Отец Айши долго молился. Он не принимал решений поспешно, особенно когда речь шла о дочери. Для него Айша была не просто дочерью, она была аманатом от Аллаха — доверием, которое он должен сохранить в чистоте, пока не передаст тому, кто поймёт эту ценность.
Он видел, как в её глазах появилась та самая глубина, которую невозможно сыграть. Он знал — её сердце уже выбрало. Но он должен был быть уверен, что тот, кого она выбрала, тоже выбрал не только её — но и веру, и путь.
Через два дня он снова позвал Айшу.
— Я дам ему шанс поговорить с тобой. Но при мне. Ты согласна?
Айша кивнула. В её сердце билось тревожное, тёплое ожидание. Это не была радость. Это было — серьёзность. Спокойное принятие воли Аллаха, какой бы она ни была.
Саид пришёл снова. На этот раз его встречали иначе. Не как постороннего. Но и не как родного. Как человека, от чьих слов зависят будущие страницы жизни.
Он сел напротив Айши. Между ними — стол и отец. Но между сердцами уже не было расстояния.
Отец посмотрел на него строго:
— Скажи ей сам, что ты хочешь. Без украшений.
Саид посмотрел на Айшу. Его голос был тихим, но уверенным:
— Я не знаю, смогу ли стать самым лучшим. Но я буду стараться быть достойным. Я прошу у тебя не сердце, а доверие. Я прошу у тебя — путь вместе. В сторону Джанната.
Айша подняла взгляд. Она не улыбалась. Но в её глазах было "да" — не из эмоций, а из покоя. Из веры.
Она произнесла только:
— Если мой отец согласен — и если ты видишь в этом путь к Аллаху, то я — согласна.
Когда Саид ушёл, отец тихо сказал:
— Я передаю тебя тому, кто знает, что ты — аманат. Пусть Аллах укрепит вас обоих. И желаю вам счастья.
Айша впервые позволила себе слёзы. Не от страха. Не от боли. А от чувства, что всё идёт так, как велено свыше. Она была так рада этому.
И где-то высоко, за пределами глаз, ангелы уже писали: «Два сердца сделали ниет… ради Аллаха, и это воистину прекрасно».
Конец главы 8.
Отредактировано: 28.08.2025