Одинокий инспектор желает...

Глава 3. От судьбы не убежать

Резко вздрагиваю от того, что на лицо попадает что-то прохладное и мокрое. Вода? Но откуда здесь вода?

Дождь пошёл что ли?

Открываю глаза и вижу… Мужчина. Красивый.

Не Денис, и это уж точно. Ему о такой моське только мечтать.

Волосы уложены на один бок, глаза голубые, яркие. Скулы широкие, волевой подбородок с небольшой растительностью на щеках.

Он смотрит на меня таким взглядом, словно я — это всё что ему нужно!

Господи, как же это волнительно…

А я на полу валяюсь. Вот же…

– Не поможете девушке подняться? – с придыханием говорю я, и тут же откашливаюсь, стараясь прогнать скрип из голоса.

Да что не так?

Тянет руку и ухватив меня за ладонь, медленно поднимает. Я бы даже сказала, чуть бережно.

Ах, какие мужчины галантные пошли.

Чуть опускаю взгляд, хлопая ресницами, и тут же замираю.

Рука. Что с ней?

Резко вырываю ладонь, снова плюхаясь на пятую точку и в ужасе осматриваю свои руки.

Боже, что с ними произошло?

– Госпожа Дегерман, хватит уже спектакль разыгрывать, – шипит на меня красавчик, и я впериваю в него шокированный взгляд.

– Ч-что со мной? – хриплю скрипучим голосом.

– А что с вами? – удивляется он. – Сумасшествие?

Сумасшествие… Да, наверное именно так. Потому что у меня ну никак не может быть такой кожи на руках, и голоса, словно скрипучее колесо.

– Мамочки, – из моего горла вырывается то ли стон, то ли скрежет оконной рамы.

Медленно поднимаюсь.

Поясницу ломит, колени подкашиваются от шока и усталости. И чувство такое, что по моему телу вообще можно медицинскую энциклопедию изучать. Болит всё, что болеть не должно ни при каком раскладе!

Ну, в самом деле, какие суставы? Какое колено и уши? У меня что, отит, артрит и остеоартроз, прости Господи?

Да с чего бы???

Стою полусогнутая, смотрю на красавчика из-под полуопущенных ресниц. Куцих таких, реденьких. А ведь у меня они длинные да пышные всегда были.

Так и хочется простонать “Ох, милок, что-то мне тяжко стало”, да только думаю, что юмора красавчик этот не поймёт. А мне и в самом деле чего-то поплохело. Потому что… Ну… Это, матушку мою в обе щёчки, НЕ МОИ РУКИ!!!

И тело тоже… Не моё.

Ох ты ж, Господи Боже мой. Как же тяжело стоять-то мне, а.

Красавчик скрещивает руки на груди и вскидывает бровь.

Отличный экземпляр. Вот только прямо сейчас мне не до тебя, милый. Мне бы врача позвать, да обезбола посерьёзнее. Фентанильчику. Внутривенно, чтобы уж наверняка.

– Госпожа Дегерман, нам надо с вами серьёзно поговорить, – произносит красавчик серьёзным голосом.

Что? Да какая я тебе госпожа? Какая Дегерман?

Эх, ну почему у таких красавчиков обязательно проблемы с головой?

– И тебя вылечат, – хриплю я. – И меня вылечат.

Медленно развернувшись, делаю короткий шажок, ещё один.

На улицу вылетает, словно подбитая птица, взмахнув руками, старушка с реликтовым зеркалом.

Ага-а-а-а! Это всё зеркальце её виновато!

– Ах ты ж карга старая… Вы, то есть, – исправляюсь я, и стараюсь восстановить резко сбившееся дыхание. – Это ты… Вы во всём виноваты!

– Аглая, ты что? – удивляется та, останавливаясь рядом со мной и преданно заглядывая в глаза.

– А ну покажи… те, – рычу на неё, и вырываю из рук зеркало.

Медленно поднимаю его и…

– Да чтоб у тебя все краны сорвало! – хрплю я, ужасаясь от своего отражения.

Не-е-ет. Нет-нет-нет!

Это не может быть правдой! Это не я!

– Не я, – скрипит мой голос. – Это не я!

– А в этом мы обязательно с вами разберёмся, – произносит красавчик. – В отделении.

В отделении? Господи, та старуха из кафе говорила мне про инквизитора. Она сказала, что это я вместо неё должна к нему пойти.

Так это он и есть?

Холод прокатывается по венам, а потом резко бросает в жар.

– Что с вами? – хмурится красавчик.

А у меня паника, между прочим!

Стой, Томара, не время для паники. Потом будешь предаваться горечи и сомнениям. Сейчас нужно валить отсюда, да поскорее.

– О, Алла Борисовна идёт! – вскрикиваю я, и указываю за спину мужчины.

– Кто? – удивляется он, и оборачивается.

Рву когти с места как настоящий метеор. Скоростная черепаха, не иначе.

Вот же незнайка. Да как он может о таком спрашивать?

Бегу позабыв про суставы и поясницу. И плевать, что не знаю дороги. Тут, главное, свалить. И пусть потом ищут ветра в поле.

Удумал чего. Поговори-и-им, – мысленно протягиваю я.

Мы поговорим, ага, как же.

На костёр меня хочет отправить. Вот по глазам его наглючим это поняла.

Впереди решётчатый забор. Я к нему.

Подхватываю длинную юбку (потом подумаю над своим прикидом), и “бодренько” заскочив на кирпичный уступ, хватаюсь за решётку.

Руки слабые, но я отважно тянусь вверх, перебирая ногами по металлическим прутьям.

Да что ж такое-то? Почему не получается?

Да у меня, можно сказать, с детства разряд по лазанию по заборам имеется! А тут почему не выходит?

– Кхм-кхм, – слышу за спиной, и на мгновенье замерев, медленно оборачиваюсь.

Вальяжной походкой этот греческий Бог подходит к решётке и взявшись за прут одной рукой, дёргает его.

– Ну да, крепкая, – говорит. – Но, позвольте поинтересоваться… Вы решили от меня сбежать таким вот оригинальным способом?

Догнал всё же… Ещё и издевается.

Тяжело вздохнув, сползаю обратно и развернувшись к нему лицом, опускаю взгляд.

– Простите, дяденька, я просто на вечернюю пробежку вышла, а тут вы.

И обидно так становится, что чувствую, как по щеке слеза катится.