Очень большая игра

глава девятая

Полюбоваться закатом на носу второй палубы – там, где она была полностью открыта и не могла похвастаться даже навесом, публики собралось немало: ветер сегодня улегся, и погода стояла просто сказочная. Дамы, успевшие уже переодеться к вечеру, но пока прикрывшие обнаженные плечи накидками, кормили чаек, бросая им хлеб не менее азартно, чем те ловили – крик и за бортом, и на борту стоял до небес. Кавалеры тоже принарядились в черное и официальное, а потому морщились, когда на них сыпались крошки, но куски выпечки, специально доставленные для этого из кухонь, передавали своим леди беспрекословно. Иногда даже с улыбками.

Впрочем, чем ближе к горизонту опускалось солнце, тем сильнее редели ряды желающих торчать на открытой палубе. Пассажиры чинно и массово потянулись в оба ресторанных зала лайнера – носовой и кормовой, чтобы успеть не торопясь и со вкусом поужинать до начала музыкальной части вечера. Сегодня в большом салоне анонсировали выступление скрипача, главным талантом которого, по мнению кое-кого из критиков, было умение дарить публике томные взгляды, и дамы уже охали в предвкушении. Кавалеры снова морщились, но программки концерта добывали им столь же беспрекословно, как и корм для чаек.

Пепел в образе госпожи Поудди целиком оккупировал на второй палубе небольшой диванчик, поставленный далеко от борта, а потому кормильцам птичек совсем неинтересный, и в ожидании запаздывающего Енси вспоминал, чем закончился их недавний разговор с Шоралтом.

– А госпожа Шарот? – спросил тот, обдумав все услышанное от него насчет Лит. – По-моему, как раз ее подвиги во славу вашей конторы девочку и вдохновляют? Разве нет?

– Да. Но Шарот – история отдельная, – дернул он в ответ уголком рта. – Душу ей выжгло гораздо раньше, чем эта дама к нам пришла. Знаешь, как погиб ее муж?

– Слышал.

– Тогда и понимать все должен сам. Кстати, бабушка от дел отошла сразу, едва достала его убийцу, так что там явно другое. Но насчет «вдохновляется» ты, боюсь, прав.

– А может, не Шарот, а твоя мать? Про шпионские подвиги рессы Лиссерине тоже ведь не просто так слухи ходили.

– За ней стоял Варан. Она была лишь его тенью. Литси же хочет отбрасывать тени сама. И с каждым годом вязнет в этом все глубже, наплевав на остальное. И на остальных.

– Полагаешь, дети могут ее успокоить? – скептически изогнул бровь Ралт.

– Уверен. Даже моя жена, родив третьего, угомонилась с самолетиками, и теперь предпочитает заниматься изобретениями, а не лично нарезать петли в небе.

– Что, совсем не нарезает?

– Не, ну не совсем, конечно, – Пепел не выдержал и все же хмыкнул, – но хотя бы пять дней в неделю на летном поле уже не торчит.

– У Лит не тот характер, – упрямо покачал головой Ютиси, – чтобы просто усадить ее в спальне, иногда выпуская в детскую.

– Знаю. Потому и нужно придумать для нее что-нибудь столь же затягивающее, но не столь опасное. Понимаешь?

– Пепел, – Шоралту, сдается, не сильно нравился этот разговор, – для того чтобы устраивать чужие судьбы, у тебя дочки есть.

– Ага, и сын. Но и Литси мне не чужая.

– А у меня никого, – вдруг выдал ресс.

– Это пока, – отмахнулся он. – Ты же не старик, да и Лина тоже.

– Но наследник не помешал бы уже сейчас – упрямо сжал тот челюсти.

– Чтобы тоже было за кого бояться?

– Ты боишься за Лит? – Не сказать, чтобы Ютиси сильно удивился такому повороту.

– Боюсь, – Пепел ответил предельно честно.

– Что-то предчувствуешь?

– Нет. Знаю.

– Кидал на нее? – вопросы ресса все меньше походили на простое любопытство.

– Кидал. Именно поэтому она сейчас здесь. Что-то для нее должно решиться. – Он вдруг напрягся: – Погоди, а сам чего спрашиваешь? Тоже руны бросил?

– Бросил. Но не на нее, а на корону.

– Тва-а-аю ж! – от души выдал Пепел. – Еще не легче!

– Вот именно. Только без этой девочки мы ее не получим. Не знаю как и почему, но она для нашей авантюры граничное условие…

Отвлекли «госпожу Поудди» от размышлений неожиданно: задумавшись, та сумела проворонить появление Енси.

– Ну что, красотка, – официант без церемоний плюхнулся рядом, – скучаешь?

Дама опешила, пару раз хлопнула ресницами и выразительно поджала губы:

– Полагаете, нам уже пора перейти именно на такой тон?

– А почему нет? – попытался тот заглянуть ей в декольте. – Признавайся, девуля, ты же на меня запала?

Пепел едва удержался, чтобы не почесать в затылке, но вовремя спохватился и скромно стиснул ладошки.

– Ну-у… Вы, конечно, интересный молодой человек, с этим трудно спорить, но…

– Но? – поторопил тот ее, явно заинтригованный.

– Но ваш друг… Вы раньше часто вместе появлялись. Вот он еще интереснее. – И, пока официант не опомнился, добавила: – Не знаете, почему я его больше здесь не вижу? С ним что-то случилось, да? Вы ведь мне все расскажете, правда? Все-все?

До Енси явно дошло, что с тоном он, кажется, и в самом деле здорово промахнулся. Но если бы еще догадывался насколько…

***

– Сдается, это все же не Сиенура, – без малейших сомнений выдал Пепел, вернувшись после своего крайне занятного свидания на второй палубе. – Это вообще какая-то мелкая шушера.

В гостиной к тому моменту полностью собралась вся компания, но озвучил общее недоумение Шоралт:

– Ты о ком?

– О парочке наших знакомых подавал, разумеется, – пренебрежительно дернул он плечом и сноровисто поправил сбившийся от этих эмоций лиф платья.

– С чего такие выводы? – продолжил недоумевать ресс.

Пришлось пояснять:

– Подобная шваль по определению ни к одной приличной разведке отношения иметь не может.

– Возможно, их наняла неприличная? – стоило Лит заговорить, Пепел тут же обратил внимание, что сидит она одна. И максимально далеко от Нерма.

– Нет, – усмехнулся он не столько реплике, сколько этой показательной дистанции. – Даже неприличная с таким дерьмом… простите, дамы… не свяжется. Эту парочку наняли те, кто вообще не разбирается в вопросе. Они не агенты – они убийцы. Какие-то прям аж водевильные.