Очарованный магистр Шерли

Глава 22

Глава 22

Виктору казалось, что с каждым днём его боль становилась только сильнее. Смерть его истинной была не просто утратой, а чем-то большим. Он винил себя за её гибель, за то, что не смог защитить, за высокомерие и упрямство, которые не позволили вовремя вмешаться. Но время неумолимо двигалось вперёд, и вернуть его назад невозможно.

Рейнвенвинг не появлялся в фамильном дворце. Первые десять дней после злополучной трагедии, когда Яков сообщил о смерти Элианы, молодой лорд просыпался на холодной земле рядом с надгробием. Он не чувствовал холода — внутренний дракон согревал его изнутри, но этот жар только усиливал душевную боль.

Это была мучительная борьба между силой, пробужденной в нём, и отчаянием дракона, которое не позволяло жить дальше.Его зверь внутри скорбел. Эти чувства были невыносимы, и Виктор нашёл единственное облегчение в долгих полётах по небу, где ветер хоть ненадолго заглушал его мысли.

Однажды, летая над столицей полуострова, вблизи Волшебной Академии, дракон внезапно почувствовал странное, встрепенулся, уловив что-то знакомое, неясное, но сильное. Виктор сам не понял, что именно вызвало это ощущение — запах, звук или просто интуиция зверя.

Он резко развернулся и начал кружить над городом, внимательно вглядываясь в улицы и крыши домов. Нечто эфемерное притягивало его, и эта тяга была настолько сильной, что он не мог её игнорировать.

Зверь внутри казался взволнованным, но, как Виктор ни старался, он не нашёл ничего, что могло бы объяснить это странное чувство.

Его внимание привлёк одинокий особняк. Дом выглядел ухоженным, с аккуратным садом и высоким забором. Судя по всему, он принадлежал кому-то из местных вельмож. Молодой лорд не мог объяснить, почему его так тянуло к этому месту. Дракон словно затаил дыхание, напряжённо прислушиваясь, а потом начал тянуть его всё ближе и ближе.

— Что же это? — задумался Виктор, вернувшись на одну из улочек неподалёку в образе человека.

Выяснив через случайных прохожих, что в этом особняке проживает почтенный магистр Волшебной Академии Эдмунд Локвуд, молодой лорд почувствовал легкое раздражение. Это имя было ему знакомо: Локвуд считался выдающимся ученым магом, уважаемым во всех слоях общества. Но что могло связывать его с этим человеком? Почему дракон внутри так реагировал на это место?

Рейвенвинг покачал головой, отвергая свои мысли.

— Похоже, мой зверь совсем отчаялся, — тихо пробормотал он, глядя на особняк с сужающимися глазами. — Наверное, он ищет любое оправдание, чтобы отвлечься от нашего горя.

Виктор развернулся и ушёл, стараясь не оглядываться на дом. Но тяжёлое чувство не отпускало его. Где-то в глубине души юноша понимал: это было не случайно.

Последующие три недели молодой наследник Рейвенвингов решил не покидать больше своего имения и заперся в покоях, часто заглушая терзания зверя крепким вином и ласками знакомых драконесс.

Альдеран, видя, во что превращается жизнь единственного сына, пытался достучаться до него гневными разговорами, но все было напрасно. Зверь Виктора слабел и, скорее всего, должен был уснуть навсегда, если только ему не посчастливиться обрести истинную вновь.

В какой-то момент горемыка-отец пожалел о своем жестоком решении избавиться от потенциальной невестки, но его холодная расчетливость и жестокость никак не давали признать неправоту его деяний.

После трех недель разгульной жизни юного отпрыска до старого лорда дошли слухи о необычайном для полуострова происшествии: в Академии объявилась Нира-Пакши.

Теперь Альдеран задался мыслью во чтобы то ни стало, заполучить ее для сына. Да вот, как это сделать? Девушка, которую бог Аджгар великодушно наделил великим даром, напрочь отказалась быть нареченной для одного из достойнейших драконов.

Совет попечителей Академии принял Закон об охране ее прав и желаний, запрещая кому-либо посягать на ее добродетель до момента окончания обучения.

***

Виктор сидел на краю кровати, лениво потирая виски, которые пульсировали от похмелья. Его отец, Альдеран, стоял напротив, высокий, статный, будто изваяние из мрамора, сверкая глазами от ярости и нетерпения.

— Ты едешь в Академию, и точка, — холодно повторил старший лорд, сжав кулаки.

— Зачем мне это? — проворчал Виктор, натягивая на себя халат и направляясь к столу, чтобы налить себе ещё вина. — Я и так четыре года своей жизни провел, слушая их скучные лекции. Что мне делать среди сопливых адептов? Преподавать? На что? На своём примере демонстрировать, как заглушить боль разгулами?

Альдеран со стуком опустил кулак на стол, заставив бокалы на нём дрогнуть.

— Ты ничего не понимаешь, — прорычал старый лорд. — Нира-Пакши — это шанс для нашей семьи. Мы обязаны завладеть ею. Ты можешь жалеть себя сколько угодно, заливать горе вином, но твой зверь умирает, Виктор! И если ты не примешь её как свою истинную, станешь пустым сосудом, и твоя драконья сущность исчезнет навсегда.

— Это уже случилось, отец, — глухо ответил Виктор, бросая горький взгляд в окно. — Мой зверь молчит. Его больше нет. Я чувствую только пустоту.

— Зверь слаб, но не мёртв! — резко перебил Альдеран. — Ты потерял первую истинную, но боги дали тебе второй шанс. Эта Нира-Пакши может быть твоей спасительницей. И ты отправишься в Академию, чтобы доказать, что она должна принадлежать тебе.

— А если она откажется? — бросил Виктор, с вызовом глядя на отца. — Академия теперь защищает её, никто не посмеет посягнуть на её свободу. Так в чём твой план, отец? Очаровать её? Попросить совета у твоих придворных поэтов?

Альдеран, казалось, проигнорировал насмешки сына. Его голос стал ещё холоднее и расчётливее.

— Ты станешь преподавателем. Ректор Академии Стафор Гестренвинг примет в преподаватели лишь человеческого мага. Мы спрячем твою сущность и облик с помощью артефакта. Яков все приготовил. Со дня прибытия, тебя будут звать Алексис Шерли. Будешь вести курс тактики боевой магии. Это поставит тебя рядом с ней, даст возможность завоевать доверие девушки. Убеди её, что быть рядом с тобой — судьба.