Одна счастливая женщина

Одна счастливая женщина

***

Сначала из темноты навстречу вышла кошка. Наташа вздрогнула от тяжелого взгляда, но одернула себя: «Терехова, ты рехнулась совсем! Кошки испугалась!» Потом повеяло сыростью и стойким запахом залежавшегося мусора. Запах привычный и совсем не страшный. Нужно было решиться и шагнуть во мрак.

Темный переулок, освещаемый лишь нервно подмигивающим тусклым фонарём, был нелюбим всеми местными жителями за исключением, пожалуй, мелкой гопоты, пугающей вечерами припозднившихся граждан.

Возвращающаяся домой после долгого трудового дня Наталья категорически отказалась вместе с коллегами праздновать дурацкий заграничный праздник, который она не понимала и не принимала. Хэллоуин! Не выговоришь и с первого раза правильно не напишешь. Понавешали на себя страшных масок, тыкву приволокли, в туалете на зеркале красной помадой написали: «Смерть, мрак и преисподняя!», хохочут и пьют шампанское, заедая роллами из ближайшего паназиатского кафе. Детский сад какой-то, ей богу! Вот уж завтра, в среду, она всласть проедется по ним, страдающим от недосыпа и похмелья!

Порывшись в сумочке и достав последнюю сигарету из пачки, женщина поискала в кармане зажигалку и снова вслух отругала себя: курить начальник отдела маркетинга в крупном холдинге бросила уже два месяца назад, но противная привычка не спешила исчезать, напоминая о себе в стрессовых ситуациях.

— Огоньку?

Ну вот, она и встретила своего маньяка. Дожила! Напрягшись и сжав в кулаке связку ключей так, чтобы металлические кончики торчали наружу, Наталья обернулась, дабы оценить степень опасности и, не дожидаясь ответа от анализирующего увиденное мозга, сорвалась с места. Бежать на каблуках тяжело, но выбора не было – преследователь не отставал. В голове крутились мысли о невыплаченном кредите, сдаче итоговой документации по планируемой рекламной кампании и о том, что с понедельника нужно начать бегать. Однако догоняющий ухватил за ремешок сумки и с силой дернул, припечатывая беглянку спиной к своему жесткому телу:

— Подождите, пожалуйста!

— Меня муж вышел встречать! – во рту становилось всё суше, и язык с трудом подчинялся воле хозяйки. – Он кэмээс по… боксу.

— Очень рад! – спокойный приятный голос отнюдь не возбужденного мужчины сбивал с толку.

Не боится, гад. И кричать нет смысла, всё равно никто не услышит! Наташа предприняла еще одну попытку устрашения:

— У нас тут, знаете, камеры везде. Хорошие. Ночью снимают и на смартфоны передают.

— Отлично.

Градус напряжения уже подбирался к запредельным значениям Цельсия.

— Послушайте, – она чувствовала, как крепкие ладони прожигали пальто, пиджак и тонкую шелковую блузку, лишая самообладания. – Денег всё равно нет, а от секса со мной никакого удовольствия вы не получите, честно!

— Неправда, – мягко парировал предполагаемый маньяк.

— Что?

— Всё. Вы успокойтесь. Я не собираюсь делать ничего плохого, просто мне срочно нужен приют.

— Приют?

— Убежище, дом, бункер, гараж, погреб с соленьями – всё равно. Лючия! – позвал незнакомец кого-то в темноте. – Покажись даме!

Светящиеся глаза с черными щелками зрачков вынырнули из сумрака. Снова эта кошка!

— Лючия, дама согласна. Почти.

Кошка подошла и потерлась о фирменные кашемировые брюки сложного баклажанового цвета. Наталья вздохнула: теперь придётся чистить дорогую вещь от кошачьей шерсти.

— У меня нет погреба, – и дальше произнесла немыслимое для латентного интроверта. – Есть только квартира. Трехкомнатная. – зачем-то уточнила Наталья. – Подойдет?

— Вполне!

— От полиции прячетесь?

— Вроде того.

— Убили, ограбили?

— С какой стороны посмотреть. Нам с кошкой нужна только именно эта одна ночь. Мы переждём Хэллоуин, а потом исчезнем из вашей жизни навсегда.

Объятия разомкнулись, и Наташа попыталась рассмотреть вышедшего вперёд мужчину. Высокий. Не худой и, судя по всему, не слабый.

— Идёмте! Если будете меня убивать, то лучше одним ударом. Я, знаете ли, пыток разного рода не люблю.

— Я запомнил, – голос выдавал невидимую в темноте улыбку. – Лючия, не отставай!

— Боже, что я сейчас делаю? – ни к кому особенно не обращаясь, промолвила Наталья. — Сюр какой-то!

Ответа не последовало. Они в молчании дошли до подъезда. Домофон не работал. «Пятачок» без всякого звука касался гнезда, но нигде не пикало и не светилось. Незнакомец, стоящий сзади, вытянул руку и открыл дверь без всякого усилия.

— Ну да, – кивнула озадаченная собственной недогадливостью женщина. – Сломался.

Свет не горел и в подъезде, погружённом в какую-то мистическую непроницаемую темноту, в которой что-то шелестело, шептало и, кажется, даже двигалось.

Наташа хорошо помнила, что в первой лестнице – от двери подъезда к первому этажу – шесть ступенек, в следующем пролете девять. Отдавшись на волю мышечной памяти, она смело пошла вперёд, запнувшись лишь на последнем шаге. Однако неминуемое падение было предотвращено незнакомцем, подхватившим Наталью под живот.