежал к древнему роду драконов, одним из самых влиятельных в Империи, и носил звучное и величавое имя своего рода — Рейвенвинг, что значило "Крыло Ворона". Этот титул не только напоминал о его древнем наследии, но и возлагал на него ответственность перед Советом Лордов. Но Виктор в свои двадцать пять лет не слишком тяготился обязанностями: его интересовали больше женщины, вино и развлечения, чем скучные политические собрания и обсуждения судьбы Империи.

Виолетта была одной из многих, кто добивался его внимания, и, оказавшись в его объятиях, искренне надеялась, что его интерес к ней перерастет в нечто большее. Однако Виктор был ветренен и капризен: не привязываясь ни к одной женщине, он наслаждался вниманием и свободой. Его холодное отношение к браку и обязательствам приводило в отчаяние молодых драконесс и девушек из знатных семей, каждая из которых мечтала стать леди Рейвенвинг, но ни одна не могла завоевать его сердце.

Пока его губы касались шеи Виолетты, девушка тихо смеялась, поглаживая его твердую грудь и явно наслаждаясь ситуацией. Она знала, что её потенциальный жених — дракон, способный перевоплощаться, но пока что его "вторая сущность" не проявлялась, и ей не приходило в голову, что в эту спокойную ночь всё может измениться.

Однако внезапно Виктор резко отстранился и замер, его глаза широко раскрылись, а лицо исказилось от боли. Едва успев вскочить на ноги, он схватился за левое запястье, из горла вырвался низкий, утробный рык, который эхом прокатился по стенам спальни. Виолетта, не понимая, что происходит, отступила на шаг, но, испугавшись, тут же подбежала к нему, хлопая ресницами и бледнея от страха.

— Виктор, что случилось? — спросила она, чувствуя, как внутри её зарождается паника.

Но Виктор не отвечал. Он стоял на коленях на полу, сцепив зубы, а рука, которой он сжимал запястье, слегка светилась, под чуть смуглой кожей пронеслась золотистая вспышка. Он тяжело дышал, лицо его было мокрым от пота, а дыхание стало настолько прерывистым и громким, что казалось, он борется со смертельным приступом.

— Убирайся! — прохрипел он, не глядя на Виолетту и пытаясь справиться с болью, которая жгла его запястье. Грудь его быстро вздымалась, глаза потемнели, и голос, уже отчасти изменившийся, звучал так, что Виолетта содрогнулась.

Она хотела ему помочь, но грубый тон юноши привёл в замешательство. Лицо девицы исказилось от обиды, но, бросив последний взгляд на корчащегося на полу Виктора, она лишь недовольно хмыкнула и, поправив свои растрёпанные волосы, с раздражением направилась к двери, захлопнув её с силой, чтобы хоть как-то выразить своё возмущение.

Как только она ушла, Виктор остался один в тишине. Боль в руке продолжала усиливаться, словно под кожей разгорелось настоящее пламя, пытаясь вырваться наружу. Он разжал пальцы и посмотрел на запястье, с которого исходил свет — и увидел, что на поверхности проявляется древний символ, высеченный огнём: печать истинной. Это клеймо связывало его с выбранной парой и означало, что где-то в мире появилась девушка, принадлежащая ему по праву.

Но эта мысль привела его в бешенство. Он, Виктор Рейвенвинг, гордый наследник драконьего рода, не собирался никому подчиняться и не хотел принимать такой поворот судьбы. Ведь если он награжден печатью, значит, он обязан защищать ту, с кем теперь связан.

С силой, заставившей его зубы скрежетать, Виктор выпрямился, чувствуя, как его драконья сущность, разъярённая и неудержимая, пробуждается внутри. Глаза его наполнились ярким золотым светом, а сам он уже не мог скрывать растущую в нём ярость.

Едва справившись с первой вспышкой гнева, молодой Рейнвенвинг рывком поднялся на ноги и, не дождавшись, пока пройдёт боль в запястье, громко позвал своего помощника:

— Яков! Немедленно сюда!

Дверь спальни открылась, и вошёл мужчина лет сорока пяти — высокий, крепко сложенный, с проницательным взглядом серых глаз. Помощник - , опытный военный, был приставлен к Виктору его отцом для охраны и наставничества.

Увидев выражение на лице Виктора, Яков сразу заметил сияющую на его запястье печать и не смог скрыть лёгкой улыбки.

— Господин Виктор, — произнёс он, поклонившись, — это великая радость. Истинная печать — дар для любого дракона, ведь она откроет вам новый путь. Значит, где-то есть та, кто предназначена вам по судьбе. В союзе с ней вы обретёте полную силу, и она сможет подарить вам наследников, настоящих драконов.

Виктор нахмурился, нетерпеливо сжав кулаки.

— Радость? — проговорил он раздражённо. — Радость для кого? Яков, мне двадцать пять, а я ещё не готов связывать себя брачными обязательствами! Полагаю, у меня было бы достаточно времени и через двадцать, и через тридцать лет! Другие драконы обретают своих истинных куда позже, а я почему-то должен жениться сейчас.

Яков, понимая его раздражение, спокойно покачал головой:

— Ваш отец был бы в восторге, господин. Истинная — это не только обязательство. Благодаря ей ваша драконья сущность обретёт силу, и весь род Рейвенвингов станет крепче. Это древняя магия, не нам решать, когда ей являться. Однако с вашей печатью теперь можно установить её местоположение.

Молодой лорд тяжело вздохнул, чувствуя в груди бурю противоречий. Ему не хотелось быть связанным этой магией, но он понимал, что судьба уже начала сплетать для него свою нить.