Одинокая душа призрачного счастья, том1

Глава 8

Чарли, тем временем, трусил за повозкой Ориса, держась на безопасном расстоянии и стараясь оставаться незамеченным. Ветер в этот раз был на его стороне, дуя прямо в лицо (вернее в мохнатую морду зверя), что позволяло находиться чуть ближе к объекту слежения. Однако, сократи он дистанцию еще хоть на пару метров, лошади могли бы почуять запах волка и выдать его присутствие своим нервозным состоянием. Беря все это во внимание, Чарли был крайне осторожен, выполняя поручение хозяина.

Карета все дальше уходила в сторону от главной дороги, лес становился гуще, тропинка все больше петляла, пробивая себе путь среди многовековых деревьев. На какое-то время повозка скрылась из глаз, затерявшись среди густой зелени, и Чарли шел вперед, полагаясь только на отменный звериный нюх.

Когда лесные джунгли, наконец, расступились, оборотень замер, очутившись перед участком ровного поля, на котором возвышался в полной красе каменный замок. Его стены поражали своей прочностью, а готические купола уходили далеко ввысь, где осторожно проплывали мимо тяжелые грязные облака, готовые в любую минуту пролиться холодным дождем, зацепившись неосторожно за наиболее высокий из шпилей.

Оборотень огляделся, оценивая обстановку. Сомнений не было, карета Ориса скрылась именно за этими коваными воротами старинного величественного здания.

Расположившись под тенью раскидистого дуба, он стал ждать наступления сумерек. Соваться на охраняемую территорию среди бела дня было небезопасно даже в образе волка, а потому Чарли, прикрыв глаза, отдыхал после затяжной пробежки. «Жаль, что нет возможности предупредить хозяина о задержке», – единственное, о чем переживал он, зная, что в «Красном Петухе» ждет и волнуется Ноа.

* * * * *

Ноа не мог позволить себе ждать Чарли более суток, прохлаждаясь в таверне. Его присутствия в столице требовали государственные дела, не терпящие отлагательств.

Дождавшись утра, инквизитор разместил в карете своих случайных попутчиков, не обращая внимание на слабое сопротивление мелкого, и, устроившись на козлах вместо кучера, отправился в путь.

Какое-то время они мирно тряслись по неровной дороге. Солнечный диск медленно тянулся к зениту, в округе слышалось пение птиц. Казалось, ничто не предвещало беды. Однако, бывший генерал не мог позволить себе расслабиться ни на минуту, постоянно оставаясь начеку. Его не оставляло предчувствие опасности, выработанное веками, а он привык этому чутью доверять.

Ноа нисколько не удивился, когда неожиданно на дороге появилось несколько всадников, перегородив путь. Карета замедлила ход и вскоре остановилась. Эви, осторожно выглянула в окно:

– Что-то случилось, господин инквизитор? – спросила она и, не получив ответа, вылезла по пояс, чтобы видеть своего сопровождающего. – Почему мы остановились?

– Не высовывайся, мелкий! Я разберусь, – послышался ответ.

Эвелин, конечно же, этим не удовлетворилась. Любопытство пересилило здравый смысл. Она осторожно открыла дверь, выбралась наружу и замерла в оцепенении, увидев, как Ноа ловко спрыгнул с козел и вышел вперед, положив руку на рукоять меча. Его тут же окружили всадники, похожие на лесных разбойников. Первым спешился самый крупный из них, по всей видимости, предводитель. Когда он подошел ближе, девушка узнала в нем того самого агрессивного великана из таверны. Кажется, его звали Рыжий Вилли.

Действие разворачивалось на приличном расстоянии, и Эвелин не могла разобрать, о чем говорили его участники. Ветер доносил лишь обрывки фраз, но по напряженным позам и чрезмерной жестикуляции незнакомцев, было понятно, что беседа носит далеко не дружественный характер. Сердце Эви ухнуло вниз, когда разбойники достали оружие, наставив его на инквизитора. Он стоял один против всех, готовый в любую секунду отразить удар или погибнуть на месте.

Первая мысль маленькой графини была: «Бежать!» Бежать, как можно дальше и как можно быстрее. Однако, вспомнив о беспомощном Бонни, она поняла, что без своего друга не двинется, что бы ни приготовила им судьба. А потому, закусив губу, принялась дальше наблюдать за представителем королевской власти, не веря в мирный исход жестких переговоров.

Подтверждая ее опасения, Рыжий Вилли гаркнул что-то грубое, и его люди всем скопом накинулись на свою жертву. Именно так воспринимала Эвелин инквизитора, но вскоре поняла, как сильно ошибалась на его счет. Привычным движением Ноа выхватил из ножен меч и невероятно быстро принялся отражать удары. Каждый жест был точным и выверенным, лезвие сверкало на солнце. Забыв об опасности, юная графиня залюбовалась рискованным зрелищем. Инквизитор, исполняя смертельный танец, был прекрасен: гибкое тело, сильные руки и нечеловеческая быстрота. Его соперники падали один за другим, обездвиженные, но живые. Ноа просто выводил их из строя, не лишая при этом жизни. Эви не могла отвести от него глаз, но вдруг, внимание привлекло движение справа.

Она повернула голову и поняла, что ее заметил Рыжий Вилли и, позабыв о Ноа, движется прямиком к ней. Девушка, взвизгнув, запрыгнула в карету и захлопнула за собой дверь, словно это могло хоть как-то спасти от озлобленного разбойника. Сквозь полупрозрачную штору она увидела, как разъяренный детина вынул из-за пазухи пистолет и выстрелил в ее сторону. Пуля прошла над головой, оставив дыру в обшивке кареты. Злодей промахнулся, и все бы ничего, но громкий выстрел испугал лошадей, и те рванули с места, не разбирая дороги. Повозка тряслась на ухабах бездорожья, упряжь жалобно скрипела. «Пассажиров» кидало из стороны в сторону и било о жесткие стены, потому что ухватиться хоть за что-нибудь возможности не было.