Однажды мы...

Глава 20

И что вы скажете? Скажете, мой новый план провалился? А вот нет. Я спокойненько шла по коридору, как вдруг услышала подозрительное шуршание, я заглянула в щелку и увидела интересную картину. Павел Алексеевич и моя бабушка держались за руки и смотрели друг на друга если не влюблёнными, то очень милыми взглядами. Правда, у бабушки во взгляде мелькали лишь симпатия, смешанная с уважением, у Павла Алексеевича была любовь, но я все равно очень обрадовалась, очень-очень.

Наконец-то у моей бабушки будет муж! Я так обрадовалась, что ворвалась к ним в комнату, крепко обняла ошарашенных моим появлением будущего дедушку и спросила, когда будет свадьба.

Бабушка рассмеялась, а Павел Алексеевич просиял, они сказали, что ещё подождут с этим, чтобы получше узнать друг друга.

Позже бабушка серьёзно поговорила со мной, но все же, пусть и не поженившись, они решили жить вместе и во всем помогать друг другу. А что я? Мой план с Василисой не вышел, и я тоже рада. Василиса не подходила ему никак, возможно, потом он найдет свое счастье с кем-то другим.

Единственное, что портит мою радость, — сегодня наш последний ужин с Сашей. Я нарядилась в лучший свой наряд и сделала красивую прическу. В комнату постучал Саша.

Войди, — крикнула я.

- Привет, — сказал он, зайдя.

- Привет.

- Я… Он помялся. — Всегда хотел спросить. А где же ты учишься или работаешь? Я никогда не видел, чтобы.

Я улыбнулась. — Мои оценки и знания не позволили поступить в университет. Я закончила девять классов и поступила в колледж на бухгалтера. И я не могу сказать, что что-то мне нравится. У меня нет увлечений, нет хобби, я бесполезна и не умею практически ничего. Типичная избалованная девчонка, не умеющая ни работать физически, ни умственно. Я грустно усмехнулась.

Это была моя больная тема. Но я и правда не могла делать что-то больше, чем другие: хорошо учиться, заниматься спортом, ничего, единственное, что я умела, — это веселиться.

- Странно, — произнес Саша.

- Конечно, странно, дочка умнейших родителей — круглая дура.

- Нет, я не это имел в виду, я тебя знаю, у тебя живой ум, острая интуиция, и ты не похожа на круглую дуру, как ты выразилась.

- Я посредственная.

- Неправда. Знаешь, я хотел бы тебе предложить, я могу устроить тебя в мою компанию менеджером в филиале этого города. С твоим умом и общительностью ты точно справишься с этим.

- Правда? — обрадовалась я. — Правда?

- Спасибо тебе, спасибо огромное, — я кинулась к нему на шею. — Спасибо.

Он обнял меня.

- Пожалуйста. И он оглядел меня: — Ты сегодня отлично выглядишь. Для меня наряжалась или для своего футбольного парня? — съехидничал он.

- Саша! — прошипела я.

Мы все сидели за столом. Я, бабушка, Саша. Павел Алексеевич не пришел, да и бабушка его бы не пригласила.

- Ну что ж, дети мои, помирились все-таки, — сказала бабушка. — Я очень рада.

Мы переглянулись.

Потом мы мазали друг друга тортом, бабушка смеялась, и мы обмазали и ее.

- Ох, Саша, — сказала она. — Ладно, я понимаю, Лина совсем ребенок, но ты-то начальник, гендиректор, а когда вы вместе, ведёшь себя совсем как мальчишка, но скоро вернешься к своей деловой жизни, станешь серьёзным, и не увижу больше я веселья в твоем взгляде.

- Да, — помрачнел Саша. — Мне и правда скоро уезжать.

Мое сердце болезненно сжалось, я больше его не увижу. Почему так больно? Я ведь его не люблю, не люблю! Мне нельзя!

Есть расхотелось.

Я сбежала из-за стола, никому ничего не объясняя.

Лежала на кровати в апатии. Мне звонила Ника, но я не ответила.

С наступлением ночи решила выйти. Время на часах показывало один час утра, и я вышла в одну из малых гостиных, где открывался шикарный вид на ночной зимний пейзаж.