Одна на всю жизнь

Глава 8

Отец втащил меня в свой кабинет, отшвырнув в сторону. Я гордо поднял голову, готовясь к самому худшему, что может произойти, но по его лицу было видно – он ужасно зол на меня, точнее на то, что сделал. Он стал мерить шагами комнату, оглядывая каждый уголок, будто пытаясь что-то найти. Внезапно король остановился, смотря на меня в упор.

– Ты ничего не хочешь сказать? – Зло бросил он.

– Ты все уже услышал в саду. Мне нечего добавить, – я ответил, как он тут же бросился к своему столу, перебирая какие-то бумаги.

– Ты еще глупый парень, – заорал он и протянул мне листы. – Посмотри! Посмотри, что происходит в стране! Взгляни, до чего доводят твои «развлечения»! Люди устраивают восстания, забастовки, пытаются свергнуть нас с твоей матерью, а ты на глазах у всех, на балу, где сотни камер, танцуешь с этой Пятеркой, – последнее слово он как будто пропитал ядом и бросил мне в лицо. – Ты принц и должен отвечать за свои слова, но вместо этого идешь наперекор всем правилам! 

Я посмотрел на листы, вырванные из газеты или журнала, что еженедельно приносят нам во дворец. На страницах были просто ужасные снимки: Восьмерки, Семерки, Шестерки, а также некоторые высшие касты, устраивают на улицах массовые забастовки. На одной из фотографии отчетливо видно, что бросают камни в репортеров, гвардейцев, а на плакатах написано имя Америки. Они желают видеть ее королевой, а не Крисс. Что творится в этом мире?

– Убедился? Эта девчонка ни к чему хорошему не привела и не приведет. Надо было её давным-давно отсылать домой, тогда ты бы не успел влюбиться в Пятерку. Чем тебя не устраивает Крисс? – Я взглянул на него: неужели он и правда думает, что я буду общаться с ним о своих чувствах.

В кабинет постучались, отец приказал открыть дверь: на пороге появилась мать, смотря на нас во все глаза и не понимая, что здесь происходит. Отец мило улыбнулся ей, подошел и обнял её. Мать заметно расслабилась и выдала милую улыбку, целуя отца в щеку. При ней он вел себя всегда сдержанно, даже со мной общается нормально. Но стоит ей скрыться из его вида, как начинается... Мама прошла за отцовский стол и села на стул, смотря на меня.

– Что у вас здесь происходит? Ушли с бала, даже не предупредили. Многие гости уже ищут вас, хотят пообщаться с королем и будущим правителем. Возвращайтесь, побеседуете после торжества. – Мать посмотрела на меня, а я не знал даже, что сказать. Одно я знаю только – если бы она сейчас не пришла, то не миновать мне порки от отца. Хоть радует, что этого я не получу.

– Мы сейчас уже придем, Эмберли. Только договорим на довольно-таки важную тему, – мать лишь недовольно что-то пробормотала и поспешила удалиться из кабинета отца.

Гвардейцы закрыли за матерью дверь, а отец посмотрел на меня, зло сверкнув взглядом. Сейчас все выражало то, что он совершенно недоволен тем, что происходит в королевстве. Готов поспорить, он сейчас бы не отказался вышвырнуть меня следом за Америкой, да вот только тогда не будет наследника на трон.

– Сейчас мы возвращаемся на бал. И только попробуй выкинуть что-то в таком же духе, – сказал он, отвернувшись от меня и направившись к двери.

Я остался стоять один в кабинете, обдумывая свои дальнейшие действия. Сейчас я должен решить, что мне следует сделать: вернуться на бал и сделать вид, якобы ничего не было, но при этом я потеряю свою любимую женщину; либо пойти против отца, а это будет худшим моим решением когда-либо принятым.

В кабинет заглянул гвардеец и сообщил, что мне пора возвращаться в бальный зал. Нехотя я пошел туда, зная, что по дороге я должен принять решение, которое давалось мне с трудом.

***

На балу очень шумно, все обсуждали танец Америки и Максона. Кто-то восхищался этой парой, кто-то наоборот больше возненавидел девушку за то, что она посмела вернуться во дворец. И таких было немало. Селеста стояла вместе с Николеттой, ожидая возвращения Америки, которая так и не соизволила появиться. 

Внезапно дверь в бальный зал отворилась, и на пороге появились Америка вместе с Крисс, принцессой Иллеа. Все устремили свои взгляды на них. Селеста непонимающе смотрела на них. Глаза Амес выражали безграничную радость, счастье; а вот взгляд Крисс был полон неуверенности, будто она что-то приняла для себя, но боится, что не сможет этого сделать. 

Америка вернулась к своим подругам, как Селеста накинулась на нее с вопросами, пытаясь узнать все до мельчайших подробностей. Но девушка лишь улыбалась ей и говорила, что все хорошо, и ей не стоит волноваться. 

Крисс медленно проследовала к королевской семье. Она посмотрела на радостную Амес, когда проходила мимо нее. Девушка выглядела такой счастливой, чего нельзя было сказать о принцессе. Камеры пытались заснять её, а она лишь только закрывала лицо, быстро смахивая подступающие слезы. Это решение далось ей с трудом, ведь на кону стояла ее личная жизнь.

Принц Максон появился  в дверном проеме, как репортеры сразу устремились к нему, снимая будущего короля. Он лишь наигранно улыбался, но все время смотрел на Америку: девушка улыбнулась ему и вернулась к допросу, который ей устроила Селеста, да еще и Николетта поспешила присоединиться.

Принцесса и принц встретились уже возле его родителей. Отец принял напряженную позу, так как не знал, что еще ожидать от своего сына. Максон взял бокал шампанского и ударил несколько раз по нему чайной ложкой. Все обернулись к нему, ожидая следующих слов. Король подскочил со своего места и подошел к принцу.

– Что ты делаешь? – зло прошипел он.

– То, что считаю нужным, – таким же тоном ответил принц. – Жители Иллеа, спасибо Вам, что посетили наше скромное пиршество, – (все огляделись вокруг: да уж, скромным это никак нельзя было назвать.) – Но я бы хотел Вам объявить одну очень важную вещь. – (За руку его схватила Крисс, дергая за рукав и привлекая внимание принца.) – Что такое? – шепотом спросил он у своей жены.