Одиссея капитана-льва

Жертвы неспроста

Павел смотрел в подзорную трубу. Нового боя ему не хотелось. В самом деле, уже нахапали. Нужно продать добычу, и набрать на берегу новых пиратов. А там браться за более крупные дела.

Вот, например, какой-нибудь город грабануть. Тоже неплохая идея. Особенно если вспомнить капитана Блада.

Да читал эту книгу пусть и не всю тетралогию про известного Блада. Хотя в истории не было такого пирата – это было выдумано. Вот Морган был и ему многое тоже приписывается. Вот такие тут дела…

Павел взял и с печалью запел:

Я был простым ребенком в стране царской,

Отец мой землю барину пахал…

Но жил в мечтах о рыцарстве гусарском,

И палкой смело в драке сын махал!

Потом на флот сбежал я малолеткой,

Мне на корабль пропуск выдал князь…

Не сахар служба, вы поверьте детки,

Там нужно крепко взяться не упасть!

Кормили скудно, но зато пороли,

По пяткам палка - мальчик для битья!

Нет, не желал такой ребенок доли,

Хотел свободы, юноша Илья!

Мечтал, я также верьте о богатства,

Хотел оголец босый сапоги…

Но нет на море, вы поверьте братва,

Все что имею - спустят за долги!

Но вот случилась, нам попался капер,

Был бой неравный, потерпели мы…

И оказался я в пиратской лапе,

А это словно в пекле Сатаны!

Пороли долго, кошкой-змеехвосткой,

Потом босым ногам пришел огонь…

Пираты били юнгу очень жестко,

Хотелось им сильнее сделать боль!

Мальчик крепко в пытке сей держался,

Ни стона, плача, даже не вздохнул…

Он настоящий витязь оказался,

Тянул, знай лямку как упрямый мул!

И капитан пиратов удивился,

Ты человек, похоже, вижу наш…

И посветили флибустьеров лица,

Такой у юнги появился шанс!

Он стал пиратом по морям суровым,

И тоже в битвах топит корабли…

Теперь почин есть у мальчишки новый,

Учись, старайся – чтоб не замели!

Пират конечно парень вороватый,

Но чтит законы братства как канон…

Для пустословья даже суховатый,

Зато устроит с криками разгон!

Мальчишка вырос, и оброс богатством,

Сумел найти себе невесту враз…

Авторитетом пользует у братства,

В какой-то мере он и Бог и князь!

Но вот удача отвернулась дико,

Попал пират матерый в жуткий плен…

Познал на шкуре, что такое лихо,

Он понял, что такое беспредел!

На дыбе твердо богатырь держался,

И никого не выдал, не сказал…

Хотя ему сулили даже царство,

И обещаний бесконечный вал!

Вели потом в цепях до эшафота,

Там приготовил меч большой палач…

Такая видно у него работа,

Одним ударом головы срубать!

Всем на прощанье витязь поклонился,

Сказал: прости, если виноват…

Взмах топора – обрубок покатился,

Душа пирата полетела в ад!

Сам Павел усмехнулся… Время идет и вот стемнело. Наконец-то Маргарита поставила Бобу мат и забрала два золотых пистоля. После чего опять пираты улеглись спасть.

И сны обещали быть сладкие…

Павел Иванович тоже ловил в грезах Морфея что-то такое дерзкое и великое одновременно;

Рассекая пространство, самолет скользил по небесным

просторам. За иллюминатором простиралось сине-зеленое бархатистое море. По просьбе Маргариты. Де Лавальер стальной крылатый

конь сбавил скорость и полетел низко над океаном, чтобы она

смогла сверху осмотреть сушу.

– Твой остров большой, – полнозвучным грудным голосом

произнесла Маргарита.

– Да, он велик и красив, но самое главное, он служит делу,

которое может перевернуть судьбу цивилизации, – серьезно и

честно произнес Павел Иванович Рыбаченко.

Небо голубой краской растекалось над влюбленными. Лу-

чистые солнечные электромагнитные волны заряжали пространство. В воздухе искрились покой и счастье...

Вдруг над поверхностью моря, чуть выше их самолета, по-

явились серебряные фюзеляжи арметиканских истребителей.

Стая металлических жестянок летела за стальным лебедем,

пассажирским самолетом, красивым по форме, но абсолютно

лишенным оружия, беззащитным перед сатовскими хищника-

ми. Истребители приближались. Павел-Лев уловил агрессивный телепатический импульс: команда была стрелять на поражение,

уничтожить без предупреждения. Огонь! Несколько ракет класса «воздух-воздух» отделились от корпусов стальных ворон и

устремились к самолету. Усилием воли, применив ударный телекинез, Рыбаченко-Лев сбил их с курса. Затем приказал, увеличить скорость. За секунды отрыв вырос, однако затем стал сокращаться. Истребители были быстрее роскошного и тяжелого авиалайнера. Современные реактивные перехватчики должны были догнать ускользающую добычу. Рыбаченко-Лев вдруг почувствовал сильную ярость. На одном из истребителей был тот

самый генерал, который первым услышал о Павле-Льве, тот самый,

который был смертельно напуган ГКБ, кодом и страхом перед

пришельцами. Генерал хотел одного – уничтожить космического и пиратского монстра. Миссия по спасению своей расы оказалась под

угрозой. Не сдерживая ярости, Павел Рыбаченко усилием воли смял баки с горючим в крыльях и детонировал боевые ракеты – прогремел

мощный взрыв. Стая стальных ворон рассыпалась. Огонь был

силен, залпы ракет смешались со взрывами. Собрав волю в ку-

лак, он сам взял в руки штурвал самолета. Павел Рыбаченко ловко

уклонялся от ракет. Два истребителя с грохотом столкнулись

– в этом им надо было помочь лишь чуть-чуть. Некоторые авто-

пилоты, искусно направленные Павлом, сами обрушили самолеты в пенистую зеленоватую воду. Подняв фонтаны хрустальных брызг, стальные конструкции врезались в водную гладь.

Несколько машин задымилось, на месте самолетов вспыхнули