Однажды из Ада

Глава 14

– Да бери ты, мать его, трубку... – в который раз набирая знакомый номер, проворчал Люцифер, поморщившись от боли в сломанных ребрах.

Сверхъестественная регенерация, конечно, это хорошо. Но даже она не сможет заживить серьёзные травмы за несколько дней.

Вообще стоило удивляться, как Люцифер, в полубессознательном состоянии успел перенести себя из гостиницы домой и рухнуть не на асфальт, как Лайонел, а на родной и любимый мягкий диван из натуральной кожи.

– Твою мать! – отправляя мобильник в недолгий полет до стены, порычал мужчина, прикрыв глаза. – Никакой поддержки в этом мире!

Театрально вздохнул он, откинувшись на спинку дивана.

Этот предмет мебели был особым объектом любви Люцифера и в доме считался неприкосновенным и священным. Изготовленный из белой кожи, невероятно мягкий и удобный, итальянский диван был святилищем.

Усмехнувшись, вспомнив, как едва не убил Дона, когда застал его на своем диване с грудастой блондинкой, Люцифер любовно погладил сиденье. На этом диване сексом нельзя было заниматься никому. Ещё чего не хватало, осквернять итальянскую классику.

Отвлекаясь от приятных воспоминаний, мужчина тяжело вздохнул и поднялся, чтобы взять пульт от телевизора. Увы, но отдохнуть с телевизором ему не дал все тот же вездесущий Дон с неизменной улыбкой.

– К тебе гости. Ну или гостья, до скрежета зубового серьезная дамочка из отделения. Звать? – поинтересовался он, сложив руки за спиной, предусмотрительно остановившись в паре шагов от драгоценного дивана.

Ему вполне хватило и одной выволочки.

Вздохнув, прекрасно понимая, что там за визитер, Люцифер поморщился и покачал головой.

– Зови, пёс с ней, – неосторожно махнул рукой мужчина и на мгновение прикрыл глаза, пережидая, вспышку боли.

Кивнув, Дон неспешно вышел, а через несколько минут в комнату вошла Эва. Остановившись напротив диванчика, женщина нахмурилась.

– В гостинице был Лу, судмедэксперт, он работал на Камиля Лайонела, который приказал ему следить за вами, искать Тони и собирать улики по убийствам существ, – сообщила женщина, все больше хмурясь.

Выглядел мужчина самым что ни есть паршивым образом, хотя и радовало, что он жив. Когда она увидела Данте, вылетающего из окна, Эва впервые за долгое время ощутила страх.

– Я не хотела тревожить, но мне показалось это важным, – опустив взгляд, добавила женщина, одновременно ощущая что-то странное.

Какой-то смазанный шепоток на самой грани сознания. Сосредоточься и исчезнет, но отвлекись, и он снова шелестит, разрастаясь.

Взглянув на женщину, Люцифер только вздохнул.

– Эва, после знакомства с тобой я уже подумываю переехать, – скривился он, осторожно опускаясь на диван. – Правда, ещё не решил: куда или кого.

Медленно выдохнув сквозь стиснутые зубы, Данте снова взглянул на свою гостью.

– А в отеле слуга Лайонела пытался меня убить заговоренной, я думаю, пулей, – осторожно пожал плечами он. – И какой мы из этого делаем вывод?

Неодобрительно наблюдая за его телодвижениями, женщина сразу же сделала вывод о необходимости лечения, но вслух, покачав головой, сказала другое.

– Что кто-то очень хотел, чтобы ты поверил, что Лайонел замешан в этих убийствах, пришел к нему и там тебя убили. Или его. Вас хотели стравить. Для того, чтобы ты его убил или он тебя, интересно...

Поморщившись, Эва машинально коснулась своего бока ощущая на внутренней стороне куртки что-то длинное и холодное.

Нож. Ну конечно, она же взяла нож... Зачем?

– Может быть, – осторожно отозвался Люцифер, задумчиво кивнув.

Он и сам недавно пришёл к такому выводу. Слишком уж неосторожно для Камиля действовал убийца. Только вот поговорить с вампиром не вышло. Сначала слуга с пистолетом, а потом и сам Камиль этому помешали. – Это всё?

– Почти... – кивнув отозвалась Эва, поведя плечом. – Ты спрашивал, что ты для меня? Я соврала. Может не осознанно, но соврала. Ты настоящая мозаика, где совершенно противоположные компоненты не только мирно уживаются, но так удивительно переплетены, что отделить их уже просто невозможно, да и не нужно. Если в мире есть что-то уникальное, это нужно не расчленять, этим можно восхищаться. Особенно, когда мозаика нанизана на алмазную сердцевину, достойную уважения.

Хмыкнув, женщина качнула головой и развернулась к выходу. Она сказала все, что хотела и нужно было уйти, но стоило развернуться, как шепоток на грани сознания вдруг ударил по разуму. В какое-то мгновение Эва ощутила, как ее мысли, сама Она погрузилась в тьму. Тело, будто подчиненное чужой воле развернулось и губы сложились в чужую улыбку. Будто со стороны, не в силах даже осознать ясно, что происходит, женщина обернулась к Данте и приблизилась к нему. На миг заглянула в глаза и просто склонилась, будто собираясь поцеловать, а в следующую секунду пальцы цепко сжали рукоять ножа, вырывая его из подкладки пиджака, чтобы попытаться ударить мужчину острием.

В последний момент Данте успел отшатнуться назад, так что, клинок только вспорол рубашку, оставив на коже не глубокую царапину.

– Просто убийственный комплимент, – усмехнулся мужчина, делая шаг назад. – Совсем в твоём стиле, Лилит.

Прищурившись, Люцифер отступил от окна, глянув на кого-то за спину женщины.

– Давай!

Будь Эва в своем сознании, она обернулась бы, узнать, кто за ее спиной, но она была не в себе. Единственным заданием, которое сейчас стояло перед ней было убийство Данте. Резко рванувшись вперед, женщина попыталась достать его ударом ножа, но не успела. На ее спину обрушился удар, сбивающий с ног.

Покатившись по полу, Эва тотчас поднялась, на миг замерев напротив... Существа.

Вернее, это было Дон, но распахнутые кожистые крылья, удлинившиеся когти и резко потемневшая кожа давали понять, кто она на самом деле. От изумления и проклюнувшейся искры страха, женщина, вопреки приказу сделала крошечный шаг назад, но давление на сознание тотчас усилилось.