Одна на двоих

Иль ты приснился мне?..

Едва ли не бегом мы с Оскаром спустились вниз. Сама не знаю, что на меня нашло, но я неожиданно для себя до зубовного скрежета захотела Оскара. И он тоже очень хотел меня, такие моменты сразу чувствуются. Как будто воздух даже меняется и электризуется от одних только взглядов, не говоря о большем. Мы аж дрожали от возбуждения, и не могли оторвать друг от друга глаз, как будто впервые увиделись. Это было очень сильно. Оказывается, я уже отвыкла от таких важных, нужных эмоций.

Внизу нас ждало такси. Мы сидели на заднем сиденье и целовались, как школьники. Причём оба этим приятным процессом так увлеклись, что когда такси прибыло на место, нам не захотелось выходить. И вроде как нужно выйти, а оторваться друг от друга просто невозможно! Ситуация из разряда: "И смех, и грех"! Господи, чего только о себе иногда ни узнаешь!

Признаться, я не ожидала, что Оскар Беккер - такой весь из себя правильный и педантичный, способен на подобные сумасбродные поступки. Это меня обрадовало и подкупило в нём. А ещё этим, что греха таить, Оскар напомнил мне Олега.

Впрочем, сегодня я абсолютно не хотела вспоминать Олега. Наоборот, надеялась с помощью его брата-близнеца вырвать Барского навсегда из своей памяти. Потому что предательство прощать нельзя!

И мне кажется, что у меня это стало получаться. Я прислушивалась к себе и понимала, что меня тянет к Оскару. Почему, сама не знаю. Да разве это важно?

Впечатление, будто у меня выросли крылья. И если, когда мы спускались в моём подъезде, я немножко переживала, как я буду чувствовать себя в отеле, то потом эти мысли полностью выветрились из моей головы. Всё, что я сейчас хотела, - это поскорее остаться наедине с Оскаром.

И, наконец, мы остались. Глядя на меня блестящими глазами, Оскар сбросил с себя пиджак и (?!) кинул его на стул, чем сразу вызвал у меня ещё большее к себе уважение. В тот момент я посмотрела на него другими глазами. Впечатление, будто я Оскара толком не знала.

В свою очередь, дрожащими руками я пыталась расстегнуть молнию на домашних брючках. Но руки от волнения то и дело соскальзывали.

- Я помогу тебе, беби, - нереально сексуальным голосом произнёс Оскар и подошёл ко мне.

Пока Оскар освобождал меня от одежды, я, запрокинув назад голову, целовала его в губы. Так я не вела себя даже с Олегом. Но, видимо, оголодала девочка... А, может, просто влюбилась.

Мои брюки и топик полетели на стул вслед за беккеровским пиджаком. Я осталась в чём мать родила.

- Пресвятая дева Мария, как ты прекрасна! - с восторгом выдохнул Оскар и то нежными, то страстными поцелуями покрыл мою шею и грудь.

Не представляю, как Оскар угадал, что именно шея - моя самая эрогенная зона? Я извивалась, подобно змейке, в его сильных тренированных руках и мысленно молилась богу, чтоб это никогда не кончилось.

А он, возбуждённый моей бурной реакцией, догадался слегка наклонить мою голову и впился сначала дразнящим, а потом глубоким поцелуем в мой загривок.

Не знаю, случайно или намеренно, но Оскар - аккуратный до мозга костей, сегодня не побрился. Теперь своей очень сексуальной щетиной он водил по моему загривку, а временами опускался ещё ниже.

Этой изысканной ласки я перенести уже не могла и, к своему ужасу, в буквальном смысле прорычала:

- Возьми меня скорее! Я не могу больше терпеть, слышишь?

- Хорошо, моя принцесса.

Подняв меня на руки, вместе со мной Оскар опустился на широкую низкую кровать. К тому моменту я уже затекла не хуже какой-нибудь сучки, к которой подбирается заинтересовавший её классный кобель.

- Спасибо тебе, пресвятая дева Мария, что ты послала мне Анну - самую прекрасную девушку на свете, - прошептал Оскар и, раздвинув мне ноги, начал целовать мои половые губы и клитор.

Я покраснела до мочек ушей. Ведь теперь Оскар узнает, как сильно я его хотела. Но уже скоро выкинула эти мысли из головы. Потому что я ни много ни мало отправилась прямиком на небо.

Умелый жадный язык Оскара и его горячие губы сделали меня самой счастливой женщиной в мире. Не в силах сдержать себя, я то и дело выгибалась дугой, и непрерывно стонала. Ещё никогда мне не было так хорошо. А Оскар не останавливался и проникал всё глубже в мою истомившуюся от воздержания и охреневшую от того, что она сейчас испытывала, пещерку. Наконец, я не выдержала и взмолилась:

- Войди в меня, пожалуйста! Срочно! Немедленно!

- Да, конечно, моя принцесса.

Чёрт, с нами, женщинами постсоветского пространства, так нельзя разговаривать! Я чуть в очередной раз не кончила только от одних этих слов!

Очень деликатно раздвинув мне ноги, Оскар вошёл в меня. И как вошёл! Деликатное вхождение вдруг сменил сильный глубокий удар. Мне даже показалось, что ещё немного, и его пенис если не выйдет из моей глотки наружу, то значит, застрянет где-то в том районе. Потому что член был слишком большой и слишком твёрдый. А ещё охрененно горячий. Но это тоже нереально возбуждает.

Я честно пыталась держаться. Но всё равно из моей глотки вырвался нечеловеческий рык. Никогда не думала, что хорошего может быть чересчур много.

- Тебе не больно, моя принцесса? - спросил обеспокоенно Оскар и чуть приподнялся надо мной.

- Нет, - прохрипела я сквозь спекшиеся губы. - Выдери меня, как сидорову козу, слышишь?!

И Оскар Беккер выдрал. Так выдрал, что на следующий день я едва могла ходить. Хорошо, что Инна - моя напарница, уже набралась какого-то опыта и многие вещи делала сама. А я периодически садилась в кресло и кайфовала, вспоминая прошедшую ночь.

Ещё сама не поняла, я влюбилась в Оскара по-настоящему, или всё дело в том, что у меня очень долго не было партнёра, но я впервые задумалась над тем, что женщина, любая женщина независимо от её возраста и прочих параметров, не должна быть одна. Это - противоестественно.

Человек рождён для счастья, и точка!