Один век до свадьбы

Чары роз

На Араминте придется жениться, хоть она и больна. Королевские лекари толпятся вокруг нее денно и нощно. К ней применяют все лекарственные средства, какие можно добыть даже из-за моря, но ее кожа все больше сереет, а сил в ней становится все меньше. Долго она не проживет. Можно выждать год или два, и она умрет естественной смертью. Не зачем спешить. Но Конрад так возжелал королеву фей, что ему было все равно.

Ему предрекали, что он погибнет от клинка заговорщика, от вражеского короля-тирана, от заразной эпидемии, но от несчастной любви – никогда. Такого в пророчествах не было. От любви к королеве фей он чувствовал себя еще более больным и ослабленным, чем Араминта. Вернувшись в Алуар, он понял, что не может жить дальше без Медеи Шаи. Разлука с ней была подобна пытке, а шипы в сердце становились ножами. Недаром ему предрекали беду феи над полем боя.

Сейчас они парили за окном над солнечным садом, но уже не дрались, а спорили в полголоса.

- Он этого не сделает! – настаивала белая фея.

- Нет, сделает! – возражала красная.

- Любовь должна была его облагородить, - почти с отчаянием вздохнула белокрылая фея.

- Им правит страсть! – возразила красная фея. Она вцепилась в руки своей белоснежной то ли соперницы, то ли подружки. Тела двух фей сплелись в полете над садом, и вдруг исчезли, а по саду, как фейерверк рассыпались дождем лепестки алых и белых роз.

Конрад с изумлением выглянул в окно. Весь сад зарос колючими розовыми плетнями. Они обвили стены замка, кованую ограду сада, протянулись по бордюрам фонтанов, оплели садовые скульптуры, даже легли на куртины, уже заполненным другими цветами. Если раньше в саду благоухали камелии, бальзамин и жимолость, то теперь все там заполонили алые и белые розы. За ними было не разглядеть даже кустов сирени. У роз были очень колючие стебли, зато аромат они источали дивный.

Либо Конраду мерещилось, либо от роз исходили тихие шепоты:

- Что выберет король: страсть или любовь? Королеву фей или смертную девушку?

Сестра Конрада принцесса Марианна уже заметила изменения в саду и о чем-то просила садовника. Наверное, чтобы он расчистил от колючих плетней ее любимые деревца магнолий.

- Это эльфы расшалились, - шумно сетовала она. – Эти проказники угрожали, что изведут все мои магнолии, если их не допустят до участия в королевском турнире. Я сказала им, что турнир для людей, а не для нечисти. И вот они решили мне отомстить!

- Они обещали обратить твои магнолии в жаб, а не задушить их розами, - рассудительно возразила ее фрейлина.

Садовник покорно пошел выполнять поручение принцессы. Конрад вздрогнул при виде острых садовых ножниц. Почему-то он был уверен, что срезать розы это такой же акт злодеяния, как убить прекрасных девушек. Ведь розы это две стройные феи. Он наблюдал своими глазами, как феи превратились в цветы.

Колючие плетни не поддавались лезвиям ножниц. Садовник поднатужился, и ножницы сломались.

- Возьми секиру! – велела Марианна одному из своих рыцарей, которые тенью следовали за ней. Тот послушно кинулся угождать принцессе, и вдруг плетни роз обвились вокруг его руки. Шипы впились в кожу, проколов прочные латы.

Марианна вскрикнула и благоразумно отступила к выходу из сада. А длинные плетни роз, будто удавы, оплели тела рыцаря и садовника, чуть сдавили и вместо людей в их тисках остались лишь окровавленные мощи. Розы проросли на останках человеческих тел, будто на почве, обильно посыпанной удобрением. Вместо двух трупов в саду образовалось два раскидистых розовых куста.

Ну и чудеса! Конрад смотрел, приоткрыв рот. Розы вдруг стали его любимыми цветами. Они сильнее, чем могущество рыцарей! Боевые цветы! Наверняка, они из царства Шаи. Он невольно вспомнил о том, что розы в замке королевы фей были способны пить кровь. Но на Марианну они почему-то не напали, хотя инициатором очистки сада была она. Разве можно срезать розы, как сорняки! Нужно отчитать сестру. Впрочем, принцесса уже и сама шла сюда, шурша парчовыми юбками.

- Ненавижу розы! – бурчала себе под нос она, хотя ее праздничный бежевый наряд был выткан именно золотыми розами, изящно сплетавшимися с гербом Алуара.

- В саду творится колдовство! Там все нужно сжечь! – потребовала Марианна.

- А где будут прогуливаться придворные дамы? – возразил Конрад.

- В саду поселились злобные эльфы! – гневно топнула каблучком принцесса.

- Откуда ты знаешь? – сам Конрад видел не злобных эльфов, а двух прекрасных фей.

- Они прислали ко мне гонца, пока я в твое отсутствие занимала трон и принимала послов. Когда все земные послы ушли, из лужи пролитого вина на полу вдруг выросло рогатое существо. Довольно миловидное, но очень злое. Оно заявило, что оно гонец из царства эльфов.

- Может, солгало?

- Нет, не солгало, - Марианна что-то скрывала. Вероятно, у нее вышел конфликт с эльфами, которые добивались ее внимания. Уж Конрад то знал, какая его сестра недотрога и капризница. Сейчас из-за ее капризов в саду погибло сразу два человека, а она винила во всем каких-то эльфов.

- Я не хотела внести эльфов в списки приглашенных на турнир, а они пригрозили, что мне за это отплатят, уничтожив самое ценное, что у меня есть. Компании проказливых эльфов даже начали петь фривольные песенки у меня под окнами по ночам. Они не дают мне спать, а лучники бессильны их прогнать. От стел им никакого вреда.

- Может из-за того, что не выспалась, ты так раздражительна!

- Мне дурно от запаха роз, - пожаловалась Марианна. – Он такой приторный и тяжелый, будто предвещает несчастье.

Конрад поспешно запахнул мантию, отороченную горностаем у себя на груди. Нельзя, чтобы Марианна заметила, что в коже в месте сердца у него пробиваются шипы.

- Так весь спор из-за того, что их не приглашают на турнир?

- Да!

- Так пусти их, и дело с концом.

- Но это против правил! Эльфы не люди. Их сила превосходит человеческую. Наших рыцарей можно ранить и даже убить, а эльфы неуязвимы. Права соперников в состязании будут неравны.