Один на один

Глава 2. Часть 2.

Кирилл

   Деревья, улицы, дома – все было покрыто снежными шапками. Было уже около девяти часов вечера, и людей на улице почти не осталось. Да еще и в такой буран, конечно! Я шел совершенно один по пустым улицам. Город мерцал разноцветными огнями, которые, к сожалению, из-за пурги было плохо видно. Я гулял примерно час. Моя куртка промокла, а сам начал мерзнуть. Пора бы уже возвращаться домой, но что-то совсем не хотелось. Я не знал, куда податься и направился в наше со Степой любимое место. Учась в институте, мы много времени проводили на Пушкинской набережной. Красивое место, где всегда много людей. Иногда он покупал пива, и мы садились на скамейку и обсуждали проходящих мимо людей. Я полностью погрузился в воспоминание…

5 лет назад. Март. Пушкинская набережная.

   Мы с Антоновым сидели на лавочке. Он, как всегда, вскарабкался на спинку, опустив ноги на сидение. Я потягивал свою Балтику, слушая веселые рассказы друга. Свою бутылку Степа, разумеется, уже выдул и болтал без умолку, пытаясь занять хоть чем-то рот и не смотреть на мое пиво. Меня очень смешили его жалкие попытки сглатывать слюну, поэтому делиться я не собирался. Жестоко? Возможно, но может хоть это научит его растягивать удовольствие. Вести умные разговоры мой друг не умел и, исчерпав свой запас познаний, замолк. Мы сидели, смотрели на шикарный вид и грелись под мягкими лучами весеннего солнца. Неожиданно, прервав тишину, Степа заговорил серьезным, задумчивым голосом:

— Видишь ту парочку слева от моста?

Я повернул голову в их сторону и увидел пожилого мужчину с юной девушкой. На мужчине был дорогой костюм с золотыми запонками, на руке красовались модные часы. Девушка выглядела немного проще. Изумрудное платье, белый клатч в руке, сережки. Все вещи были брендовые, но не слишком дорогие, насколько я знаю. Пара мило беседовала иногда над чем-то посмеиваясь. Разглядев их как следует, я обратился к другу:

— Да, я их вижу. А что такое?

— А цацки ты видел?

— Неужто завидуешь? – расхохотался я.

— Почему сразу завидую?! Просто не каждый день увидишь такую пару. Вот мужик молодец! Такую красотку подцепил! Хотя с такими деньжищами…

— А с чего ты взял, что они вместе? – перебил друга я.

— А как иначе?

— Может она его дочь. Ну или племянница.

Степа рассмеялся.

— Ну нет, брат. Они точно спят. Посмотри, как он ее за талию держит! Рука вот-вот спадет на ее упругую…

— Ладно! Я понял. Не продолжай. – Я почему-то очень смутился. Просто представил что было бы, услышь они нас.

— А серьги видел?

— А что с ними?

— Они же нереально дорогущие! Похоже на бриллианты. Как думаешь, она с ним из-за денег?

— Не думаю. Обрати внимание, как она на него смотрит. Столько нежности в глазах.

— Я вижу только блеск брюликов.

— Ворчание скептика!

— Иллюзии мечтателя!

Не сойдясь во взглядах, мы отвернулись, дабы не ссориться. А пара тем временем собралась уходить. И мой товарищ оказался прав. Они действительно любовники. Перед уходом мужчина подарил своей даме страстный поцелуй. Он ушел, а она еще долго стояла с закрытыми глазами и глупой улыбкой на губах. «Все-таки девушка его любит» – мысленно подытожил я.

   Нарушил тишину я:

— Посмотри туда. – указал другу в направлении женщины с коляской. Она качала малыша, о чем-то горько плача. Увидев такое кино, Степа весь напрягся.

— Она рыдает что ли? Как думаешь что стряслось? – беспокойно спросил приятель. Все-таки он не был бесчувственной скалой. Женские слезы всегда были его слабостью.

— Не знаю. – честно признался я. Тогда стали перебирать все возможные догадки. Степан предположил, что ее бросил муж, а я что что-то случилось с ребенком. Прозвучали даже такие версии, как смерть близкого ей человека или то, что она беременна во второй раз, а слезы — это гормоны. Мы пригляделись к ней получше. Одета она была в простую одежду: серые джинсы, алая кофточка. Антонов заметил, что верх у нее смят и есть небольшое пятно на рукаве.

— Что же у нее случилось… – вслух подумал Степа.

— А чего мы гадаем? Пойдем и спросим! – предложил я.

— Реально! Может и помочь чем-то сможем.

Мы подошли к женщине. Она удивилась, заметив нас, и быстренько стерла свои слезы, будто их никогда не было.

— Здравствуйте, – начал я. — Мы с товарищем заметили, что Вас что-то сильно расстроило. Мы можем чем-нибудь помочь?

Степка лихорадочно кивал каждому моему слову, не осмеливаясь что-то сказать. Я старался выглядеть максимально приветливо и выразить свою искреннюю заинтересованность ее ситуацией. Женщина несколько секунд смотрела на нас пустыми глазами, а потом резко вскочила и кинулась мне на грудь, задыхаясь от слез. Степа купил воды у стойки недалеко и пулей вернулся к нам. Мы стали отпаивать даму и расспрашивать что произошло. Как оказалось Нелля, так звали женщину, приехала в Москву из Уфы на собеседование. Она мать-одиночка, а дочь Катеньку растит со своей мамой. Надеялась заработать, осесть где-нибудь тут и начать счастливую жизнь, но на вокзале у нее украли сумку со всеми деньгами (благо документы она хранила в другом месте) В работе ей отказали, и теперь она шатается по улицам, потратив последние деньги на питание ребенку, которое закончилось вчера вечером. Она не знает как ей быть и очень боится за дочку, и что они никогда не вернутся домой. Выслушав ее рассказ у Степы, наконец, прорезался голос:

— Так фигня вопрос! Сейчас решим! – воскликнул Антонов и начал шарить по карманам, сначала по своим, а потом нагло полез ко мне.

— Эй! Ты что творишь? – зашипел я.

— Надо ей помочь. Ты что сам не видишь что ли?

— Я в состоянии достать деньги сам! Я все прекрасно понимаю, отбирать у меня их силой не придется. – я полез в свой портфель, вынимая оттуда все средства, что были. Женщина не слышала нашу перепалку и с удивлением смотрела, как мы протягиваем ей деньги.