Одна ёлка, два сердца

Часть 5

Дверь квартиры хлопнула, отрезая их от уличного шума. Грейс включила свет — мягкий, тёплый, без намёка на мигание. Девочка замерла на пороге, оглядываясь с таким удивлением, будто попала в другой мир.

— Это ваш дом? — тихо спросила девочка, снимая шапку.
— Да, — отрезала Грейс. — Пожалуйста, сними вещи у порога. Не люблю грязь в доме.
Малышка без нареканий послушалась.
— Очень тихо, — произнесла она, пройдя в гостиную.
— Да, — ответила Грейс. — Тишина — мой лучший друг!

Хозяйка провела гостью на кухню, включила чайник, достала две кружки из верхнего шкафчика и села напротив девочки. Зашумел чайник.
— Как тебя зовут? — спросила Грейс требовательно. Она не знала, как нужно говорить и вести себя с детьми. Это было сложно.
— Лили Браун, — уже более уверенно ответила девочка.
— Хорошо. Лили, сейчас ты выпьешь чай, согреешься, и мы решим, что делать дальше. Но сначала — никаких слёз. Договорились?

Лили кивнула, всё ещё дрожа, но уже не так отчаянно. Щёлкнул выключатель чайника, сигнализируя, что вода вскипела. Грейс поставила перед ней чашку с горячим чаем, добавила ложку мёда — единственное, что из сладкого было в её доме, — и села напротив.

— Теперь рассказывай. Почему ты убежала? И не смей мне врать! — это было грубо, но, как ей было известно, только так можно из ребёнка вытянуть правду.

Лили опустила глаза:
— Я понравилась одной семье. Сначала они ездили ко мне, задабривали подарками и одеждой. Через неделю решили взить меня на рождественские выходные. Первый день всё было замечательно. Мне нравилось у них. Но потом стало ужасно. Родные дети мистера и миссис Уильямс — Макс и Мишель — стали вести себя ужасно. Они начали прятать мои вещи или же выбрасывать их в окно. Они порвали лапу у моей любимой игрушки. А ещё дразнили меня «глупой», «детдомовкой». А сегодня и вовсе столкнули меня с лестницы. Мне было больно, а они стояли и смеялись. И я убежала.

Грейс сжала кружку.
— Значит, ты решила, что лучше замерзнуть на улице, чем остаться там? — её голос звучал резче, чем хотелось.
— Я не хотела... просто... — Лили всхлипнула. — Я подумала, что немного погуляю и вернусь.
— Это глупо! И запомни: если кто-то смеётся над тобой, унижает — это их проблема, а не твоя. Дело в них, не в тебе. — Малышка кивнула. — Останешься у меня. Я свяжусь с директором детского дома. Ты не должна была сбегать! — строго произнесла Грейс.

Лили снова кивнула. Повисло молчание.
— А почему вы живёте одна? У вас нет мужа и детей? — спросила Лили.
— Это всё мне не нужно, — ответила Грейс кратко и встала из-за стола, чтобы убрать свою кружку в раковину. Но в душе она понимала, что семья ей нужна. Иначе в старости ей некому будет принести стакан воды. Да и хотелось понять, каково это — быть замужем и быть кому-то мамой. Но Грейс встряхнула головой, отбрасывая эти мысли.

— Но почему? — тихо спросила малышка. Грейс знала почему, но не была готова делиться этим. — Не нужно спрашивать такое у незнакомых людей. Поняла? — Грейс это начало злить.
— У вас есть книги? Я очень люблю читать! — неожиданно сменила тему девочка.

Грейс заглянула в её большие глазки, в которых читалась надежда. И она кивнула. Да, у неё было книг чуть ли не за сотню.
— Да, — кратко бросила она и вышла из кухни. Лили поняла её и пошла следом. Они снова оказались в гостиной и подошли к большому стеллажу.
— Те, что выше первых двух полок, тебе читать нельзя, — сказала хозяйка дома. — И будь аккуратна. Книги — самое ценное, что у меня есть.

Она вышла, оставив Лили одну. Почему-то она чувствовала, что ей нечего бояться. Грейс задержалась в проёме между гостиной и холлом. Лили взяла со второй полки тоненькую книгу в тёмно-синем переплёте. «Таинственный сад». Её любимая книга. Над этой книгой она впервые проявила чувства и даже расплакалась.

Грейс удалилась на кухню.