Одна зима на двоих 2

Глава 9

Ким не поняла, что случилось. Она как раз отвлеклась, на происходящее в комнате с потайной дверью, когда за стеной раздался грохот, крики и возня. Все это произошло так громко, и так внезапно, что с перепугу едва удалось сдержать крик, а сердце чуть не оборвалось. Один плюс — те два нахала, которые ее искали, тоже испугались и сбежали.

Когда Ким снова приникла к глазку, в кабинете творился полный бедлам. Обломки повсюду, пыль, мерно кружащие по воздуху пожелтевшие листы книг. Мелена держала наготове свою черную злую плеть, а Вейлор, растерявший всю свою чопорность и превосходство, трусливо выглядывал из-под стола.

И все-таки сердце оборвалось. Потому что Хасс лежал на полу и не подавал признаков жизни.

Спустя мгновение дверь чуть не слетела с петель, и трое закованных в доспехи стражников ворвались в кабинет, на ходу вынимая из ножен мечи.

— Где вас носит? — прорычала Мелена, тяжело дыша и до побелевших костяшек сжимая рукоятку плети.

Набросившись на опоздавших воинов, она пыталась спрятать страх за яростью, но изумленный, испуганный взгляд то и дело возвращался к ошметкам цепи, которую разорвал кхассер. Разве это возможно? Разве может человек вот так сорвать металлические звенья, каждое из которых толщиной в два пальца?

— В темницу его! На подвесы! Не давать есть! Не давать восстанавливаться! Головой отвечаете!

Стражники послушно подхватили его под руки и выволокли из кабинета. Ким оставалось лишь смотреть, как голова кхассера безвольно болтается из стороны в сторону, и давиться собственными эмоциями.

— Я вас предупреждала, что нельзя его выпускать из камеры! — сказала Мелена, когда дверь в кабинет закрылась, — будь он чуть в лучшем состоянии — разнёс бы не только одну цепь и шкаф с книгами. И я его бы не остановила.

Когда конец плети обвил плечо кхассера темноволосая чувствовала сопротивление. Дикое, злое, способное сокрушить все на своем пути.

— Нам повезло, что он ослаблен…и один.

Вейлор вылез из-под стола и тяжело плюхнулся на кресло. Его высокий лоб блестел от пота, а глаза нервно бегали из стороны в сторону.

— Проклятый кхассер! — в сердцах ударил кулаком по столу. Из-за этого заносчивого чужака его люди видели, как их правитель прятался под столом!

— Мастер Воспоминаний должен приехать со дня на день. Как только он с ним закончит, андракийца надо казнить.

— Не-е-ет, Мелена. Казнить, это слишком просто. И быстро, — Вейлор поднялся на ноги и направился к выходу, небрежно отпихивая с дороги бесценные, изувеченные фолианты.

Его верная охранница отправилась следом, но у дверей напоследок снова обернулась на остатки цепи.

Зверь! Самый настоящий!

Ким осталась одна. В темном маленьком закутке, спрятанном между двумя комнатами. Едва живая, перепуганная, с надрывно бьющимся в груди сердцем. Надо было бежать, прятаться как можно дальше от этих людей, но она не могла даже пошевелиться. Ноги отказывались слушаться, и все тело словно налилось свинцовой тяжестью.

Перед глазами Хасс.

Зачем он это сделал? Глупый.

Ей потребовалось много времени, чтобы очнуться и заставить себя двигаться. Выбравшись из своего укрытия, она покинула комнату, и мотаясь из стороны в сторону, будто пьяная, побрела в покои к Кассандре. Все вокруг: дворец, роскошь, люди — казались нереальными. Она видела все словно через пелену, слышала — как через толстый слой ваты. И не чувствовала ничего, кроме ширящегося отчаяния.

Она обязана сделать хоть что-то пока этот проклятый мастер сновидений не вернулся в Асоллу. Что угодно! Потому что иначе, никогда больше не сможет спать спокойно.

— Где ты бродишь? — набросилась на нее Кассандра, — мне нужен свежий лимонад, а Бонита и Лили изнывают без корзиночек с паштетом.

Будто в подтверждение этих слов одна из шавок подскочила к девушке и с надрывным рычанием попыталась ухватить за подол.

— Цыц! — едва слышно прошипела Ким, взглянув на белое тявкающее недоразумение.

В тот же миг собака трусливо поджала хвост и юркнула за кресло хозяйки.

— Ты ее расстроила! — возмутилась Кассандра, не заметившая ни взгляда, ни шипения, — за это будешь весь вечер чесать ей живот!

— Как скажете, — Ким поклонилась. Не из-за раскаяния, а чтобы спрятать то, что пробивалось в глазах.

Ярость.

— Лимонад, корзиночки, что-то еще? — учтиво поинтересовалась она, отступая к дверям.

— Да. Еще хочу свежей клубники.

— Сейчас все принесу.

Ей нужен был повод снова выйти из комнаты, и она его получила. Но вместо того, чтобы отправиться на кухню и выполнить поручение Кассандры, Ким пошла совсем в другую сторону.

***

Пользуясь уже привычными путями, пролегающими подальше от мест, в которых можно было столкнуться со знатью, Ким пробралась к лестнице, ведущей вниз в подвалы для заключенных.

Там ее ждала преграда в виде двух ленивых стражников. Рыжий, сидя на ступенях, смачно кусал яблоко, второй привалился спиной к стене и подкидывал в руке изогнутый клинок.