Одна причина остаться

Глава 23.

Солнце медленно скатывалось над морем к линии горизонта, не в силах больше плавить все вокруг. Оранжево-красное марево тихо превращалось в сумерки и окутывало береговую линию, все еще освещая вокруг себя кусок неба и воды со стоящими на якоре яхтами. Ветра почти не было, и потому тяжелое дыхание жары ощущалось еще очень сильно, обещая, однако, небольшую передышку ближе к утру, перед тем как снова сицилийское пекло начнет изводить туристов и местных жителей.

В саду под переплетенными ветвями фисташковых и инжировых деревьев было заметно прохладнее, чем на выложенной терракотовой плиткой веранде. Здесь все дышало и за день не накалялось так сильно как камни. Именно поэтому массивный деревянный стол и лавки были перенесены сюда. А на извилистых узловатых ветвях инжира повесили гамак. Оттуда высунулась голова Марисы.

- Когда они приедут? – уже в который раз спросила она.

- Должны с минуту на минуту, - терпеливо ответила Мия, не подавая виду, что знает причину нетерпения сестры.

- Ты это уже третий раз говоришь, - недовольно отозвалась она, наблюдая, как Мия расставляет тарелки и приборы.

- Потому что ты третий раз спрашиваешь...

Было ясно, что Мариса нервничала из-за приезда Луки. Но было не совсем ясно, почему. То, что они нравились друг другу, стало очевидно еще на дне рождения Мии, когда они вчетвером поехали в караоке-бар. Мариса тогда видела Луку всего во второй раз (в первый он изрядно набрался вместе с Мией), и он произвел на нее лучшее впечатление. К тому моменту он уже успел оклематься после окончательного разрыва с Мариленой, вычеркнув ее полностью из своей жизни, и выяснить все с Джордано. Он также извинился перед Мией за то, что подкатывал к ней без особых на то серьезных намерений. После этого он обратил свое внимание на Марису. Та не возражала.

Со стороны веранды послышались мужские голоса. Мия сразу узнала их и украдкой взглянула на сестру. Та резко села в гамаке и, потеряв равновесие, качнулась в сторону. Риск перевернуться был высок, но Мариса приглушенно вскрикнула и вцепилась пальцами в края грубой полосатой ткани. И едва она свесила ноги вниз, чтобы встать, как перед ними появились двое мужчин. Они жержали в руках по букету ярких совершенно не сочетающихся между собой цветов. Если бы сестры не знали, что в округе растут лишь оливковые и цитрусовые рощи, то могли бы предположить, что мужчины остановили машину где-то в полях, чтобы лично нарвать этой пестроты.

- Девчонки, привет! - прогремел Лука и пошел первым здороваться к Марисе.

Мия, к сожалению, пропустила этот момент, потому что ее отвлек поцелуй Джордано.

- Вы ободрали клумбу у городскооо муниципалитета? – игриво прошептала Мия в самое ухо, не выпуская Джордано из объятий.

- Это Арджентьери облагодетельствовал старушку за три дома отсюда... Я решил последавать его примеру.

Мия посмотрела на сестру – та довольно крутила букет руках и, объявив, что надо идти искать вазу, пошла к дому. Лука последовал за ней.

- Ты считаешь, у них что-то получится? – спросила Мия  когда они остались одни.

- Может быть. Луке нужны здоровые отношения, а вы с сестрой кажетесь нормальными, - хохотнул Джордано, снова притягивая Мию к себе.

- Надо, чтобы и он был готов к нормальным отношениям...

- Пусть сами решают... Разберутся и без нас.

За ужином много говорили и много смеялись. Лука рассказывал забавные случаи, когда они с Джордано ходили в лицей.

- Не могу поверить, что ты участвовал в студенческой забастовке! – воскликнула Мия, поворачиваясь к Джордано.

- Он был одним из главных активистов! – подчеркнул Лука.

- Я никогда не понимала смысл этих забастовок. Зачем ученики старшей школы закрываются в школе и никого не пускают в течение нескольких дней. Какая выгода? – Мариса крутила высокий бокал с вином за тонкую ножку.

- Эта такая романтика! – улыбнулся Джордано. – Одни в целой школе, без правил и обязанностей! Твои товарищи приносят тебе поесть под покровом ночи и бросают это в окно.

Лука  и Джордано неожиданно громко засмеялись, смотря друг на друга.

- Что?! – хором спросили сестры, желая узнать, что же их так рассмешило.

- Ты помнишь Луиджи, принес пластмассовый контейнер с домашними равиолями своей мамочки с мясным рагу, - давясь от смеха выдавил Лука. – Как мы старались поднять его на второй этаж! Ужасно хотели есть!

- Удалось? – спросила Мариса, даже не замечая, как и сама начинает улыбаться.

Мужчины прыснули со смеху в очередной раз, не в силах выдавить ни слова. Пришлось сидети и ждать, когда они утихнут и смогут все объяснить.

- Нет, не удалось, - первым начал Джордано. – Мы кое-как связывали лямки у рюкзаков, чтобы спустить со второго этажа, но все рухнуло и контейнер открылся прямо в рюкзаке Арджентьери.

- Я и сейчас вижу это месиво с изумительным запахом… - Лука держался за живот и старался успокоиться.

- И? – нетерпеливо спросила Мариса.

- И… мы не поели в тот вечер, а Луиджи чертыхался и кудахтал над своими равиолями. Он их вытаскивал из рюкзака и ел, сидя на крыльце школы.

Мия чувствовала внутренний трепет от происходящего. Она вдруг поняла, что только сегодня, несмотря на то, что с момента аварии прошло почти два месяца, она больше не ощущает себя зашедшей на чужую вечеринку. В их посиделках за столом в этом влажном и темном саду было столько интимности, сколько бывает только между хорошими старыми друзьями или в кругу семьи. И она просто радовалась за себя, радовалась за сестру и с интересом наблюдала, как взгляд Луки задерживается на Марисе все чаще и становится все нежнее. Мия могла поспорить, что уже сегодня до того, как они разойдутся по комнатам, случится их первый поцелуй. И от этих мыслей трепет в сердце поднимался еще сильнее.

Она взяла Джордано за руку и, заглянув ему в глаза, слегка потянула его за пальцы. Он тут же понял ее и встал из-за стола,  предлагая ей в ответ свою руку, как будто идея уйти сейчас полностью принадлежала ему.