Очень плохой оборотень и заучка

Глава 7. Василиса

— Пожалуйста, помогите! — Вцепилась я за единственную соломинку, словно, утопающая.

Когда Игнат вынес меня из тачки, я воспользовалась последним шансом остановить творящееся бесчинство. Обратилась к водителю, который отвёл взгляд. Конечно, он не пойдёт против того, кто ему платит! За деньги можно глаза закрыть и сделать вид, что ничего не происходит. Так людей и похищают прямо с улицы. Так похитили меня.

— Василиса, успокойся. — Негромко произнёс, Мехов, пока ему открывали дверь. Тот самый мужчина, что не внял моей мольбе. — Ну, тише. Чего ты испугалась?

— Это не смешно. Ты переходишь всякие границы!

— Между нами не будет никаких границ.

Нас отрезало от мира. В доме, по всей видимости, никого. Водитель ушёл, а я осталась во власти парня, который может сделать со мной всё, что в голову взбредёт. Паника накрыла. Я в западне. И даже подруга не сочла поведение Мехова прямой угрозой моей безопасности.

— Не трогай меня. Не трогай! — Толкала его, лишь бы не прикасался.

— Тш-ш… Василиса, я тебе не враг. — Сказал Игнат, а я рассмеялась.

— Серьёзно?!

— Да.

— Ты, человек, которого я мечтала никогда больше не видеть, говоришь, что не враг мне? Напомнить, как превращал мои будни в ад? — Не сдерживалась я. Не видела смысла. Если решил уничтожить, уже не отступит.

— Ты просто не понимаешь…

— И чего же? Как тебе доставляло удовольствие насмехаться, преследовать и доставать? Короткая память у некоторых! Но не у меня. Я всё помню!

— Василиса, я провожал тебя каждый день. Пытался заговорить, но ты игнорила. Ничего и никого не видела кроме своих книжек! Да, мне пришлось их отбирать, чтобы ты наконец-то посмотрела на меня! — С чувством выдал Игнат. — И я не преследовал, а провожал.

— Ну-ну.

— Ты даже дорогу переходила, читая. Ничего не стоило попасть под колёса. Какой идиоткой надо быть, чтобы не смотреть по сторонам! — Наорали на меня, и я кажется вспомнила.

Да. Тот самый день, когда соседский мальчишка сбил с ног. Повалил на спину. В его глазах клубилась тьма. Он разорвал мою любимую книгу на две части. Тогда я его возненавидела. Про машину, что выехала из-за угла и не подумала. А он видел её и… получается спас? Нет! Не может быть! Что за глупости?

— Сейчас выдумал? Чего хочешь за моё, так называемое, спасение? — Не собиралась я благодарить, спустя столько лет, возможно за своё спасение.

Воображение разыгралось. Не было там никакой машины. Не верю. Пытается ввести меня в заблуждение, оправдывая свои скверные выходки. Обманывала ли я саму себя, лишь бы не обелять парня? Не знаю…

— Чего же я хочу? Дай-ка подумать… — Нагло лапищу свою на попку плюхнул и сжал.

— Какой же ты… гад! — Выдохнула я разочарованно, испытывая острую неприязнь.

И пусть целовал он так, что всё на свете хотелось забыть, я не намерена сдаваться. Мехов задумал что-то. Явно испачкать решил. Представляю, как быстро по универу разлетятся слухи, если… если…

— Эй, заучка, ты голодная? Я б поел. Ты готовить вообще умеешь или как? — Внезапно поинтересовался Игнат, утаскивая за собой.

— Совсем обнаглел? Я тебе кухарка что ли? — Продолжала возмущаться, хотя в душе обрадовалась. Не в спальню привёл, а к холодильнику.

— Приготовь нам что-нибудь. Сама ж спросила, чего хочу. Ай-яй-яй, нехорошо отказываться от своих слов. Давай, покажи класс! Не одними ж учебниками ты питаешься. — Словно хозяин приказал он и со скрежетом отодвинул один из стульев. — Василиса, не стой столбом!

— Ладно, Мехов. — Потянула я на себя дверцу холодильника. Не знаю, что случилось и почему я вдруг стала покладистой. Видать, паника чуток отступила, но в себя я пока не пришла. — Яичницу пожарить или бутеров хватит?

— Не расстраивай меня, заучка. Неужели это весь твой арсенал? — Подшучивал парень. Ощущала его взгляды. Обжигающие. Но спрятаться от них некуда.

— Не хочешь, как хочешь! Значит, не такой и голодный. — Захлопнула я дверцу.

— Быстро сдалась. Хорошо, давай свою яичницу. — Согласился Игнат. — И бутеры!

— А морда не треснет? — Пробубнила я себе под нос, но он прекрасно услышал.

— Не-а!

Кто бы сказал мне неделю назад, что очень скоро стану готовить для Мехова, я б огрела говоруна книженцией потолще и потяжелее. Но вот, посмотрите на меня, жарю глазунью для того, кто украл и привёз в свой дом.

— Ты живёшь один? — Решила узнать хоть что-то. Вдруг в логове его скоро появится некто и возникнет возможность избежать нежеланной участи.

— Скоро в отдельный дом перееду. Очень скоро. — Прозвучало как угроза.

— Хм-м… Ясно.

— Василиса, двух яиц на двоих маловато. — Внезапно оказался Игнат рядом и разбил ещё парочку.

— Так-то я есть не собиралась! — Накуксилась, не представляя, как сяду с ним за один стол.

— Значит, собирайся. — Осадил парень. — Я не люблю есть в одиночестве.

— А я не завтракаю и не обедаю с кем попало. — Не сдавалась я без боя.

— Прикуси язычок, заучка! Смотрю, больно смелая стала. Если сказал, что ты ешь со мной, то так и будет. Усекла? — Навис надо мной словно коршун.

— Яйца горят. — Просипела я, напуганная его напором.

Сковороду он отобрал и вскоре мы сидели друг напротив друга. Мехов придавливал своим взглядом, а я пилила вилкой яичницу, напрочь игнорируя нож и чужое усиленное внимание. Вдруг Игнат выдернул тарелку и шустро нарезал на кусочки мою порцию, а потом вернул.

— Если не отправишь в свой ротик всё до последнего кусочка, я тебя сам накормлю, Василиса. Принудительно. — Пригрозил Игнат и угроза подействовала.