Одинокий мир

Глава 18.2

Когда защита дворца пала, Ромуальдилинн быстрым шагом шёл прочь от зала приёмов, где он быстро и грубо развернул артайских легатов в сторону их бессовестной родины. Не было у него больше сил видеть их опостылевшие рожи в непосредственной близости от своего дома. В этот раз он был твёрд и непреклонен, так что разряженным павлинам ничего не оставалось, как откланяться и отбыть вон под прикрытием своих златоликих убийц.

Нетерпение Ливийского князя было так велико, что, оставив контроль их ухода страже и близнецам, он почти бегом проследовал вдоль длинной анфилады бесконечных комнат, направляясь к Хранилищу. Сегодня он сам желал встретить Тамару.

Тамара… Его Луана…

Счастье обретения было так велико, что Ромуальдилинн до сих пор не мог поверить в её реальность. Каждое утро он просыпался, объятый липким ужасом, что всё, случившееся с ним, всего лишь длинный и нереально счастливый сон. А впереди его ждёт ещё один невыносимо длинный и опостылевше-одинокий день, полный непрекращающихся угроз и неразрешимых тягот, которые нельзя переложить ни на кого другого.

Но белокурая кудрявая головка лежала на его плече. А почти неслышное мягкое дыхание прижавшейся к нему супруги, мурашками бежало по телу. И он, задвинув внутрь накатившее вдруг отчаяние, заставлял себя, очень медленно, расслабить каждую напрягшуюся мышцу. Чтобы не спугнуть её, не потревожить сладкий сон. А расслабляясь, вновь раскрывал, распечатывал своё закаменевшее в секунду сердце, выпуская всепоглощающую благодарность. И щемящую нежность. И безграничную любовь…

Дикий грохот сотряс дворец от верхних куполов до основания.

Едва устояв на ногах, Ромуальдилинн машинально выставил защиту, и это спасло его от верной гибели, когда потолок рухнул, едва не погребя его под грудой камней и балок. Несколько секунд, пока всё здание сотрясалось в диких судорогах, он потратил на то, чтобы мысленно наметить виновника произошедшего, просчитать его дальнейшие ходы и выработать план по его устранению.

Наследник. Больше некому. Никто, кроме тупых виххров, не решится на прямой удар без поддержки правящей силы. Потому как шансы на победу против него без многотысячной армии минимальны. А тут явно не многочисленное нападение - о подступах чужих войск к своим границам он бы знал. Это хорошо организованный саботаж. Наглый, сырой, но эффективный. Голый расчёт на внезапность, чтобы выкрасть княгиню, и последующая грубая сила, чтобы сдержать его. И ведь вполне может сработать…

Глухая неостановимая ярость поднялась изнутри, и собственная защита, не выдержав давления, лопнула. Белёсая седая пыль клубилась и оседала повсюду, застилая обзор. Мгновенно обозрев царящие вокруг разруху и до боли знакомый хаос, Ромуальдилинн рванул прочь, наружу, снося на своём пути груды камней и пробивая устоявшие стены.

Первую волну возникших словно из ниоткуда артайцев он смёл за пару минут, разметав их по разрушенным коридорам сломанными игрушками. Едва сдерживаемая сила визжала и бесновалась внутри, требуя выпустить её на волю. Ничего… Ещё не время… Прибережём пока свои козыри. До встречи с наследником. Хитрый оказался, падла. Сколько дней всех за нос водил, нюни распуская.  Ну да ладно, мы хоть в интригах и не сильны, а дубиной по башке не промахнёмся.

Усиливающаяся тревога заставила его ускориться, отложив поиски наследника на потом. Сначала княгиня, а после и повеселимся.

Выскочив в сад, первое, что он увидел – Янека. Опять безмозглый детина его задерживает! Но парень корчился в траве, держась за распоротый живот и пуская кровавые слюни. Рядом валялся незнакомый мертвец.

Увидев князя, Янек захрипел и протянул ему дрожащую руку с горящим артефактом подчинения. Ещё один?! Почти пустой. И активирован неправильно. Так вот почему столь велики разрушения…

- Откуда? – коротко бросил князь, принимая подношение.

Всхлипывая, Янек указал на мертвеца.

- Держись, парень, - Ромуальдилинн быстро сорвал с шеи ритуальный плат и, скатав его, прижал к распоротому животу, заставив Янека крепко прижать его окровавленными руками. – Найду княгиню и тобой займёмся.

- Хр… Хран… - на выдохе.

- Она побежала туда? – он чувствовал то же самое. В ответ бессильный кивок.

- Я быстро.

 Первый шок прошёл, и, судя по приближающемуся гулу, сад скоро наполнят его люди. Караульные за дворцовой стеной были целы, и их острые шпили вселяли уверенность, что шансы ещё есть.  

Сад он пересёк за секунды. Хранилище было уже в двух шагах, но крики и лязг металла слышались чуть правее. Повинуясь инстинкту, который всегда позволял ему безошибочно найти любимую, он сменил направление и выскочил в самую гущу драки. Златоликие наступали на первый взгляд хаотичным, а на деле единственно правильным и эффективным строем. Только откуда им было знать, что противостоящий им Ильмис в своё время был лучшим из них? Вот они, издержки секретности - когда даже обучающиеся мерзкому и богопротивному делу убийства не должны видеть лиц друг друга.

Брат, потерявший где-то свой меч, сражался одними кинжалами. Оружие пело и искрилось в его руках, рассекая податливую плоть противника и отражая направленные на него удары. Он лихо исполнял свой дикий смертоносный танец, крутясь и подпрыгивая в почти замкнувшемся кругу золотых масок. А кинжалы, как продолжение его рук, сверкали в сумерках, нанося смертельные уколы, отрубая пальцы и расцвечивая сверкающие плащи противников кровавой росписью.

Позади Ильмиса к стене купальни жалась Тамара. Руки её были прижаты к груди, плечи окровавлены, а некогда эффектный наряд изорван и покрыт бурыми пятнами. Она не отрывала напряжённого взгляда от защищающего её мужчины, а губы её беззвучно что-то шептали.

Церемониться Ромуальдилинн не стал. Быстро размозжил череп одному, опустив на его голову свой тяжёлый кулак, свернул шею другому, рванул на себя третьего, вырывая у него оружие и закалывая им же. Несколько быстрых ударов, глухих стонов, сдавленных криков - и через минуту они с Ильмисом прикончили всех до единого.