Очарованный магистр Шерли

Глава 13

После долгого полёта Виктор, серебристо-платиновый дракон, с рёвом и блеском пронёсся над округой своих владений, его могучее тело сверкало в лучах заходящего солнца. Громкий рык раздавался на многие мили, пугая и завораживая жителей. Все они в один голос повторяли, что их молодой лорд обрел истинную — его первое обращение в дракона служило этому доказательством. Виктор, паря высоко над горами и лесами, ощущал невероятное чувство свободы и силы. Каждая чешуйка его тела словно была наполнена магией, которая разливалась по венам, как огненная река.

Но, несмотря на всё это великолепие, в его душе происходила борьба. Он чувствовал, как внутри его сущность дракона призывала к нему, пробуждая неясное, но мощное желание. Голос дракона был почти осязаем, требуя от Виктора, чтобы он немедленно нашёл свою истинную. Каждая клетка драконьего тела, которое теперь стало его вторым «я», стремилась к этой незнакомой девушке, зная, что она — его, и что должна быть в безопасности. Он представлял, как эта таинственная нареченная будет с ним в его владениях, и это чувство непреодолимо влекло его к ней, создавая в нём доселе неведомую тоску и желание беречь и защищать.

Однако эгоистичная и свободолюбивая часть души Виктора сопротивлялась этому зову. Он не привык позволять кому-либо управлять собой — даже своему пробудившемуся драконьему началу. Ему не нравилось, как его разум и сердце сплетались с чем-то неведомым, и он пытался подавить этот зов, мысленно заверяя свою сущность, что вскоре она сама будет доставлена к нему во дворец. Однако дракон внутри не унимался, тревожно рыча в его сознании, требуя более решительных действий.

Когда наконец Виктор опустился у своих владений, его тело уже устало от сопротивления и борьбы. Слуги подбежали к нему с приготовленной одеждой, и он, чувствуя, как внутренняя борьба накатывает с новой силой, позволил себе обратить тело обратно в человеческое обличье. Этот процесс всё ещё приносил болезненные ощущения, но на этот раз его энергия и решимость сделали трансформацию более контролируемой. Он сжал зубы, ощущая, как тяжёлые драконьи мышцы и кости сжимаются, а его кожа становится вновь человеческой.

Когда он наконец принял человеческий облик, оделся и зашел в замок, Виктор на мгновение застыл перед большим зеркалом, висевшим в роскошной гостиной. Обращение в дракона изменило его: он словно стал ещё выше, мощнее, с более резкими и мужественными чертами. Лёгкая тень жестокости появилась в его взгляде, отражая опыт первых полётов и звериных инстинктов. Его волосы казались более блестящими, словно отражая серебристый отблеск драконьей чешуи, а в голубых глазах появился хищный, чуть тёмный отблеск, похожий на искры ледяного огня. Виктор невольно провёл рукой по лицу, разглядывая в отражении своего нового «я». Теперь он ощущал, что эта драконья сущность стала его неотъемлемой частью, даруя ему новую силу и решительность.

Используй промокод прямо сейчас и подписывайся на книгу! YnRU6JYw

Отведав богатый ужин, Виктор, чувствуя, как его внезапно охватившй голод наконец утолён, направился в свои покои. В теле его всё ещё бродила неугомонная энергия после полёта и обращения, но разум был утомлён от новых ощущений и борьбы с самим собой. Он решил, что утром лично отправится на поиски истинной, если Яков к тому времени не вернётся. Виктор знал, что его помощник надёжен, но не желал оставаться в ожидании ещё дольше. В его мыслях девушка занимала всё больше места, и эта зависимость раздражала его. Он хотел бы поскорее забрать её к себе, чтобы избавиться от этих терзаний.

Откинувшись на широкую кровать, Виктор попытался уснуть, но голос дракона в его сознании не утихал. Он словно слышал, как его внутренняя сущность зовёт её по имени, отдаваясь эхом в его разуме: «Элиана… Она должна быть здесь… рядом». Виктор, раздражённо перевернувшись, стиснул кулаки, пытаясь подавить это чувство. Он не понимал, что именно его тревожит — возможно, это страх потерять контроль, не подчинить себе связь, но ему всё ещё казалось, что он не должен уступать.

Однако дракон не унимался, призывая его сердце быть ближе к истинной. Ему виделись образы её лица, смутные и тревожные, почти как наваждение, которое не давало ему покоя. Он представлял её волосы, тонкие черты лица, и каждый раз это видение неотступно влекло его к ней.

Засыпая, Виктор принял решение: если к полудню помощник не вернётся, он отправится на её поиски сам, с такой скоростью, что ни один враг, ни одна преграда не остановит его.

***

Поздней ночью Виктора внезапно разбудили невыносимые ощущения. Его тело словно охватило пламя — каждое биение сердца отзывалось мучительной болью, будто его грудь раскалывалась на части. Казалось, что боль исходит не только из тела, но из самой глубины его существа, разрывая его изнутри. Дракон внутри выл, раздирая сознание Виктора на клочья, его протяжный стон отдавался эхом в его разуме, наполняя его первобытной, безысходной скорбью, какой он никогда прежде не испытывал.

— Что со мной?.. Я умираю?! — пронеслось у него в голове, и Виктор, не выдержав, закричал.

Он перекатился на кровати, сжимая голову руками, пытаясь хоть как-то заглушить этот невыносимую боль в черепе. Казалось, он слышал тысячи шепотов, каждый из которых произносил одно и то же: утрата, конец, безвозвратная потеря. Он чувствовал скорбь, такую острую, что ему казалось, будто внутри его разлилась бесконечная пропасть.

Его крики эхом разносились по всему замку, и испуганная прислуга вскоре примчалась в его покои. Первой ворвалась горничная, за ней подтянулись остальные, озабоченно и напряжённо переглядываясь между собой. Они наблюдали за своим господином, изогнувшимся в муках на кровати, и страх отражался в их глазах. Лицо Виктора было исказившимся, а взгляд, когда он попытался сфокусироваться на слугах, был полон ужаса и боли.

— Господин… господин Виктор! — робко произнесла горничная, не зная, как помочь.

Виктор попытался сфокусироваться, дыша прерывисто и глубоко, но боль не утихала. Она распространялась по всему телу, словно разлившаяся тьма, оставляя его обессиленным и опустошённым. Через несколько долгих минут страдание постепенно начало отступать, и он почувствовал, что боль медленно уходит, оставляя после себя тяжёлую пустоту. Он приподнялся, пытаясь прийти в себя, и в тот момент его взгляд упал на его руку.