Одесский дворик, или Тайная жизнь растений

Тявкалка — четвероногий обитатель дворика, который тоже ни ухом, ни мордой не ротвейлер

— Да, Иринка, — снова говорила человечка в гарнитуру, ни сама не показываясь на камеру, ни давая Софочке увидеться с Розой Марковной.

Сказать по правде и спатифиллум не горела желанием общаться с заклятой приятельницей из Подмосковья. Ведь та обязательно бы начала задавать провокационные вопросы по поводу прошлой несчастливой хаты и язвительно комментировать: “Ну, я же таки говорила!”

В связи с этим и Софа, и Беня были рады такому проявления тактичности со стороны людей, предпочитая просто ловить ушами слов и в гордом одиночестве осмысливать происходящее.

— Кажется я уже упоминала, что в нашей семье появился новый "псын"? — Между тем то ли спрашивала, то ли констатировала факт человечка, — Как говорят в Одессе, "Шоб ты понимала", псын – это словообразование, совмещающее в себе понятия "сын" и "пёс". Эдакое определение, которое характеризует одновременно и статус четвероного члена в семье и его принадлежность к животному миру. И вот в этом месте очень просится крик души… А я так хотела щенка ротвейлера! Даже не представляешь как!

— Видели мы этого нового, рыжего, — проворчал с верхней полки Беня, но поняв, что никто на него не обращает внимание, перешёл на диалог с самым понимающим растением, то есть с самим собой.

— Да, Ириш, так сложилось, что оба наших "псына" вот ни в одном месте, ни даже кончиком уха или мастью... совсем не ротвейлеры! И это факт! — продолжала изливать душу человечка, — Нет, нет, даже не думай, что я против наших собак. Они оба милашки и обаяшки. Причём, каждый по своему. Скажу даже больше, с появлением щенка, Сириус меня стал доставать гораздо меньше. Знаешь почему? Потому что занят тем, что в свободное от прогулок время прячется от младшего собрата. Глядя на то, как мелкий задирает старшего играми, я саркастически улыбаюсь. Мол, таксятина, теперь ты понимаешь, как ты сам ко мне приставал с просьбами поиграться, мешая заниматься делами? А теперь достают тебя. Да, да, точно с такой же целью, с какой ты прыгал на меня и приносил в руки игрушки – поиграться!

— И эту картину маслом я вижу таки каждый день! Носятся, понимаешь перед глазами, туда-сюдаторством маются, — Прокомментировал в никуда Беня, понимая, что никто, кроме паучка Валеры его не слышит. Даже тот, в светлое время суток предпочитал прятаться под крышей веранды, не обращая внимания на монологи фикуса. В очередной раз признав, что внимание от людей получить не светит, он снова заткнулся и прислушался к людскому разговору.

— А появление новой хитрой и мохнатой морды, происходило так... — издалека начала человечка, — прошлая квартира на Югах принесла нам череду неприятностей, из-за которых мы скатились "в минуса". Да, да, сейчас я уже могу говорить об этом. Время уже прошло и эмоции улеглись. Мы с мужем размышляли, что та роковая хата нам была дана Свыше, чтобы для самих себя понять каким должно быть наше "идеальное место жительства". Причём методом от противного, с позиции вот чего-то такого как на прошлой квартире не должно быть и в помине. После череды трагической гибели цветов и серии конфликтов, мне хотелось сбежать всё равно куда. Лишь бы подальше от неприятного места. Вот тут, снова просится, “Шоб ты знала..." в каких условиях, пришлось жить и почему в контексте здесь и сейчас, я больше всего ценю уединённость и... тишину. И участок, на котором собаки могут гулять хоть целый день. Наши собаки: "тявкалка" и "гавкалка"!

— Ну, да, ну, да, — воздел веточки вверх Беня, — раньше таки только одно дурбецало лохматое перед глазами прыгало и гавкотело, а теперь их двое! И это таки ещё одна баба на Привозе надвое сказала, хто из них больше заколёбывает. Уже привычное чёрное лохматое гавкающее радио, или таки подтявкивающее мелкое рыжее безмозглое существо!

— Ага, Ирин, — поддержала диалог человечка, — иду от истоков корня проблем, мы же долго не общались. Честно говоря, мы молчали как партизаны потому что боялись сглазить. На прошлой хате ситуация назрела до откровенной вражды. Как ты сама понимаешь, не по нашей вине. Соседки ожидали, что я присоединюсь к их неназванному клубу мужененавистников. Меня этот вариант не устраивал. Ну, во-первых, мне не за что катить бочку на своего мужа, сама знаешь, он у меня молодец. И, во-вторых, придумывать сплетни, чтобы выглядеть на их фоне такой же обиженной женой, вот совсем не по мне! А тем дамочкам, кажется, именно это и надо было, чтобы все вокруг страдали и объединялись в группы поддержки по совместному перемыванию косточек своим супругам. Даже не спрашивай почему так. Мне самой этого не понять. Да, и тебе, наверное, тоже. Итак, я нашла вариант для переезда в самые... дебри пригорода! Это на минуточку, даже не сама станица, а СНТ на её окраине.

— Вот мене лично таки глубоко по барабану, дебри это или дерби! Главное, шоб меня не трогали, — выдал очередную сентенция фикус, уже не думая о том, слышат его или нет. Отсутствие в дворике других растений, с которыми можно было поговорить, начинало его тяготить. Понаехав в это новое место люди даже Софочку отселили. С окружающими деревьями и кустарниками Бене не удалось найти общий язык. Те искренне считали, что растения не знающие настоящей жизни на улице, ощущая все сезонные колебания, не достойны внимания. А фикус в их глазах и вовсе был инкубаторским отпрыском не нюхавшим настоящей почвы с сорняками, червяками и кротами.

— Как обычно, недолго думая, мы собрались и переехали одним днём. Если быть совсем точной, то за полтора дня. В первый день меня муж с основными вещами и Сириусом перевёз, а на следующий день забрал оставшееся барахло, — стараясь не касаться болезненных воспоминаний делилась человечка, — Первые дни я просто кайфовала от тишины и отсутствия соседей на территории. К слову, наша таксятина тоже оценил возможность бегать по участку и безнаказанно облаивать всех и вся в округе. А потом наступил судьбоносный выходной, в который мы, наконец, решили воспользоваться собственным участком земли и приготовить шашлыки. Ну… как бы, не совсем шашлыки, скорее просто пожарить мясо на гриле... Короче, это неважно. Важно то, что я, оставила мужа наедине с костром и пошла в дом заниматься другими делами.