Одиночество на двоих

ГЛАВА 7

НИКОЛАЙ

— И где у нас тут именинница?!

— Я тут, тут!

Милана чуть не сбила Николая с ног – налетела как ураган! Николай подхватил дочь и приподнял, слегка подбросив вверх:

— Как ты подросла! — заметил он.

— Я на каблуках, смотри! — Милана спрыгнула на пол и отошла, показывая свой наряд.

Пышное платье желтого цвета оттеняющее загорелую кожу подпрыгивало при каждом движении Миланы. На ней действительно были каблуки – симпатичные туфельки с толстым каблуком, что цокали по лакированному полу.

— Ты очень красивая сегодня, — Николай погладил дочь по голове полной кудряшек и пахнущей лаком для волос.

— Ты приехал! — Милана вцепилась в него, обнимая.

Николай продолжал её гладить, с тоской думая – не пропустит ли он жизнь своей дочери? Он не видел её пару месяцев, а ощущение, что год! Тогда она бы упрямилась, не желая надевать такой девчачье платье, а сейчас порхает в нем, как бабочка! И как быстро она растет…

Не успел Николай расчувствоваться, как к нему подошла Альбина. Высокая и тонкая, как высушенное дерево, с плотно сжатыми губами – на ней было платье красного цвета, ярко выделяющееся среди гостей, что предпочли более пастельные цвета. Она прокашлялась и Милана поспешила Николая отпустить, виновато опустив взгляд.

— Приехал все-таки. Подарок привез? — спросила Альбина, крутя в руках бокал игристого.

— Конечно, — Николай поразился – она серьезно думала, что он приедет без подарка?

Милана радостно закрутилась на месте, получая подарок. Маленькую коробочку, украшенную бантиком. Несколько гелевых воздушных шариков в форме медведей Николай оставил у входа – не он один такой умный и шаров в зале было в два раза больше, чем людей.

— Папа! — завопила восторженно Милана. — Это же новый айфон!!!

Милану мгновенно окружили её друзья – ребята её возраста, все красивые и порядочно пропахшие сладкой газировкой. Они восторженно и заинтересованно охали, окружая Милану.

— Ты лучший, папа! — Милана дернула Николая за штанину, он наклонился, чтобы получить звонкий поцелуй в щеку.

Дети шумели, изучая подарок, а Николай с Альбиной тактично их оставили, подходя к столам «взрослых». Широкий стол, забитый морепродуктами и салатами, вином и шампанским, встретил Николая сухими приветствиями и кивками. Его тут плохо знали, он был «приезжим папой».

— И зачем? — не скрывала раздражения Альбина. — Такой телефон дорогой – разобьет ведь!

— Она не разбила ни один из тех, что я дарил до этого. Милана внимательная девочка.

— А если украдут?

— Когда успеют? У нее же личный водитель есть, сама говорила.

Альбина поджала губы и отвернулась – ох, как часто Николай видел это выражение лица! Молчание, от которого тяжелел воздух. Раньше он все делал, лишь бы она улыбнулась и простила его, хоть и не понимал, в чем виноват. Она изводила его своими требованиями и претензиями, чтобы потом цокнуть и игнорировать его днями. Николай поразился тому, как долго он терпел.

«Все держалось на любви» - понимал он. Теперь эта любовь сохранилась только в их дочери, а от остального не осталось и следа.

— Николай, — рядом возник Олег. Одного роста с Николаем, в черном костюме, как на свадьбу, короткой стрижкой и очках. Новый муж Альбины.

Они обменялись рукопожатиями.

— Как долетел? — спросил тот.

— Спокойно. Вижу, вы серьезно подошли к организации праздника…

— Это все Аля, она сумасшедшая, — тихо рассмеялся Олег.

С Олегом было просто – он все понимал и ни капли не возражал присутствия Николая в их жизни. Обычный мужик, работающий на серьезной должности в крупной айти корпорации за рубежом. Когда Альбина сошлась с ним, Николай очень боялся, что они переедут в другую страну. Все обошлось, никто не планировал уезжать, и Олег всегда приветливо реагировал на Николая. Даже порой сам куда-то звал, но стоило об этом узнать Альбине – приглашение отменялось.

— Не переборщила ли? — нахмурился Николай, принимая стакан виски от мимо проходящего официанта.

Альбина любила вечеринки с размахом, упивалась ими – даже сейчас поспешно оставила их, чтобы громко обсуждать какие-то сплетни с другими мамочками. Они сняли огромный зал-ресторан, с потолком в три этажа высотой, украшенный живыми цветами, заставленный шариками и шариковыми фигурами. Тут тебе и фотозона, и столы с едой на любой вкус, ди-джей и танцпол! Народу – человек пятьдесят. Детей всего шестеро…

— Я отговаривал – Милана хотела просто посидеть с друзьями в кафе. Но ты знаешь, Альбину никто переубедить не может.

— Это я знаю, как никто, — фыркнул Николай.

Но он с любовью наблюдал, как Милана уткнулась в телефон, пока её друзья сидели рядом и завороженно наблюдали. Он хорошо знает свою дочь, хоть и видит редко. Она шумная и активная, но только рядом с теми, кого хорошо знает. Они с друзьями создали небольшой уголок, где всегда замирали, когда подходил взрослый. А те только и хотели – утащить сделать фото, заставить покушать, похвастаться перед остальными одаренным чадом…

Зал разделился – дети в своем уголке, женщины устроились на диванах, окруженные бокалами с вином, мужчины временно перешли на балкон – покурить. Николай не курил, но хотел подышать свежим воздухом – в зале было душно и слишком гремела музыка. Вечер наступал не так мгновенно, как зимой, фиолетовая полоса света еще освещала улицы. Окончательно тьма наступит еще не скоро… Николай вернется в Питер и встретит белые ночи – жаль, что Милану к этому времени уже утащат на Мальдивы.

Обсуждение работы плавно перешло на жен:

— Моя все мозги мне промыла с этой медитацией… Мне хватило и йоги, а тут сиди неподвижно и не спи! Ну как так можно?!

— А я сплю, но моя не видит… Я говорю, что просто ушел глубоко в себя!

— Вот это ты гений!

Взрыв пьяного смеха неожиданно обратил внимание на человека, что промолчал:

— Николай, так? Ты ведь свободный человек? — спросил кто-то.