Однажды друзья

Назад в прошлое

Когда я проснулась, мама уже разговаривала с сестрой.

-Ты проснулась? - Мама тревожно посмотрела на меня.

-Да, все в порядке.

-Расскажи, что случилось и мы с твоей мамой горы свернём, лишь бы у тебя было всё хорошо. - Вмешалась Ася.

Ася – моя тётя. Она такая чудесная, и была мне как мама, и любила я её так же сильно как маму.

-Спасибо, Ася, но мои дела действительно в порядке. – Тетя Ася только вздохнула, и ушла.

-Спасибо, что приехала.

-Да не за что, солнце, так что же случилось?

- Я хочу уехать отсюда и не возвращаться.

Моя мама подошла к моей постели, присела рядом и ни о чем больше не спрашивая, обняла меня. Именно поэтому я не хотела говорить при Асе о своём намерении бежать отсюда.

-Хорошо, папа уже ждет.

Укладка вещей заняла не более полутора часа. За это время Ася успела поругать меня, позлиться, простить меня за игру в недомолвки, а сейчас вот обнимает и нежно поглаживает волосы.

Пора прощаться. Мы все вышли на крыльцо, но я не любила прощаться из-за тоски, которая потом долго не отпускает. Впереди полуторачасовая дорога. Я даже не попрощалась с Юлей. Потом, я слишком устала, чтобы ещё о чем-то думать. Ночью я почти не спала, от чего проснулась только ещё более уставшей. Перед глазами был Дэн и его слова. Они навсегда запомнятся мне. В этом я не сомневалась.

Поворот. Свет. Жмурюсь. Всего секунда, а я вижу то землю, то небо. Больно в груди. Мир медленно ушел у меня из-под ног.

Я понимаю, что сейчас это со мной не происходит. Что это всего лишь горькие воспоминания, но боль настолько ощущается, что я теряюсь в догадках, сон ли это, явь ли?

15 лет дружбы. Всё кончено.

- Где я? – Прохрипела я ощущая боль в каждой частице своего тела.

-Вы пришли в себя? - Легкий голос, заставил вздрогнуть.

-Где я?

-Вы в больнице. Ваша машина перевернулась. Помните? я ваш лечащий врач. Меня зовут Диана.

- Где мама, папа? Я должна знать, в порядке ли они. – Не на шутку встревожилась я.

-Ваша мама сейчас на процедурах, ее состояние стабильно.

- А мой отец?

Диана выждала паузу. Я занервничала.

-Он в коме.

-Что? Сколько она длится, день, два?

-Вы не поняли, прошло три месяца.

- Что со мной случилось? Почему я не помню эти три месяца?

- Когда вы были доставлены в больницу, на операционном столе, ваше сердце остановилось. Мы начали терять надежу, но в последнюю секунду сердце удалось завести. Вам очень повезло, что вас очень быстро доставили в больницу, а операцию проводил лучший врач этого города. Несмотря на то, что вас удалось спасти, вы не проснулись, а перешли в состояние овоща, то есть погрузились в состояние комы. Теоретически вы мертвы, потому что не способны в этот момент двигаться, говорить, думать, но, тем не менее, вы дышите, а значит – живы.

-Ладно, со мной всё ясно. В каком состоянии мой отец? Это единственное, что мне сейчас важно.

-Прогнозы не утешительны. Удар пришелся по жизненно важным органам. Трудно сказать выживет ли он. – Врач посмотрела меня, сочувственно кивнула, дотронулась до плеча, и извинившись вышла из палаты.

Я в ужасе. Нельзя сказать, чтоб я любила своего отца, равнозначно, как и он меня. Папа больше любил выпить. Но в этот момент мне было так тяжело на душе, что всё плохое забылось. Единственная мысль в голове: «Папа, пожалуйста, живи».

- Папа, пожалуйста, живи. – Повторила я вслух.

Мой врач вернулся, а с ней девушка в халате и с капельницей. По всей вероятности, она медсестра.

-Сколько? – Не церемонясь, снова принялась задавать вопросы.

- Никто не знает. Вам надо успокоиться.

- Сколько!? – Смешался мой крик со слезами.

- 1-2 недели. Не больше. Сейчас вы очень слабы, вам лучше поспать. Вы пострадали не меньше чем ваш отец. Только вас спасти мы смогли, а жизнь вашего отца уже от нас не зависит. Спите, вам лучше проспать эти переживания.

Я отвернулась, и закрыла глаза. Видимо в капельнице было снотворное, я уснула мгновенно.

Мама находилась у меня в палате каждую дозволенную минуту времени посещения. Она отвлекала меня от мыслей, а я отвлекала ее. Отец умер на третий день после моего выхода из комы. Я пролежала в больнице еще 2 месяца.

Моя жизнь изменилась раз и навсегда. Юля навещала меня как могла. Приезжала почти каждую субботу, а уезжала в обед воскресения. Мы говорили обо всём на свете и обе тщательно избегали темы о Денисе и о случившемся в результате моего уезда. Я не раз забывала об этом, но шрам, как вечное напоминание, приземлял меня на землю.