Одна удача на двоих.

2 Глава. Енот.

Вели нас хорошо. Красиво вели. Не торопясь, обстоятельно так, но особо нигде не задерживаясь. Точнее шли мы сами. Причём не за страх. За совесть. По крайней мере, я. Я впереди, и проводник и «отмычка». Два в одном флаконе. Остальные за мной. Два америкосовских спецназера пасли меня. За ними профессор Знаменски и Резкий. Двое вояк пасли их. Ещё двое, несли оборудование, а двое смотрели за флангами. Замыкающим – Полковник. Грамотно, ни чего не скажешь. Если бы всё это происходило не в зоне, я бы первым поаплодировал Полковнику. Возможно на полигоне, в штате Невада, мы бы так и прошли, до канадской границы, но только не в Зоне. Здесь всё непредсказуемо. Я мог бы уже десять раз завести Полковника и его псов, в такие места, откуда выбраться, шансов нет. Было у меня на примете несколько таких ловушек. Мы, с Бармалейчиком, в своё время, всё тут излазили. Немало хабара отсюда вынесли. Да, только было тут одно «НО». Точнее два «НО». И эти «НО», шагали позади меня, в виде профессора и Резкого.

А начиналось всё неплохо. Ночной визит к Питону и сообщение, что утром я поведу группу, вселил в меня оптимизм. Честно говоря, я уже засиделся без дела. За время отсутствия Бармалея, я пару раз сходил на Свалку, разок провёл туристов, по краю зоны. В общем, по мелочёвке работал. Скукотища, одним словом. А тут заказ солидный. Экспедиция, да ещё в Рыжий лес. Деньги платят хорошие. Да, и хабара под шумок, набрать можно.

Утром, едва я зашёл на КПП научного городка, меня в штаб вызвал начальник гарнизона Ковальский. На инструктаж, как сказал посыльный. Виду я не подал, хотя был изрядно удивлён. Начальник гарнизона, мог пристрелить любого, при попытке пересечь периметр ограждения. А тут, вдруг, решил лично инструктировать сталкера, как ему себя вести в Зоне, как обходить аномалии, как валить кровососов. Чудны дела твои, Зона.

-Проходи. Садись. – Ковальский глянул на меня из под лобъя. – Вот пропуск в Зону. Всё официально. На время ходки, ты младший научный сотрудник, прикомандирован к исследовательской группе Мичиганского университета.

-Это всё? – Я был немного озадачен. Пропуск мог бы принести и посыльный. Что-то мне стало неуютно.

-Нет. Ты видел эту группу учёных?

-Нет. Я сразу с КПП, сюда, в штаб.

-Так вот, там один учёный. Профессор Знаменски. Остальные вояки. От нашей охраны отказались. Зачем идут, неясно. Профессор при них, тоже молчит. Похоже он у них как прикрытие. Своего человека, я в группу сунуть не могу. Пойдёт ещё Быстров, но он гражданский. Остаешься, ты, Енот.

-Остаюсь. Я. Енот. Где? – Я нежно, невинным взглядом посмотрел на Ковальского. «Включить дурака», самое милое дело, когда нужно подумать. И пока Ковальский скрипел зубами и пытался привести в норму внутричерепное давление, путём громкого пыхтения, я усиленно прокачивал ситуёвину.

Значит так. Группа иностранных вояк рвётся в зону. Причём срочно. Иначе мой пропуск, мурыжили бы сутки. Зачем идут – никто не знает. Возможно, и Знаменски не знает. Есть у вояк, такая привычка, всё секретить и шифровать. Штирлицы, мать их ети. Ковальскому нужны свои «уши» в группе. Приказать он не может, ни мне, не Быстрову. Только попросить. Но, Быстров учёный и подставлять его Ковальскому не с руки. В случае чего, спросят с Ковальского. А вот сталкера Енота, пожалуйста. Его, как бы и нет в природе. А значит, и спроса нет. А если дело выгорит, то и звание Ковальскому и почёт и уважение.

-Так, Енот, слушай сюда! – Ковальский говорил шёпотом, стиснув зубы. – Не прикидывайся дурнее, чем ты есть. Мне нужен свой человек в этой группе.

-Спокойно, начальник. Я понял. Но только, объясни мне одну вещь. С каких пор, сталкер стал своим у военных?

На этот раз пыхтение и зубовный скрежет продолжались намного дольше. И я его прекрасно понимал. Начальник гарнизона идёт на сделку со сталкером. Причем, условия сделки, диктует сталкер.

Ковальского я знал шапочно. В основном, по разговорам. Он был честным служакой. Взяток не брал ни деньгами, ни артефактами. Перед начальством не прогибался. Поэтому, как говорили злые языки, выше майора ему не прыгнуть и при штабе штаны не протирать. Вот и сидел он начальником гарнизона, не первый год. Но в гарнизоне он был царь и бог. А ещё он был человек слова. Сразу, после назначения в гарнизон, он пообещал «извести всю бандитскую нечисть» под корень. И действительно, после двух операций «Невод», почти все мародеры и бандиты, которые промышляли на участке Ковальского, оказались в Зоне, правда, в чуть-чуть мёртвом состоянии. Остальные, не захотели испытывать крутой нрав нового начальника гарнизона и откочевали на участок, охраняемый гарнизоном «самостийной и нэзалэжной». Был ещё один барыга, который занимался поставками наркоты. Весь героин в округе, шел через него. Ковальский, пообещал порвать ему задницу, на знак немецко-фашистских оккупантов. И действительно. Через два дня нашли этого барыгу, посаженным на кол. Так что, если Ковальский кому то, что-то пообещал, то выполнял это неукоснительно.

-Ладно, сталкер. Чего ты хочешь?

-Пропуск в зону.

-Хорошо.

-Пожизненный.

-Что?

-Мне и напарнику.

-Ну, ты борзый. – С ноткой уважения протянул майор. – А морды у вас с напарником не треснут?

-Наши заботы майор. Ну, так как? – Я понял, что этот раунд за мной.

-Лады. Будут вам пропуска. По крайней мере, на моём участке. А теперь слушай внимательно…

-Да, начальник и ещё. Нужна снаряга. – Я не стал мудрствовать лукаво. – Желательно «Абакан» с оптикой, патроны, аптечки, ну и прочая мелочёвка. – Я невинно потупил глаза. Под «прочей мелочёвкой». Можно понимать всё что угодно. От сухпайка, до подствольника к автомату и ПНВ новейшей разработки. Что там у них на складе есть. Чем Зона не шутит.

Потом была погрузка в вертолёт и недолгий полёт на Янтарь. Там пришлось задержаться на пару часов. Знаменски и Быстров что-то решали и согласовывали с коллегами, Полковник, со своими людьми, расположился отдельно, причём держались настороженно, оружие из рук не выпускали, а я решил узнать новости и пошёл к охране лагеря.