Одиннадцать невест для проклятого принца

Глава двадцать третья

Глава двадцать третья

Я стояла в окружении сотни зеркал, на меня смотрела все та же Огюста, что шагнула пару минут назад в волшебное зеркало. Именно за такое обилие зеркал я и выбрала этот торговый центр, и думала о нем, переходя в темную муть портала. То, что все получилось, и я вернулась в свой мир, свидетельствовало все вокруг: и шум, и люди, одетые по моде моего времени, равнодушно проходящие мимо девушки в пышном платье, пытающиеся убраться быстрее, пока я не всучила им какую-нибудь рекламную бумажку. Острая тоска по Горну и безвыходность нашей ситуации, полоснула резкой болью в сердце. Наверняка это не только моя боль, но и Искорки, которую я хоть и ощущала, но очень слабо.

- Это что за краля? – загорелый парень в белой майке попытался ущипнуть меня за попу, но усиленный каркас юбки не дал ему до меня добраться.

- Ты что, в бронике?  - парни рядом с ним громко загоготали.

Я сильнее прижала к себе сумку, которую мне всучил Горн, и сложила брови домиком. Захотелось пнуть грубияна по голени, но пожалела, усмехнулась, вильнула своим турнюром, и скрылась из вида. Краем глаза заметила, что большинство посетителей торгового центра в плотных куртках, что свидетельствовало о поздней осени или ранней весне, а значит, я вернулась не в то беззаботное лето, из которого испарилась. Пусть это будет осень, мысленно причитала я, выходя из здания, но на меня пахнуло озоном и поздним морозцем. Это точно весна. Я залетела обратно в здание, успев почувствовать голыми плечами всю прелесть весеннего вечера.  Я пожалела, что не повторила трюк, который использовала на маскараде, и под пышными юбками на мне не было замшевых брючек.

Срочно нужно было обрастать шкуркой теплее, но при себе у меня не было моих документов, кредитки и других благ, был лишь рюкзачок с вещами Огюсты. Да, там были документы  и драгоценности, и кошель с монетами, но все это принадлежало не мне, и не этому миру. И пусть у меня все еще была ее внешность, рассчитывая отправить девушку обратно, я была не в праве закладывать ее драгоценности. Кольцо Горна и часы Лекса – вот все мои личные богатства. От кольца я не смогу отказаться, ни при каких обстоятельствах, а часы уже не идут без магии, так что много стоить не могут, но на куртку должно хватить. Ломбард обнаружился в этом же торговом центре. На меня смотрели с подозрением, пришлось придумать историю, что пока я работала аниматором, у меня украли сумку и смену вещей, и единственное, что я могу заложить это часы. Рюкзак я предусмотрительно спрятала под юбкой. Ювелир хищно посматривал на драгоценности, которые украшали мою шею и уши, но я отговорилась, что эта бутафория. Часы он взял, но сказал, что ему нужно дополнительное время и отправил меня пока искать куртку. Натягивать современные куртки на старинное платье стоило мне гомерического хохота, от всех кто это видел. Я даже померила пальто, но из-за турнюра ни одно не застегивалось на моих «приподнятых» бедрах. Бросив эту затею, я понадеялась, что помимо куртки денег хватит еще и на джинсы со свитером. Оставалось узнать бюджет, для чего я вернулась в ломбард.

- Часы явно сделаны вручную, в механизме много драгоценных камней, - еще бы, магия усиливается от действия камней, - но не хватает пары шестеренок, - а вот это уже печально, Лексу не хватило всего ничего до изобретения полноценного механизма работающего без магии. Тем временем ювелир продолжал.

- Кроме того и металл редкий - платиновой группы, - Мужичок выжидательно уставился на меня.

- Это бабушкины часы, не идут уже давно, наверное, шестеренки выпали еще до моего рождения, – пожала плечами я.

- Для такого срока часы удивительно хорошо сохранились, будто сделаны недавно, - и снова этот пытливый взгляд.

- Я обязательно вернусь и выкуплю их, - умоляюще посмотрела на него я, и скрестила за спиной пальцы. Иридиллия навечно сохранится в моей памяти, и ей не нужны дополнительные аксессуары, ну разве что… кольцо Горна.

Передо мной легла аккуратная стопка купюр и квитанция.

- Я дам половину, из-за того, что у Вас нет документов, а еще сообщу в полицию, на случай, если часы краденные, - он кивнул на охранника, маячившего перед магазином.

Не разбирая сколько денег, я черкнула в квитке закорючку, и пошла прочь.

Только в магазине одного из самых дешевых сетевиков, посмотрела на пачку. Я то думала, что ювелир специально положил пятитысячную наверх, а внизу всякая мелочь, но сверху до низу там были красные купюры. Итого шестьдесят пять тысяч!!! Ну, теперь точно на джинсы хватит.

Я выбрала этот торговый центр не только за зеркала, но еще и потому, что от него было легко добраться до дома родителей. Сейчас, стоя у подъезда с огромным пакетом, в котором лежало бальное платье, я с ужасом думала, что расскажу маме, как признаюсь в том, что это я их дочь, а не та, которая наверняка до сих пор лежит в больнице.

Из подъезда вышла тетя Люба со своим шпицем и  подозрительно посмотрела на меня, когда я попыталась проникнуть внутрь, протискиваясь через ее дородную фигуру.

- Вы живете здесь? – сурово поинтересовалась она.

- Э, нет, я к Белланиковым, - пришлось признаться мне.

- А, к Лерке небось? – продолжала допрашивать она, зажимая меня своей грудью.

- Да, к ней, - я все же смогла протиснуться и ринулась на лестницу.

Ждать лифта не было сил, невольная задержка позволила понять, что увидеть маму – это все, что я хочу, но нужно сдерживаться, чтобы не кинуться ей на шею. Пятый этаж возник неожиданно.

Коричневая дверь с выбитым рисунком в стиле французской веранды, чернота глазка, мелодичный звонок, все как в тумане и вот она, такая теплая, домашняя, в белом переднике, пахнущая сдобой.

За время что мы не виделись она как то подобрела что ли, улыбалась, показывая все зубы, прибавила пару килограмм. Увидев меня - засияла.

- Вы Лерина подруга? Из Франции кажется? Она давно меня предупреждала, что Вы приедете.