Одинокий инспектор желает...

Глава 4. Ох, и накосячил же ты где-то в прошлом, раз старушку под венец вести собираешься

– Итак, госпожа Дегерман, подпишите, – произносит красавчик, протягивая мне документ.

Мы сидим в просторном кабинете управления правопорядка. Всюду снуют люди в форме, не обращая на меня никакого внимания. И только этот странный Аполлон не отводит от меня пристального взгляда.

Честно признаться, именно сейчас у меня получается рассмотреть его чуточку лучше.

Плечи широкие, руки крепкие, а кисти-то как двигаются… М-м-м-м! Загляденье просто. Такими руками не документы подписывать, а… Кхм, что-то я не о том думаю.

– Я ничего подписывать не буду! – вспыхиваю я, пряча руки за спину.

Вот подумается же не вовремя. Я теперь словно девочка на первом свидании, пунцовая как рак.

Хотя, о чём это я? Мы же итак на первом свидании. Ну и что, что это свиданием не назовёшь. Да и внешность, как я поняла, у меня старушечья и вообще не привлекательная. Но в душе-то я ого-го какая!

Ага, королева красоты, блин.

И куда твоя красота злополучная делась, Аношина?

Правду народ говорит, любая красота увядает, и чахнет словно сорванный цветок. А мне-то как теперь жить с этим?

– Что значит, “вы не будете”? – удивляется тот и хмурится.

– А вдруг вы на меня кредит оформить решите? – усмехаюсь.

А то знаю я вас… Все красавчики с головой не дружат. И вообще, такая внешность — это отвлекающий манёвр, чтобы жертва бдительность потеряла. А когда подпишу, так сразу и узнаю последствия.

А я не хочу ни на кредиты попадать, ни на костёр.

Божечки, костёр. Как же я забыла-то об этом?

– Послушайте, дяденька, я правда-правда ни в чём не виновата!

Его брови ползут вверх, и рот в удивлении открывается.

– Госпожа Дегерман, вы точно в порядке? – спрашивает шёпотом. – Может вам водички принести?

От безысходности всплескиваю руками, едва сдерживая слёзы:

– Я уже не понимаю, в порядке или нет, – говорю скрипучим голосом, и от этого ещё горше становится. – Я не понимаю, что со мной происходит? И куда делась настоящая “Я”? И кто эта старуха? И… И… И вообще, не надо меня на огонь, – заканчиваю едва слышно.

– Огонь? – вскидывает он бровь.

Смотрю на него, мой взгляд слезами затуманен.

Вот зачем он надо мной издевается?

Да, я в теле старухи! Но разве ж со старушками так можно? А если сердечко крякнет? А если…

Да только сердечко моё при взгляде на этого мужчину отчего-то наоборот в галоп уходит.

– Саней, ну что, нашёл свою потеряшку? – к нему подходит другой мужчина в форме и по дружески хлопает по плечу. – Эй-ей, ну ты и зверь, Саней. Зачем старушку-то до слёз-то доводить?

– А-а-а-а, – рыдаю ещё пуще.

– Джек, отвали, а, – стонет мой персональный экзекутор.

– Ну, ты хотя бы успокой старушку. Видишь, как горько рыдает?

– А-а-а-а-а-а! – ещё пуще разматывает меня на слёзоотделение.

– Уйди отсюда, – шипит Саней. – Не видишь, только хуже делаешь?!

– Эм, – теряется тот. – Ну, я это… Пойду. Но вы, госпожа, если обижать будет, по голове ему тресните. Да хоть этой клюкой! – говорит и хватает мою трость.

Хотя не моя она, а той зловредной старухи, что сотворила со мной такое.

– Проваливай, – едва ли не рычит Саней, не отводя от меня взгляд.

Оставшись наедине, я немного успокаиваюсь.

Слёзы не вечны. И даже женщина не умеет пускать их бесконечно, как бы не хотелось. Вот и мои слёзы заканчиваются, и я шмыгаю носом.

– Успокоились? – вскидывает бровь. – А теперь объясните, причём тут огонь, и какое он имеет отношение ко мне?

– Конечно, – фыркаю, и вынимаю из кармана накидки носовой платок.

Громко и смачно прочистив нос, сгребаю его и прячу обратно.

– А чем ещё инквизиция занимается? – спрашиваю с ехидцей. – Неужто конфетки порядочным девушкам раздаёт? – и тяжело вздохнув, вспоминая, что не такая уж я теперь и молодая, добавляю: – Или старушкам.

– Так, похоже, мы ни с того начали, – говорит, упираясь руками о стол. – Здесь собраны все доказательства того, чем вы занимались и продолжаете заниматься. Глупо отрицать то, чему есть свидетели и подлинные доказательства. А теперь мне нужна помощь. И оказать её мне можете только вы.

От такой речи я даже дышать перестаю.

– Либо вы снимаете с меня своё проклятье, либо…

– Либо? – с интересом даже придвигаюсь к нему чуть ближе.

– Либо я женюсь на вас и получив силу, сам сниму, – заканчивает он.

Немая сцена.

Хлопаю глазами на этого невменяемого. Он смотрит на меня в ответ. Пристально так смотрит. С вызовом.

– Ха, – прорывается из меня. – Ха-ха! Аха-ха-ха-ха-хах! – Женишься? На мне? – от смеха даже вдох сделать не получается. – И что ж ты такого плохого в прошлой жизни-то сделал, что на такой как я жениться собираешься? – чуть успокаиваюсь и спрашиваю, ловя своё отражение в стеклянной дверце шкафа.

Поджимает губы не отводя от меня взгляд. Но на щеках всё же его проступает румянец.

– Я так тебе скажу, – говорю весело. От комичности ситуации я даже про страх забываю и начинаю “тыкать” – Если учесть, что этому телу как бы поздно немного под венец идти, а ты очень хочешь его туда затащить, то… Я согласна!