Однажды в баре "Серая Моль"

3

Для нее словно перестали существовать нелюди в ресторане. И официанты, и гости, и повара. Она глянула на бутылку на одном из оставшихся целыми столиков. Та была открыта, а винная пробка просто воткнута сверху. Взяв бутылку нетвердой рукой, нагиня попыталась откупорить. Та сидела плотно. Девица повозилась и так, и этак, даже глянула молящим взором на Златона — но тот никак не отреагировал. Лишь ухмыльнулся, скрестив руки.

Тогда она, полная решимости, взялась за бутылку зубами, и…

…пробка попала прямиком в горло. Нагиня начала задыхаться, схватилась за столик. Глаза её расширились. Злат кинулся было помогать, но его опередил парень-бармен. Лесовик, заросший бородой и волосами так плотно, будто не брился лет тридцать (возможно, так и было; эти чтят природную «красоту»).

— Кристина!!! — завопил он, кидаясь к синеющей девушке…

— О-о-о, она что, сдохла? — прервал Нику почти с предвкушением.

Виталик покачал головой.

…Парень бросился к нагине, схватил её под ребра и начал сдавливать грудь. Он повторял ритмичные движения раз за разом, а девушка, казалось, перестала подавать признаки жизни. Обмякла, побелела, растянулась в его руках безвольной куклой…

И тут бармен так саданул её меж ребер, что пробка выпрыгнула наружу. Девица закашлялась. Цвет лица к ней вернулся очень быстро.

— Мой спаситель! Проси, что хочешь! Я твоя! — сказала она, бросаясь в объятия к лесовику.

Офигевший Злат (не самый литературный термин, но в ту секунду он выглядел именно офигевшим, а не удивленным или обомлевшим) под шумок сменил форму на человеческую.

— Пойдем отсюда, — пробормотал он, быстренько расплачиваясь по счету. — Пока эта парочка не начала сосаться прямо на нашем столике…

А шансы были. Потому что прямо сейчас лесовик подхватил Кристину под бедра и шептал ей на ухо, что влюблен в неё вот уже несколько лет, а она отвечала ему что-то явно непристойное и вжималась всё плотнее.

Её любовь к Златону Адрону кончилась так же резко, как и началась…

Виталик закончил и замолчал, ожидая реакции. Альбина хихикнула в кулак, а вот Виктор и Нику оставались предельно серьезными. Вот бес, предатель! Мог бы хоть ради приличия посмеяться. Ну красочно же получилось!

— М-да, с чувством юмора у тебя проблемы, — покачал головой Альбеску. — Хотя… Нагиня точно не сдохла, по итогу? Нет? А кто-нибудь сдох? — улыбка, едва начавшая появляться на его губах, исчезла. — Если не сдох, то чего смешного? Ну что ж. Ты свой выбор сделал. Пообщались, можно и договорчик подписывать.

Он стукнул себя по карманам, словно намеревался нащупать договор там. Но Альбина недовольно цыкнула:

— Куда торопишься? Мы так не договаривались. Ещё история с него, — ткнула пальцем в Виктора, — с меня и с тебя.

— Мне самого себя смешить? М-да, на что ни пойдешь, чтобы заполучить новую жертву. — Вампир деланно вздохнул. — Будет ещё кровь, или как? А то я тут от скуки сам подохну.

— Секунду. — Виктор поднялся и, шепнув что-то девушке-официантке, мотнул головой в сторону подсобных помещений.

Вскоре та прибежала с наполненным графином и такими круглыми глазами, как будто сама выкачивала из бедного огра кровь.

— За встречу! — промурлыкала Альбина, поднимая бокал с коктейлем. — За знакомство!

— …и за новых рабов моего цирка! — радостно поддакнул Нику.

— О! — вдруг вскочила на ноги девушка, перебивая вампира. — Сейчас будет моя любимая песня. — Она повернулась к Виталику. — Пойдем потанцуем?

Виталик опасливо глянул на вампира, тот провел большим пальцем перед горлом, а затем согнул указательный и средний палец и воткнул себе в шею, намекая, что будет ждать мужчину, если тот согласится. Не то чтобы Виталик вообще планировал. Девица была хоть и симпатичной, но сёстры кровавых демонов, отбитых на всю голову, явно не в его вкусе.

— Спасибо, но я не очень хорошо танцую, да и вообще, не танцую вовсе… — начал оправдываться было Виталик.

Альбина изобразила жалостливый взгляд и дернула плечами, словно всхлипнула, затем еще и еще…

— Как ты смеешь отказывать моей сестренке?! — рассвирепел вдруг Нику, ударив по столу фужером с кровью так, что тот чуть не лопнул. — Если она пригласила тебя, ты должен плакать от радости и благодарить ее.

— Я уже плачу, — сдавленно произнес Виталик.

— Тогда идем, — заулыбалась девица и, подхватив Виталю под руку, увела за собой на танцпол.

Едва они вступили к танцующим, быстрая ритмичная музыка закончилась. Вместо нее заиграла другая композиция, чуть медленнее, хоть тоже с пронзительными битами.

Альбина доверчиво прижалась к нему, обвивая руками шею. Свет прожекторов мягко освещал фигуры нечисти на танцполе, отбрасывая на пол тени, которые танцевали вместе с остальными.

Альбина двигалась в такт музыке, а вот Виталик чувствовал себя заторможенно, руки, которыми он осторожно приобнял девушку (не дай бог ее братец углядит в его касаниях какое-то оскорбление или неуважение!), словно одеревенели. Да и ноги не слушались, он шаркал словно столетний старик.