Одержимость Тёмного Короля

6

Глава 6: Упрёк в Темноте Кареты
Поцелуй Принца Эйдана оставил на губах Анны-Лины не только привкус металла, но и ощущение холодной, расчётливой победы. Она добилась своего. Принц был заинтригован, очарован, и теперь, кажется, готов был признать её своей Королевой. Цена – унижение Каина – была для неё лишь необходимой жертвой в этой игре. Она не испытывала к рабу ни сочувствия, ни вины. Он был лишь инструментом, который, к сожалению, дал сбой.
Обратная дорога в замок Графини Лины проходила в полной тишине. Анна-Лина сидела в своей карете, откинувшись на мягкие подушки, и её мысли были заняты только Эйданом. Она прокручивала в голове их разговоры, его взгляды, его слова. Она анализировала каждый жест, каждое слово, чтобы убедиться, что её стратегия работает безупречно.
Каин сидел напротив неё. Он был неподвижен, как статуя, его лицо скрывалось в полумраке кареты, освещаемой лишь редкими лучами луны, пробивающимися сквозь узкие окна. Анна-Лина чувствовала его присутствие, его напряжение. Она старалась игнорировать его, но его молчание было тяжелее любого слова.
Внезапно, когда карета проехала по особенно ухабистой дороге, Каин заговорил. Его голос был низким, хриплым, словно он долго сдерживал его.
"Он целовал вас", – произнёс он. Это было не вопрос, а утверждение, прозвучавшее как обвинение.
Анна-Лина вздрогнула. Она не ожидала, что он заговорит, тем более об этом. "Что ты сказал, раб?" – её голос был холодным, но внутри у неё всё сжалось.
"Он целовал вас", – повторил Каин, и на этот раз в его голосе прозвучала такая жгучая боль, такая невыносимая ревность, что Анна-Лина была потрясена. – "На моих глазах. После того, как вы… вы приказали мне опуститься на колени. После того, как он ударил меня… вы позволили ему это".
Анна-Лина почувствовала, как внутри у неё поднимается волна ярости. Ревность? От раба? Это было немыслимо. Это было абсолютное безумие.
"Ты с ума сошёл, Каин?" – воскликнула она, её голос звенел от возмущения. – "Как ты смеешь говорить со мной в таком тоне? Кто ты, и кто я? Я – Графиня Лина, будущая Королева Тьмы! А ты – всего лишь раб! Моя собственность! Твоё место – у моих ног, а не в моих мыслях!"
Она подалась вперёд, её фиолетовые глаза сверкали в темноте. "Я всю жизнь мечтала выйти замуж за Принца Эйдана! Это моя судьба! Мой долг! Моё предназначение! И ты смеешь упрекать меня в том, что я делаю всё, чтобы этого достичь? Ты смеешь упрекать меня в том, что я подчиняюсь воле Принца? Ты смеешь ревновать меня к нему?"
Каин не отвёл взгляд. Его синие глаза горели в темноте, и в них читалась такая невыносимая мука, что Анна-Лина на мгновение замерла. Он был ранен. Глубоко ранен. И не только физически.
"Мечтали?" – его голос был едва слышен, но в нём прозвучала такая горькая насмешка, что Анна-Лина почувствовала, как её пронзает холод. – "Вы мечтали? Вы, которая смотрит на этот мир, как на декорации? Вы, которая считает нас всех… всего лишь пикселями в вашей игре?"
Анна-Лина застыла. Он снова это сделал. Он снова заговорил о её истинной природе. Откуда он это знает? Это было невозможно. Это было необъяснимо.
"Ты бредишь", – прошептала она, пытаясь восстановить контроль. – "Ты несёшь чушь. Я не знаю, о чём ты говоришь".
"Знаете", – Каин покачал головой, и это движение было наполнено такой глубокой печалью, что Анна-Лина почувствовала, как её сердце сжимается. – "Вы всё знаете. И вы используете его. Используете всех нас. Чтобы выбраться. Не так ли?"
Он сделал шаг вперёд, несмотря на тесное пространство кареты. Его рука поднялась, и его пальцы коснулись её щеки. Его прикосновение было нежным, но в то же время требовательным.
"Я не понимаю, почему я чувствую это", – прошептал он, его взгляд был прикован к её глазам. – "Почему моё сердце разрывается, когда он прикасается к вам. Почему я готов умереть, лишь бы вы были рядом. Почему я… люблю вас, Графиня Лина. Несмотря на то, что вы делаете. Несмотря на то, кто вы на самом деле".
Слова "я люблю вас" прозвучали в тишине кареты, как гром среди ясного неба. Анна-Лина была в шоке. Любовь? От раба? К ней? Это было немыслимо. Это было не по сценарию. Это было самое большое отклонение из всех, что она встречала. И это ставило под угрозу не только её миссию, но и её собственное хладнокровие. Она, человек логики и расчёта, столкнулась с чем-то, что не поддавалось никакому объяснению. И это было пугающе.