Один миг на двоих

Глава 1. Легион пустоты

Для того, чтобы полететь в Токио на киберспортивный чемпионат, надо было сначала прилететь из Кемерово в Москву. И пройти первый круг унижений, а может уже это пятый, я просто не замечала от эйфории. Топ команда. Ну, может не самый топ, но для меня топ топыч. Команда была сыгранной, старой. Void Legion. Легион пустоты. Я когда-то взяла ник Silenсe, потому что вдохновлялась ими. Я рвалась в эту команду что есть мочи, а сейчас сидела вся красная и старалась держать себя в руках.

Я узнала много нового о себе от Славы, который орал на всю кухню.

– Ты это видела?!

Он ткнул телефоном мне в лицо. Я даже не отшатнулась – просто взяла его за запястье, отвела руку в сторону и посмотрела на экран.

Это было моё интервью.

– Я это написала.

– Ты сдала наши тактики!

– Что я сдала? Что мы будем пробовать играть агрессивно? Что Хоук будет пробовать играть люркером? Что наша любимая карта мираж? Это ежу понятно. Зачем ты так орешь?

Слава продолжил что-то кричать, а я забрала у него его же собственный телефон и стала рассматривать интервью Японцев. Мы будем играть на их территории. У них дома. Они выставили 8 сильнейших команд, так что может и пора бы начать учить японский?

Это было видео интервью на японском, я нажала «перевести» и углубилась в чтение субтитров, не включать же звук, когда на тебя орут.

Ren «Kensei» Tanaka. Капитан японской команды.

Чёрная кофта, ноль эмоций, взгляд чуть в сторону, как будто ему скучно отвечать на вопросы.

Японцы – народ вежливый. В интервью они не скажут ничего лишнего. Но субтитры сейчас меня просто завораживали.

«Silence – интересный игрок. Очень агрессивный. Я запомнил её на фейсите. В одного может забрать клатч, но ей нужно влиться в команду, она никогда не играла в высшей лиге…»

Я перечитала. Потом ещё раз. В одного может забрать клатч – могу выиграть в одного. На другом языке. Да не на каком-нибудь, а черт возьми, на японском!

– Ты вообще слушаешь?! - Слава навис надо мной, загораживая свет. Его лицо было красным – то ли от крика, то ли от того, что он нагнулся. Смешной.

– Он сказал, что я запомнилась ему, – я подняла глаза на Славу. – Ты представляешь? Kensei сказал, что я запомнилась.

– Мне плевать, что сказал какой-то...

– Он не «какой-то». Он капитан Sakura Phoenix. Чемпионы Японии. Топ-20 мира. И он сказал, что я запомнилась.

Слава открыл рот. Закрыл. Потом выдохнул и рухнул на стул напротив.

– Ты невыносима, Аня.

– Знаю.

– Ты сдала наши тактики!

– Я сказала, что Хоук будет люркером. Это знают все, кто смотрел хотя бы три наши демки. Даже бабушка Хоука знает, а она, между прочим, думает, что он работает в банке.

Слава хрюкнул, но взял себя в руки и… закатил глаза. Я вернула ему телефон.

На экране всё ещё было лицо Kensei. Чёрная кофта, волосы собраны в низкий хвост. Он смотрел чуть мимо камеры – будто не в объектив, а куда-то вдаль. На стену. На сакуру за окном? Интересно, а когда они цветут? А когда мы прилетим они будут цвести? А если будут – я смогу выйти и посмотреть на них, или проведу всё время пырясь в монитор? На что он всё-таки смотрит? На что-то, что видит только он?

– Он страшный? — спросила я у Славы.

– Кто?

– Kensei.

– Ты серьёзно? У тебя через три дня матч против него, а ты спрашиваешь, страшный ли он?

– Ну да.

Слава помолчал. Потом нехотя сказал:

– Нормальный. Лицо как лицо. Японцы все на одно лицо.

– Ты расист.

– Я уставший.

Он ушёл. Я осталась одна на кухне. Допила остывший чай. Посмотрела в окно.

– Алиса, когда в Японии цветут сакуры? – спросила я у умной колонки.

От колонки я узнала, что мне, возможно, повезет. Через неделю.

В Москве апрель. Слякоть, серое небо, ветер. А там, в Токио, через неделю начнётся цветение сакуры.

Алиса продолжила:

«Говорят, если встретить кого-то в сезон цветения сакуры – это судьба. А Вы верите в судьбу?»

Я не верю в судьбу.

Но почему-то в тот момент мне дико захотелось посмотреть интервью ещё раз. Теперь на японском. Может у него голос отстойный или изо рта пахнет, тогда влюбляться не придется.

Я нажала на видео. Включила звук – тихо, чтобы никто не услышал.

Голос Kensei был низким, спокойным. Почти шёпотом, но без шепелявости. Он говорил на японском, и я не понимала ни слова, но слушала всё равно.

Как будто если вслушаться – можно понять что-то важное.

Про него. Про меня. Про то, почему мы оба не спим ночами.

«Судьба», – подумала я и убрала телефон. Запах изо рта не передавался через экран смартфона, а голос, ну вы поняли, был прям хорош.

Спать не представлялось возможным, поэтому я пошла за комп. Надо пострелять – разрядить обстановку.

Пальцы легли на мышку, словно в комфортное кресло. Вдох.

Я зашла на сервер.

Тишина в наушниках длилась одну секунду. Потом белый шум – знакомый, почти родной. А потом звуки: шаги, рация, приглушённые голоса рандомных тиммейтов. Погнали.

Здесь я не «девушка в киберспорте». Не «исключение, чтобы привлекать аудиторию». Не «политкорректность».

Здесь я – Silence.

Пять фрагов подряд на пистолетке.

Первый – из угла, они не ждут. Второй – на перебежке, пуля в затылок. Третий и четвёртый – парой, даже не успевают выстрелить в ответ.

Пятый – добивание через стенку, по звуку шагов.

Чат противника взрывается: «Silence Читер!»

Я на такое никогда не отвечала. Девушка, которая играет плохо – надо оскорблять, играет хорошо – тоже надо оскорблять.

Второй раунд, за ним третий, пятый, тринадцатый, восемнадцатый.

Счет тринадцать – пять в нашу пользу.

Уставший голос Лехи, нашего саппорта:

– Ань, ты спишь вообще? Два часа ночи так-то на дворе.

– Не могу уснуть…