Очень плохой оборотень и заучка

Глава 14. Игнат

Она инстинктивно закрывалась от меня. Сложенные в замок пальцы, сжатые коленки. Взгляд в сторону. Вела себя будто жертва, а я хищник. Это чертовски бесило. Пальцем не тронул! Поцелуи не считаются. Главное, я её не обижал.

И в мыслях не было сделать Василисе больно. Наоборот, хотелось, чтобы девочка улыбалась открыто. Но её улыбку надо заслужить. Прошлое не отпускало. Бестужева жила воспоминаниями о том соседском мальчишке, что неумело добивался её внимания как мог. Всеми доступными способами.

— Не бойся меня. — Потянулся к её ручкам, которые тут же ускользнули.

— Мехов, ты реально думаешь, что я боюсь?! Ты как надоедливо жужжащий над ухом комар! Не выдумывай то, чего нет. — Привирала девчонка. Ну да, ну да. Вон как нахохлилась! Будет мне тут рассказывать. Я оборотень и всё чую. Нюх пока не отбило.

— Вась…

— Ваш заказ. — Не вовремя появилась официантка. Но разговор не окончен.

Вскоре заучка лениво ковыряла салат. Я не зря просил зачитать меню. Хотел угодить и отслеживал реакцию. «Нисуаз» терпел варварство девушки, которая надругалась над тунцом, вновь и вновь тыкая в него вилкой. Полагаю, точно также Бестужева с радостью проткнула бы меня.

Глупышка и не догадывается, что ей гораздо легче нанести мне увечья, чем она думает. Не физически конечно. Её отказы. Нежелание принимать ухаживания. Равнодушие. Всё это ранило гораздо сильнее любого огнестрела.

— Перестань издеваться над рыбой! — Не выдержал я. — Ешь. Тоща как пол весла! — На самом деле она стройная и всё при ней, но немного схуднула. И жутко от того, что я являюсь для неё основным источником стресса.

— Моё тело — моё дело. — Буркнула Василиса.

— Всё, что касается тебя и моё дело тоже. — Давал в очередной раз понять, должна прислушиваться.

— С каких пор? Слушай, Мехов…

— На поцелуй нарываешься? — Оборвал я гневную тираду. — Понравилось? Ты не утруждайся, не фамильничай. Просто попроси.

— Да ты, да ты… — Как рыбка, выброшенная на берег, открывала и закрывала ротик заучка.

— Знаю. Обаятельный, привлекательный и просто красавчик. — Продолжил в том же духе.

Василиса не нашлась, что ответить и наконец-то принялась жевать. Правильно. Пусть займёт свой красивый ротик. Хотя в голове, наверняка, сто одного обзывательства удостоился. Или нет? Она же хорошая девочка. Не курит, не пьёт и матом не ругается. С парнями не крутит.

О последнем думать не стоило. Зверь дал о себе знать. Зарычал, вырываясь на свободу. Усилием воли, я загнал его обратно. И хорошо, что заучка упёрлась глазами в тарелку. Не заметила, как на мгновение мои руки покрылись шерстью.

Я повторял как мантру, она невинна. Никто не забрал то, что принадлежало мне. Но сколько всяких тёрлось рядом, пока я находился вдали? Многих ли отшила до моего приезда в Лунарис?

Сложно поверить в отсутствие желающих прибрать такую хорошую девочку. Она чистая. Вкусная. Обалденная! Ромашка-наивняшка. Очкастенькая красотка в короткой юбчонке. Кстати об этом…

— Мехов, ты чего? — Ахнула девушка, когда я намеренно уронил вилку и опустился на корточки. А потом коснулся тонкой щиколотки и продолжил движение вверх.

Блондинка замерла. Не пнула. Не схватила за волосы. Застыла словно памятник. Накрыв ладонью коленку, я сглотнул. На нас не глазели. Я предварительно убедился, что несмотря на выбранное центральное место, мы уже не на виду. Кафешка опустела. Лишь за дальними столиками сидела пара посетителей.

— Игнат, пожалуйста… — Донёсся до моих ушей шёпот, когда я преодолел расстояние до бедра, проникнув под короткую юбчонку кончиками пальцев.

— Пожалуйста, что?

— Остановись.

— Ладно. — Нехотя замер и заставил себя подняться.

Василиса побледнела как умертвие. Смотрела на меня нечитаемым взглядом. Да, она не готова к сближению. Но я намерен добиться взаимности. А пока перевоспитывал девушку. Перекраивал под себя.

— Ты чудовище! — Выдохнула заучка.

— Неужели? Если девушка выглядит доступной, таково и отношение. — Холодно отчеканил я и глотнул безалкогольный «Мохито».

— Ч-ч-что? — Явно оскорбилась блондинка. — Я доступная? Я?!

— Твоя юбка говорит об этом. Её длина. Буквально приглашение. А если приглашают, почему бы не воспользоваться? Но, Василиса, учти на будущее, я единственный пользователь. Не терплю беспорядочности в связях.

— Ты… Не подходи ко мне больше. Никогда! — Подскочила Бестужева и кинула в меня шариком скомканной салфетки. Попала! Меткая обиженка!

— Стоять! — Рявкнул, но шустрячка выбежала из кафе. Официантка в дверях прокричала про оплату, но мне было плевать на всё вокруг. Только она важна. Моя маленькая Ромашка. Я обидел её намеренно, но не ради боли. Из ревности. Чёртовой ревности, пожирающей мохнатую душу. — Василиса! — Крикнул, когда девушка побежала через дорогу.

Время остановилось. Взгляд уловил движение. Тачка вылетела из-за угла. Стройняшка застыла как оленёнок, предчувствующий неотвратимость смерти. От неё повеяло не страхом, а диким ужасом.

«Нет! Нет, только не так! Не отдам её. Никому. Тем более смерти. Она моя. Моя!»

В голове било в набат. Бежал ли я или летел? Хорошая девочка, почему же ты заморозилась? Беги, глупышка, беги! Но Василиса не слышала. Стояла в ожидании предрешённого или фатальной случайности. Водитель слишком поздно дал по тормозам.