Очень Дикий Запад

Глава 20

Время неумолимо летело вперед, не особо заботясь о том, упущено оно кем-либо, или нет. У времени свой путь, путь, не терпящий оглядок, глухой к уговорам. Время неудержимо.

За спорами, взаимными обвинениями и прочей ерундой люди и не заметили того, что день закончился. Скорее всего, это произошло из-за отсутствия окон. Если бы не Тоска, то собравшиеся так бы и продолжили выяснять отношения.

— Баста, карапузики, — вскинув руку над головой, привлекая к себе внимание, сказал командир наемников. — Майор, я все понимаю, и тебе хочется потрепать языком, но у моих людей скопилось ко мне несколько вопросов, и до выхода я хочу на них ответить.

Майор заметно скис, но возражать не стал.

— Вы можете остаться здесь, в моем кабинете. Если неудобно, то твои (он выделил это слово — твои) Саньки покажут, где находятся комнаты личного отдыха и досуга. Минус второй этаж ваш.

Он выразительно посмотрел на близнецов.

— Помните дорогу, сынки? Если ко мне вопросов нет, то я, с вашего позволения, покину вашу скучную компанию.

— Где мы? — ДиЗи сам удивился своей дерзости, но остановиться уже не мог. — Я имею ввиду…

— Я знаю, о чем ты спрашиваешь, — Майор еще больше заскучал. — На этот вопрос тебе ответит мой ученый друг. Я в этом понимаю столько же, сколько и ты. Одно скажу — это база внешников.

ДиЗи мысленно сплюнул себе под ноги. Внешники! Словно это что-то объясняет. Он перевел взгляд на всех остальных, и те, к его изумлению, вовсе не выглядели потерянными. Все понимали, где они находятся, и только ДиЗи сидел как белая ворона на белом мягком кресле.

— Слушай, Тоска, — уже поднявшись с места и пройдя несколько шагов в направлении выхода, обратился Майор к наемнику. — Ты не будешь против, если я попытаюсь уговорить твоего снайпера остаться со мной?

— Нет. Не буду. У нас каждый волен распорядиться своей жизнью так, как сочтет нужным.

— Уж больно он мне нравиться, — улыбнулся Майор. — Дерзкий, отважный…талантливый. Он же не новичок, я правильно понимаю?

— Я его знаю давно. И с его слов, до нашего знакомства он в Стиксе пару лет прожил.

— Допустим, что общее количество лет, проведенных в Стиксе — пять, — Майор уставился в потолок, что-то прокручивая в мыслях. — Он умудрился ужраться до свинотного состояния менее чем за час, словно новичок. Согласись, это талант. А мне таланты в команде нужны.

Он засмеялся в голос и, продолжая ржать как лошадь, вышел из кабинета.

ДиЗи поискал глазами Кряжа и обнаружил того сидящим на полу у бара. Голова его безвольно повисла, подбородок уткнулся в грудь. В расслабленных руках, лежащих на коленях вытянутых ног, покоится бутылка. Не просто бутылка, а одна из тех, что принесли для Майора. Видимо снайпер, не оставляя попыток вытянуть того на конфликт, дерзнул взять то, что брать было запрещено. Ой, не простой в тех бутылках напиток. ДиЗи не безосновательно полагал, что не прислонись Кряж к мягкой стене, то валяться ему как порванному, ненужному ботинку. А так, имея опору, он просто уснул в не самой удобной для отдыха позе.

— Хороший мальчик, — покивал головой Тоска, глядя на пьяного дебошира.

— Евсей, что происходит?— голос Тычка дрожал от напряжения. — Что весь этот балаган означает?

ДиЗи встрепенулся. Евсей? Это что, имя? Это настоящее имя Тоски? Судя по всему, так и есть. В Стиксе не принято обращаться к человеку по имени, это ДиЗи уяснил прочно и не находил причин не принимать такого расклада вещей. Он уже и сам привык к тому, что его зовут не так, как прежде. А тут Тычок, всегда положительный и правильный, нарушает негласный закон. Это подчеркивает всю неординарность и важность момента и ситуации, в которой они все оказались.

— Что именно, друже? — Тоска не отводил взгляда.

— Давай по порядку. Сядь на место, пожалуйста! — Тычок вдруг прикрикнул на поднимающегося со своего кресла Разума и тут же переключился на Саньков, которые встрепенулись, готовые защищать юродивого от любых нападок. — Вы тоже потухните, я вам не Кряж!

Разум опустился на кресло. ДиЗи готов был поклясться, что от сумасшедшего в этом человеке оставалось все меньше и меньше, словно само пребывание в «Звездном» действовало на него исцеляюще. Саньки так же покорно опустили головы, словно не Тычок, а сам Тоска обращался к ним. Это так же вызывало интерес. Будь на месте крестного Кряж, Саньки не стушевались бы и встали на защиту Разума. Что-то не так во всем этом, что-то не так.

— Не срывайся, будь любезен, на людях, —обратился к Тычку командир. — Твое непонимание не должно отражаться на них. Что ты хочешь узнать? Зачем я ввязался сам и вас привлек к этой авантюре со «Звездным»?

— Давай начнем хотя бы с этого.

— Что ж…давай.

Тоска медленно поднялся и подошел к спящему снайперу. Стянул с себя куртку и прикрыл начинавшего похрапывать Кряжа. Медленно, дабы не потревожить сон, Тоска вывернул из ослабевших рук друга бутылку с остатками содержимого и, вернувшись к столу, протянул ее заерзавшему на месте Разуму. Юродивый в этот момент очень походил на наркомана, который долгое время ожидал дозы, и вот, наконец, ее ему дали.

Тычок загрустил.

— Вместо того, чтобы ответить на один вопрос, ты умудряешься накинуть мне еще несколько, — он указал на бутылку. — Это не могло обождать?

— Нет, не могло. Я могу ответить только на вопросы, что связаны со мной. У тебя, да и у ДиЗи, я полагаю, немало вопросов, на которые может ответить только этот человек,— Тоска дернул подбородком в сторону Разума. — Ему это необходимо, иначе он так и останется наполовину сбрендившим чудаком в шляпе и плаще. К тому же, если я правильно все понимаю, тот парень, которого нам предстоит найти, не выйдет с нами на связь ни под каким предлогом, и есть только один рычаг — его отец. Кем Разум и является.

Тычок захохотал. Нервно и громко.

— Ты прости, но вся эта ахинея мне напоминает сериал мексиканский с наплывом неуклюжего копирования историй Агаты Кристи. Сын, отец… таинственный напиток. Джинна не хватает и говорящего кота. А если снять штаны с Саньков, то на их прыщавых задницах мы увидим одинаковые родимые пятна в форме Эйфелевой башни?