Однажды мы все посмотрели вверх

2.

Я сидел в гараже и размышлял над аквакаром.

Ничего, что надо мной смеются, и даже Лидия не понимает, зачем я с этим вожусь. Мне важно создать нечто значимое, и я не собираюсь останавливаться, пусть даже мне и говорят, что я занимаюсь ерундой вместо того, чтобы бросить весь свой мыслительный потенциал на улучшение города.

Сейчас я работал над внешним видом корабля и его соответствием первоначальному плану. Меня несколько смущало крыло моей машины — всё выглядело идеально, но мне казалось, что внутри явно есть какие-то технические неполадки. Я глянул в чертёж и сверился с крылом корабля. Казалось, что всё верно, но что-то заставляло меня сомневаться. Я проводил это сравнение уже три часа к ряду, но безрезультатно. Это выматывало.
Отбросив тетрадь в сторону, я снял очки и протёр глаза. Сегодня я чертовски устал. Университет не радовал, отец отсиживался в своей обсерватории, а Лидия не слушала мои теории.

Я встал и вышел из гаража, мне хотелось подышать свежим воздухом и посидеть на крыше, смотря вверх и размышляя о том, что там. Никому не нравилось поднимать голову и думать, единственные ли мы существа на планете, или же нет. В школе нас учили, что люди всегда жили под водой, что так было постоянно. Однако мне почти с первого класса начало казаться, что это не так. Если бы люди изначально были созданы как существа, живущие под водой, мы бы были похожи на рыб - у нас были бы плавники, жабры, и другие приспособления, чтобы существовать без кислорода. Однако, люди построили здесь купола, защищающие от воды, создали циркуляцию воздуха, огромные теплицы для выращивания клетчатки. Не знаю, почему никто даже не задумывался над этим, но мне лично всегда казалось, что здесь есть некая...неувязочка.

Витая в своих мыслях, я дошёл до заброшенной башни, которая ещё пару лет назад раздавала электричество. Здесь мне нравилось уединяться и сидеть, размышляя о своём, или же читать, или же смотреть вверх. Я забрался по пожарной лестнице и оказался на самой верхушке башни, а там было рукой подать до купола города.

Здесь мне нравилось смотреть на толщи воды, в которых резвились маленькие рыбки. Киты и акулы не осмеливались подплывать близко к людям, но иногда и они медленно двигались мимо купола.

Отсюда, сверху, город казался таким маленьким, суетным и словно бы игрушечным. Думаю, что если бы люди почаще залезали на крыши старых башен, возможно, они бы задумывались над смыслом своего существования. Они бы чётко и ясно увидели, как их мир искусственен. Что всё, что у них есть - создано ими же самими. Что довольствуются они лишь малой частью того, что могло бы у них быть. Словно сами залезли в пещеру и засели там по собственной воле, отказавшись от всего, что есть вокруг, и орудуя рукотворными изобретениями собственного разума! Это так бессмысленно, так...пластмассово… Подобные мысли всегда заставляли меня грустить.

Меланхолия не обошла меня стороной и сегодня.

Мне хотелось прямо сейчас достать громкоговоритель и крикнуть всем этим людям, что они свободны! Что они могут выйти за пределы собственной реальности, могут делать, что хотят! Чтобы они посмотрели вверх!

Но, конечно же, я ничего не сделал. Лишь уселся поудобнее и достал бутерброды, которые в обязательном порядке прихватил с собой. Я всегда ношу в сумке перекус, состоящий из хлеба, овощей и морепродуктов. Это была самая приемлемая еда из той, что была у нас в городе. Честно говоря, от всех этих переживаний я проголодался и был крайне не против поглотить свой перекус. Сделав большой укус, я с удовольствием стал смотреть за купол.

Темнело. Лучи солнца всё меньше проникали сквозь толщи воды, но в под куполом не холодало. В городе зажигались фонари, а в океане — флюоресцентные моллюски. Это было красиво, и я загляделся, так, что не заметил, как доел бутерброды.

Время пролетело быстро, и пора было возвращаться домой. До отбоя и комендантского часа оставалось совсем немного, а мне не хотелось напороться на штраф. Голубая вода за куполом уже превратилась в чёрное пространство, поглощающее всё вокруг, и лишь изредка можно было увидеть небольшие огоньки — это плавали светящиеся рыбы.

Я уже спускался по лестнице башни, когда мне внезапно расхотелось домой. Там меня не ждало ничего интересного — отец будет работать весь вечер, на ужин — холодные спрессованные консервы, и тихое бормотание телевизора.

Поэтому, оказавшись на этаже под крышей, я решил побродить по комнатам, слегка ощущая волнение от риска попасться патрульному, который обязательно обойдёт за ночь каждое заброшенное здание.

По большей части здесь ничего интересного не было - пустые тетради и книги, разбросанные по столам и полу, железные столы, щитки. Раньше здесь была исследовательская лаборатория, но потом что-то произошло, и команду учёных разогнали. Ходил слух, что случилась авария по недосмотру, но оснований доверять официальной версии у меня не было.

Я вглядывался в каждую мелочь на своём пути. Что-то лежало на местах, что-то было разбросано - полагаю, что не один я любил здесь проводить время. Замечались признаки присутствия шпаны в виде банок от газировки, рисунков на стенах и порванных наушниках, свёрнутых в спираль.

В коридоре между комнатами было темно, и я включил фонарик, чтобы моя исследовательская работа прошла без происшествий. Не хотелось мне споткнуться и упасть коленями в битое стекло, если честно. Под ногами валялись банки, ручки, гаечные ключи, и спустя какое-то время я перестал замечать, если от ботинок что-то отлетало.

Но вдруг...

«БАУМ»

Этот звук отличался от всех. Я прислушался. Похоже было на стеклянный сосуд, ударившийся о стену. Я пошарил фонариком по коридору, вырывая из темноты бумажки с записями, железные мелочи, похожие если честно не на научные приборы, а на орудия для пыток. А вот и предмет, который издал этот подозрительный звук. Было похоже на банку, в которой что-то лежало. Вглядываясь во внутренности находки, я так увлёкся, что от звонка, поступившего на телефон, аж подпрыгнул. Сердце колотилось, когда я брал трубку. Это оказался отец.