Одесский дворик, или Тайная жизнь растений

Стадион, первые друзья, скучная жизнь Софы и спасение дона Авокадро из травяных джунглей

— Жизнь боль! — Лаял Сириус, стоя перед подоконником, на котором стояли Софочка и Семён Семёнович. — Второй день говорят "идём на стадион", а когда приходим, не пускают бегать. Говорят: "Нельзя! Там дети играют в футбол". А я может быть тоже хочу играть в футбол с детьми. Я тоже хочу с лаем бегать за большим красивым мячом. Ах, дети боятся? Так я не страшный, у меня просто голос громкий. А так я всех готов облизать! И со всеми дружить!

Софа хотела было поддержать диалог с болтливой таксой, которая громко лая над листочками, делилась своими новостями, но поняла — собаке безразлично, говорят с нею растения или нет. Псу просто хотелось громко и очень эмоционально поделиться впечатлениями о своей собачьей жизни.

При всех своих качествах коренной жительницы одесского дворика, язвительные замечания красотки-спатифиллума проходили мимо ушей громкого собакена, поэтому Софочке ничего не оставалось, как только кивать листочками и слушать собаку. Она размышляла философски: не пытается жрать свежие листики, и ладно.

— Сегодня... — Делился впечатлениями Сириус, — ну, наконец-то, пустили на стадион, потому что детей не было. То, что детей не было, это хорошо. А вот то, что не было большого мяча, не очень. У меня тоже есть мяч, но он маленький. И, вообще, чужие игрушки всегда интереснее, чем свои. Что не знали? Я им говорю, мол, ну, ладно, бросайте уже мяч, который есть, так и быть догоню и принесу. Но отдать? Не отдам! Ни за что не отдам!!! Не нравится мне команда "отдай". Вот прям чувствую, один раз отдашь, заберут навсегда.

Спатифиллум снова предприняла попытку вставить в монолог гавкучей собаки свои очень ценные комментарии, но почувствовав, как Семён Семёнович настойчиво подавал знаки стуком по цветочному горшку, поняла, что не надо.

— К счастью, сегодня на стадион пришёл новый друг. — Казалось, Сириуса было не унять, — его звали Фокс. Я запомнил имя. Мама Фокса кроличья такса, а папа... подлец. Я не знаю такой породы, хотя и слышал, что "подлец" очень распространена в наших краях. И, честно говоря, Фокс мне понравился, почти такой же шустрый, как я. Только устаёт быстрее, говорят "старый" уже. Я ещё не знаю, что такое старость, но…

— Та шоб ты понимал об жизни! — Поддал голос со своего места на холодильнике Беня, но, заметив на себе взгляд сансевьерии, осёкся, стараясь не провоцировать дальнейшие дебаты с собакой.

— Несколько снов назад на стадион приходили ещё Босс и Вольт. — Тем временем лаял пёс, — Босс смешной, потому что ещё маленький. Щенок, то есть. А так он почти с меня ростом. Люди говорят, что когда он вырастет большим, станет стаффордом. А Вольт уже стал большим, хотя и непонятно какой он породы. Наверное, из местных, бОрзых, но не потому что они гончие, а потому что характер такой. А пока Вольт просто стал большим и хорошим мальчиком. Сегодня их не было. Жаль. Когда много друзей собирается очень весело. Хотя сейчас особо выбирать друзей не из кого, приходится дружить с теми, кто приходит на стадион. Ну и с теми, кого с поводка отпускают.

Подавая друг другу знаки, растения всеми силами сдерживали порыв вклиниться с наводящими вопросами в тираду таксы. Бене и Софе приходилось сложнее всего. Фикусу, как обычно, не с кем было поговорить, а спатифиллуму хотелось задать собаке пару вопросов, чтобы потом ошарашить познаниями в тонкостях собачьей жизни Розу Марковну, но… насупленный взгляд Семёна Семёновича останавливал их от резких выпадов.

— Хотя ладно! — Резюмировал пёс, — за сегодня я и без них набегался, даже устал. Мячик лежал рядом, никто не отбирал, играй сколько хочешь! А я уже не хотел. Хотел домой кушать. К слову, команда "кушать" у меня самая любимая! Жаль её говорят всего два раза в день. А так я "кушать" всегда готов! А ещё, одновременно с командой домой мне говорят: "иди спокойно"! Люди, вы что странные? Как можно идти спокойно, если тебя ждёт "кушать"? Представляете, лежит в миске и ждёт вкусное "кушать"!

— Нам бы таки так! — Мечтательно глядя в потолок протянул Беня, — всегда есть подкормка. Не жизть, а лафа сплошнючая!

— Ша на вас! Трындите тут, будто у вас горшок не с поддоном! — Цыкнул цветочный психотерапевт и Беня сделал вид, что говорил сам с собой.

— Сами между прочим, постоянно что-то едят вкусное, — делился наболевшим Сириус, — много едят! А мне дают мало. Себе целые красивые перцы берут, а мне только "попки" достаются. Хотя "попки" от перца тоже вкусные. И кабачок, и морковка, и огурцы, и помидоры... всё вкусное! Даже яблоки. Яблоки мне очень нравятся: с ними можно сначала поиграть, как с мячиком, а потом съесть. Когда я ем яблоко, хозяйка нос морщит, говорит: "Сириус, оно же кислое!". Может и кислое, зато приятное и говорят для зубов полезно. А про айву я уже рассказывал? Я не знал, что это айва, думал просто мячик съедобный. А потом хозяйка мне сказала: “Сириус, фу! Брось зелёную айву!”. Что значит “фу”? И зачем “брось”? Вкусно же!

— А помните росток яблока по имени Тыблоко, которое улитки прорастили у своём контейнере? — Заметил фикус, но увидев, как с подоконника Семён Семёнович ему гневно машет листьями, снова осёкся на полуслове.

— Ладно, пошёл я спать, покамест меня с кровати не согнали. Как думаете, если я притворюсь спящим, не заставят уходить? Знаете ли, хозяйская кровать моё самое заветное место. Но мне не дают на ней долго спать, выгоняют на "своё место".

Некоторое время растения наслаждались тишиной, пока человечке не позвонила Иринка, за спиной которой стояла любопытная Роза Марковна:

— Ой вэй, Софочка! — Без приветствия начала розочка, — Я так понимаю, пока я, таки, сама не позвоню… Ну точнее, наша Иринка вам не позвонит, ты новостями добровольно не поделишься? Когда ты долго молчишь, я начинаю себя накручивать и теряться у догадках. То ли у вас с Сёмой, всё настолько хорошо, что грех пожаловаться даже тёте Розе, то ли... всё настолько плохо, что ты, таки, боишься даже плакаться, шоб не казаться хуже всех?

— Ой, Роза Марковна, рада вас слышать. Та вы знаете, у нас в Одесском дворике сейчас так тихо и спокойно, шо мы просто живём и радуемся. Не считая разговорчивой таксы, — вполголоса заметила красотка-спатифиллум, чтобы не разбудить громкую собаку, — которая уже усе уши прожужжала за свои новости про стадион и своих друзей.