Одинокий мир

Глава 6.1

Наконец-то ему повезло!

Момат был так счастлив, что не замечал больше ни изнуряющей жары, ни ломоты в мышцах, ни бурчания пустого желудка.

Скоро, очень скоро его усилия с лихвой окупятся, и он сможет занять принадлежащее ему по праву место. Больше никаких служб и молитв, никаких бдений и послушаний. Он забудет, что такое грубая шерсть, постная каша и до оскомины надоевшие нравоучения занудных праведников. Он будет возлежать на мягком ложе и вкушать сладкие финки с золочёного блюда, повествуя раскрывшим рот юнцам о своих подвигах во славу Артайского Княжества. А спесивый поганец Франко приползёт на брюхе, лишь бы вновь обратить на себя его благосклонный взор.

Момат счастливо зажмурился, как обожравшийся сливок енот, хотя и сам не смог бы припомнить, когда в последний раз ел досыта. Но разве сейчас это важно? О! Даже он способен позабыть о плотских потребностях, когда его мечта так близко! Не зря, ох, не зря дядя всегда говорил, что он везучий засранец! Момат тихонько захихикал. Это оказалось действительно так. Даже козни злопамятного родственника, которому до чёртиков надоел бесполезный племянник, привели в результате к тому, что именно он оказался опять на коне!

Покачиваясь на лире, Момат любовно потёр рукавом серебряный перстень, усиливая его блеск. Теперь не надо было прятать драгоценную печатку с хищной птицей. Наконец пришёл момент гордо демонстрировать её, вызывая трепет и восхищение окружающих его артайских служек.

Он обвёл своих соотечественников заносчивым взглядом. Несмотря на то, что время облачиться в столь желанные золотые одежды, какие красуются на них, для него пока не пришло, именно он, Момат, следует сейчас во главе случайно встреченного в степи отряда артайского посланника. Рядом с самим легатом, нога в ногу. А легат, на минуточку, не кто-нибудь, а сам четвёртый советник Артайского Князя! А ради хорошего дела послушнический наряд можно ещё несколько дней потерпеть.

Конечно, их недавнюю встречу в степи нельзя было назвать ни любезной, ни обходительной. Пока разобрались, кем является измождённый толстяк в неопрятной одежде ливийского послушника… Пока перстень разглядели, пока выслушали… Едва нож под рёбра не схлопотал.

И даже когда почти рыдающий от облегчения заплутавший артаец стал делиться с высокопоставленным аристократом накопленными новостями, легат только фыркал да отворачивался, не обращая внимания на сунутую ему под нос драгоценную печатку. Что ему серебряное кольцо с изображением небесного хищника, когда у него у самого на пальце такое же, да из чистого золота! Да ещё с десяток амулетов на шее! Его-то миссия, поважнее будет, чем ненужные письма переписывать, спаивая сельских птичников!

Легат слегка оживился, лишь когда про Невидимый лес заговорили. Долго выпытывал, где вход, как неуловимая святыня выглядит изнутри, что сталось с виххрами, которые укокошили целителя. Ну а когда Момат упомянул про могучего ливийца, и как тот, сверкнув зелёными колдовскими очами, выпустил против кочевников магическую боевую силу, сметая всех на своём пути, вот тут-то и настал его звёздный час.

- Какие, говоришь, у ливийца были глаза? – вкрадчиво переспросил его легат.

И недогадливого Момата словно молния ударила. Неожиданно осознав, что он только что произнёс, он успел распрямить спину и добавить снисхождения во взгляде, прежде, чем повторил:

- Зелёные, Ваша Милость, зелёные. Надеюсь, Вам не надо объяснять, что именно это значит?

- Ты уверен? – легат склонился к нему ближе, обдавая ядрёной смесью пота и тяжёлых духов.

- Как никогда, Ваша Милость! – благоговейно выдохнул удачливый рассказчик, мысленно пытаясь припомнить, не показалось ли ему с перепугу. И тут же решил – нет, не показалось! Глаза ливийца почти светились, когда он ринулся вперёд разрушительным смерчем. А это ли не главный признак одарённого и знатного рода, которых даже в Артайском Великом Княжестве раз и обчёлся, а в захудалой Ливии и вовсе один единственный?!

Лицо легата озарилось такой предвкушающей сытной улыбкой, словно он уже половину Ливии заглотнул и не подавился. Момату же осталось лишь крякнуть с досады, что он не догадался поведать про Невидимый лес с самого начала. Столько страху зря натерпелся!

И вот теперь, когда, разработав план, они подъезжали к Храму, обсуждая последние детали, Момат готовился к главному в его жизни выступлению. О, он будет чертовски убедителен! Невероятно хорош! И благодаря этому заработает себе пожизненное тёплое местечко в Артайском дворце. И он уж постарается, чтобы эти благословенные деньки прошли весело!