Одна ложь на двоих

Глава 9

Весь вечер в офисе звенела тишина, нарушаемая только стрекотом клавиш. Макс работал в своем кабинете с открытой дверью, и я кожей чувствовала его взгляд каждый раз, когда проходила мимо с документами. Часть меня рвалась к нему. Требовала "продолжения банкета", другая просила сохранить остатки благоразумия. Три года я жила в режиме «мама-робот», вычеркнув из жизни даже намек на влечение. А вот тут хватало одного звука его голоса, чтобы внутри всё начинало дрожать.

​Около восьми вечера завибрировал телефон. Дениска. Точнее, Света, которая зашла отпустить няню. С такой погодой всем хочется попасть домой пораньше.

​— Да, мой хороший, — я непроизвольно улыбнулась, и мой голос тут же стал мягче. — Ты уже поужинал? Молодец. Ты у меня самый лучший. Я горжусь тобой.

​Я краем глаза заметила, как Максим в кабинете перестал печатать. Он замер, вслушиваясь.

​— Нет, зайчик, я еще немножко поработаю и приеду. Спать я тебя обязательно уложу. Я тоже тебя очень люблю, — я тихо засмеялась, слушая, как сын на том конце провода пытается пересказать мне события дня своим забавным двухлетним языком. — Да, конечно, соберём конструктор, как только вернусь. Целую в носик.

​Я положила трубку и наткнулась на взгляд Макса. Он стоял в дверном проеме, скрестив руки на груди. Лицо — каменная маска.

​— Соберём конструктор, значит? — в его голосе прозвучала плохо скрытая ирония, смешанная с чем-то похожим на досаду. — Мои родители любили собирать пазлы... Судя по всему, у вас идеальные отношения.

​— Самые лучшие, — ответила я абсолютно искренне, имея в виду сына. Но Макс, конечно, считал этот код по-своему.

​— Доделывайте таблицу и собирайтесь. Я не изверг, чтобы держать вас здесь до полуночи, пока ваш... «заяц» ждет конструктор. Я подвезу.

​— Не стоит, Максим Андреевич, я вызову такси.

​— Анжелика, на улице гололед и минус пятнадцать. Это не предложение, это распоряжение директора. Жду через пять минут на парковке.

​Дорога прошла в странном, напряженном молчании. В салоне его внедорожника пахло кожей и дорогим парфюмом — тем самым, который вчера дурманил мне голову. После вчерашнего поцелуя между нами словно пролегла невидимая черта. Он держал руки на руле в положении «десять и два», и я видела, как побелели его костяшки.

​— Давно вы вместе? — вдруг спросил он, не отрывая взгляда от дороги.

​— Почти три года, — ответила я, глядя в окно на мелькающие огни города. Ровно столько прошло с тех пор, как биологический отец Дениса исчез из моей жизни, едва узнав о полосках на тесте.

​— Долго, — коротко бросил Макс. — В Берлине всё проще. Люди не цепляются за обязательства, если огонь гаснет.

Интересно что и кого он имел ввиду. У него кто-то был до Каролины. Что значит это "не цепляются за обязательства".

​— Я знаю цену верности. А огонь..., — нарушила я молчание, — он не всегда самое важное. Есть вещи поважнее страсти.

​Макс резко притормозил на светофоре и наконец посмотрел на меня. Его серые глаза потемнели, в них отражались огни ночного города.

​— Вы правда так думаете? Или просто пытаетесь убедить в этом себя?

​Я промолчала. Внутри всё кричало о том, что этот мужчина — первый за три года, кто заставил меня снова почувствовать себя женщиной, а не просто функцией по доставке грузов и воспитанию ребенка. Но я лишь сильнее вжалась в сиденье.

​Когда мы подъехали к моему дому, он не заглушил двигатель.

​— Приехали. Спасибо, — тихо сказала я.

​— Спокойной ночи, Анжелика, — он даже не шелохнулся в мою сторону. — И передайте привет вашему... конструктору.

​Я вышла из машины, чувствуя, как холодный воздух обжигает лицо. Я знала, что он смотрит мне в спину, пока я не скрылась в подъезде. Зайдя в квартиру, я прислонилась к двери и закрыла глаза. В гостиной Дениска громко катал машинку по паркету.

​«Боже, Лика, во что ты влипла?» — подумала я, слушая, как во дворе взревел мотор и машина Макса сорвалась с места.

***

Обед в небольшом кафе рядом с офисом был моим единственным временем, когда я могла просто выдохнуть и не думать о графиках поставок. Но стоило мне сегодня поднести чашку к губам, как над столом возникла тень.

​— Не возражаешь? — Каролина, не дожидаясь ответа, опустилась на стул напротив.

​Она выглядела как всегда безупречно: тонкая шелковая блузка, безукоризненная укладка. На фоне её европейского лоска я со своей наспех слепленной самодельной прической чувствовала себя «рабочей лошадкой». Я была уверена, что их с Максом связывает не только Берлин. То, как она заходила в его кабинет без стука, как по-хозяйски поправляла ему галстук — всё говорило о том, что они пара.

​— Приятного аппетита, Лика, — Каролина улыбнулась, но взгляд её оставался цепким. — Давно хочу тебя спросить. Как тебе работается с Максом? Он бывает невыносим, когда горит проектом.

​— Спасибо, всё хорошо, — я постаралась ответить максимально официально. — Максим Андреевич — профессионал. Строгий, но справедливый.

​Каролина тихо рассмеялась, помешивая свой эспрессо.

— «Максим Андреевич»... Оставь это для планерок. Расскажи мне, что ты о нем думаешь? Как о мужчине?

​Я едва не поперхнулась кофе.

— Простите? Зачем вам это знать? И с чего вы решили, что я вообще думаю о нем как о мужчине. Вам не кажется, что задавать подобные вопросы от своем... - тут я запнулась, не зная какой статус им присвоить, - В общем, о своем мужчине посторонней женщине несколько бестактно.

​Каролина замерла с ложечкой в руке, а потом в её глазах промелькнуло странное выражение — смесь удивления и скрытого веселья.

— Мы вместе работали в Берлине, Лика. Прошли через адские тендеры. А почему тебя это смущает? Мне просто интересно, что чувствует такая девушка, как ты, находясь рядом с ним. Он на тебя как-то... по-особому смотрит.

​Внутри меня всё сжалось от ревности и непонимания. Зачем она это делает? Проверяет меня? Метит территорию?