Очарованный магистр Шерли

Глава 7

Виктор был в смятении. Он, привыкший к беззаботной жизни, к тому, что его желания всегда оставались свободными, теперь столкнулся с непреодолимым зовом. Печать, жгущая запястье, пульсировала, напоминая, что где-то в мире была девушка, его истинная, принадлежащая ему по праву. И в то же время внутри него просыпалось нечто опасное — драконья сущность, долгое время остававшаяся под контролем.

Эта сила, дремавшая многие годы, пробудилась с небывалой яростью, требуя освобождения. Он ощутил, как в груди разгорается пламя, сердце билось сильнее. Незримая сила шептала в сознании: "Она моя! Найди её… забери её." Слова принадлежали могущественному зверю, стремящемуся к своей избраннице.

"Проклятая магия!" — раздражённо прошипел он, чувствуя, как собственная природа подчиняется воле магического ритуала. Сначала это ощущение вызывало у юного лорда ярость — вторая ипостась требовала не игнорировать своё предназначение. Драконья сущность пробудилась, и в нём заиграли животные инстинкты, первобытные и необузданные. Контроль покидал тело.

Виктор знал о древних законах, связывающих драконов с их истинными, но всегда полагал, что это случится в далёком будущем. Но теперь, когда кровь кипела, жаждая обрести предназначенную пару, не мог успокоиться. Печать, как живая, требовала его внимания и привязывала к девушке, которую он ещё даже не видел.

Каждый раз, когда молодой лорд пытался отогнать эти мысли, образ неизвестной истинной только усиливался, вызывая странное, щемящее чувство в груди.

"Она моя…" — вновь прозвучал голос в его голове, и Виктор осознал, что сопротивление бесполезно. В его душе уже началось необратимое.

Молодой наследник, несмотря на досаду, ощутил укол гордости: среди драконьих лордов редко случалось, чтобы истинная печать проявлялась в столь молодом возрасте. Ему предстояло обрести не только супругу, но и невиданную силу — ту, что пробуждалась только в тех, чья истинная пара была рядом. Печать сулила мощь, которой завидовали бы старшие драконы, до сих пор не обредшие избранниц.

Но по мере того, как воодушевление росло, мысли омрачились сомнением. А что, если истинная окажется не достойной его? "Что если она больна или слаба?" — самолюбию молодого лорда можно было позавидовать. Виктор начал представлять, как это было бы постыдно — избранница наследника Рейвенвингов не могла быть слабой и болезненной, ведь от их союза зависят будущие дети. Он с раздражением прошипел, отвергая эту мысль: "Нет, Высшие силы не допустят такого унижения для моего рода. Наречённая истинная наследника Рейвенвинга обязана быть совершенной!"

Его мысли стремительно перешли к другой детали, не дававшей покоя: магический потенциал. Только сильная жила могла слиться с его родом, подарив ему всю мощь, к которой стремился каждый дракон. "Моя истинная не может быть слабее меня, иначе союз просто не удержит силу нашего рода," — твердил он себе, чувствуя, как в груди разгорается смесь гнева и высокомерия. Ему было мало важно, кем она окажется, — как человек она его почти не интересовала. Для него девушка была скорее не личностью, а сосудом, предназначенным для передачи силы и рождения потомства.

Виктор взглянул на пылающий знак на запястье, мысленно усмехнулся и вошёл в родовую молельню — просторный зал, пропитанный магией его рода. Своды помещения были украшены сложными барельефами, изображавшими историю семьи Рейвенвингов, и мерцали в полумраке мягким светом магических факелов. В центре молельни находился алтарь, а за ним, вмурованное в стену, возвышалось родовое древо, выполненное из платины. Оно хранило имена всех предков и каждого наследника рода, отмечая их судьбы и союз с их истинными.

Яков уже стоял у алтаря, в полной тишине завершив последние приготовления. На подносе лежали серебряный нож и древний амулет Рейвенвингов, передаваемый из поколения в поколение. Виктор без лишних слов взял оружие, решительно сжав его в руке, и аккуратно провёл лезвием по ладони, чувствуя, как тёплая кровь медленно стекает по пальцам.

Крупные капли упали на родовой амулет, и тот моментально засиял ярким пламенем, воздух вокруг него воспламенился. Из алтаря начали подниматься перемешанные магические символы, которые кружились в волшебном эфире, меняясь и формируясь в новые узоры, едва понятные для человеческого глаза. Виктор смотрел на них, затаив дыхание, чувствуя, как его драконья сущность напряглась, ожидая раскрытие тайны.

В тот момент, когда кровь коснулась амулета, родовое дерево, запечатанное в стене, словно ожило. Металлические ветви дрогнули, а затем от одной из них медленно протянулась новая тонкая веточка, сияющая мягким золотым светом. Она росла прямо на глазах Виктора, прокладывая себе путь на металлическом полотне. Постепенно, по мановению невидимой руки, на ветке распустился цветок, его лепестки сияли, создавая в воздухе бледное свечение.

И тут, сдерживая дыхание, Виктор увидел, как на лепестках цветка проступают светящиеся буквы, формируясь в имя, само дерево отзывалось на зов ритуала. Медленно, но уверенно, буквы собрались в чёткое и неизбежное имя: "Элиана Вессингер".

Виктор стоял перед алтарём, потрясённый увиденным. Имя его истинной было вписано в родословную, союз благословлен Драконьим богом.

***

Юный лорд нетерпеливо ходил по просторной зале. Его мысли снова и снова возвращались к имени, увиденному на родовом дереве. "Вессингер," — раздражённо повторял про себя, пытаясь подавить недовольство. Имя звучало так чуждо, что наследник едва сдерживался, чтобы не выместить своё негодование на ближайших предметах. "Слабая человечка, наверняка, и, вероятно, даже без магии. Как могла судьба быть настолько жестокой ко мне?"

Яков, видя негодование молодого лорда, счёл нужным вмешаться. Он сделал шаг вперёд и тихо произнёс:

— Господин, позвольте мне выяснить всё о ней. Возможно, у девушки есть какие-то скрытые способности, или происхождение её рода нам не известно. Я сам отправлюсь по её следам и доложу, как только найду вашу истинную.