Одинокий мир

Глава 14

Птичье разноголосье, сопровождающее их с того момента, как путники открыли утром глаза, смолкло так резко и внезапно, что Томке вдруг показалось, что она оглохла от мгновенно обрушившейся тишины. Не сразу осознав, что происходит, она опять с размаху влетела в широкую спину впереди идущего княжеского охранника и отпрянула назад, едва повторно не расквасив подзаживший нос.

«Это скоро станет традицией», - усмехнулась она про себя, потирая расцарапанную переносицу.

Они возвращались след в след, прибравшись на поляне и в последний раз проверив лира. Бадун смиренно спал волшебным сном, надёжно укрытый мхом и пожухлыми листьями. Линн был спокоен, прощаясь с другом, и шёл по лесу, насвистывая и частенько оглядываясь – проверял, не отстаёт ли шагающий за ним подопечный.

Томка старалась держать темп. Ничего не поделаешь – изнуряющая гонка возобновилась, и ей оставалось только уповать, что приближающаяся встреча с виххрами не отодвинет её планы по возвращению домой на ещё более неопределённый срок. Или, что вернее, не пресечёт их в корне, поскольку, вполне вероятно, что возвращаться будет уже некому. Линн так и не счёл нужным посвятить её в свои планы, поэтому, шагая следом, девушка имела весьма посредственное представление о том, как она должна действовать, когда пугающее её столкновение наконец состоится.

- Просто держись рядом, - отмахивался воин от любых вопросов. – Действовать будем по ситуации. Скоро начнутся холмы – отсидишься за ними, пока я разбираюсь.

Какие холмы?! Они же в степи…

А, впрочем, леса в степи тоже быть не должно, так что лучше действительно помолчать. Можно, конечно, опять отговориться потерей памяти, расспрашивая о непонятных холмах, но Томка решила не раздражать Линна лишний раз своими расспросами. В конце концов, ничто так надёжно не защитит её от разоблачения, как игра в молчанку. Говорить будем строго по необходимости – так меньше шансов себя выдать.

Вынужденно остановившись, Томка подняла глаза на напряжённую спину своего спутника. Ромуальдилинн застыл, предостерегающе подняв руку. Он медленно оглядывал простирающиеся впереди заросли, и весь вид его говорил о том, что беззвучное затишье вокруг категорически ему не нравится.

- Птицы замолчали, - не выдержав, растерянно произнесла Томка, и вздрогнула, когда охранник сердито шикнул на неё, призывая к безмолвию.

Они стояли так ещё с минуту, прислушиваясь.

Линн медленно повернулся. Томка, внезапно, опять почувствовала себя едва ли не былинкой, которую вот-вот раздавит скала. Его взгляд был тяжёлым и острым. Мужчина вглядывался в её лицо, нависая сверху, и девушка почти видела мелькающие в его глазах мысли, когда он быстро и чётко формулировал в голове стратегию.

- Останешься здесь, - тихо проговорил он. И, внезапно наклонившись, подхватил её подмышки, как ребёнка, и усадил под раскидистое дерево, похожее на иву. Длинные плакучие ветви, спускающиеся до самой земли, сомкнулись за их спинами, и Томка оказалась в маленькой круглой комнатке с бугристым стволом посередине и светло-жёлтыми, подсвеченными снаружи стенами. Она так оторопела от быстроты происходящего, что даже не успела возмутиться непрошенными прикосновениями, которых так тщательно избегала.

- Подождёшь часок для верности, - быстро продолжал мужчина, вглядываясь в её лицо. – Потом, если снаружи будет тихо, вернёшься на поляну. Дорогу помнишь?

Девушка молча кивнула.

- Будешь ждать меня там, только огонь не жги. Пристройся с краю, а лучше найди дерево пораскидистее, укройся. Нос не высовывай, что бы ни произошло. Покажешься, только когда я сам позову.

- Но Линн… - её испуганный голос сорвался.

- Тихо! – рыкнул он. – Делай, как я сказал!

Томка задрожала.

- Не вздумай за мной соваться – в лесу смерть.

- Смерть?

- Убили кого-то. Не зверя. Сильного мага убили - только смертельный выброс может заставить зверьё в этом лесу попрятаться. А убивать тут некого, никого здесь не должно быть кроме нас. Значит, гости нагрянули.

Осознавая сказанное, Томка потрясённо смотрела на него, а мужчина продолжил:

- Я, значит, с гостями пойду разбираться, а ты тут сиди. И чтоб не пикнул! – сунув ей флягу с водой, Ромуальдилинн развернулся и выскользнул свозь длинные лиственные завеси наружу. Она даже не успела ухватить его за рукав и задать хотя бы один из миллиона вопросов, которые разом вспыхнули в голове. Только и успела, что тихо шепнуть вслед треснувшим голосом:

- Будь осторожен…

***

«Интересно, час уже прошёл?» - Томка почувствовала, что замерзает. Сидеть под «ивой» было бы почти уютно, если бы не сжигающая её тревога. Да и осенняя сырость, которая накопилась под круглой шелестящей кроной, начала пробираться внутрь сквозь одежду.

Пожалуй, пора выбираться.

Раздвинув упругие ветви, она прислушалась. Тишина висела всё тем же гулким тревожным коконом. Поднявшись, девушка застыла в нерешительности. Идти к поляне смертельно не хотелось. Её тянуло туда, вперёд, к месту где узловатые корни засохших деревьев скрывали выход из леса, и где исчез Линн.

Вздохнув, она потопала назад, к озеру. И что за жизнь у неё такая? Туда-сюда, туда-сюда, а до места добраться никак не может…

Стоп!

Испугавшись треснувшей неподалёку ветки, Томка оглянулась. Хватит рефлексировать! Вечно она уходит в себя и не замечает того, что происходит вокруг. Линн сказал: в лесу кто-то есть. Кто-то не слишком добрый, раз он принёс с собой смерть. А она погрузилась во внутренние переживания и ничего вокруг не замечает - так и с пути сбиться недолго.

Томка заставила себя откинуть непрошеные мысли и довольно долго продвигалась к знакомому месту, внимательно вглядываясь в приметы, которые вели её к поляне, и которые она невольно запомнила, дважды проходя по этому пути ранее. Дорога назад казалась ей невыносимо долгой. Возможно, из-за того, что она в кои-то веки шла в своём темпе, а не неслась, как лось, за длинноногим Линном. А может ей просто до чёртиков не хотелось именно туда, куда она вынужденно держала путь. Хотелось-то ей совсем в другую сторону…