Однажды в Лешково

Глава 19

Танья выходила от Василисы в приподнятом настроении. Староста вынесла вполне оптимистичный вердикт касательно дальнейшей успеваемости феи, и той больше не нужно изводить себя дополнительными занятиями.

- Но, - произнесла староста на прощание, - если понадобиться помощь – ты всегда можешь обратиться.

Фея благодарно закивала и, подпрыгивая, направилась привычным маршрутом к лесу. Закусив губу, девушка подумала, что теперь ей, пожалуй, придется что-то придумывать, чтобы продолжать заниматься полетом. Единственное, что вносило свою ложку дегтя в бочку с медом.

Но в этот день Танье не суждено было дойти до леса. На дорожке ее поджидала Забава, прислонившись спиной к растущей поблизости березке. От нечего делать, колдунья пинала мелкие камушки носком ботинка. Завидев подругу, она вмиг оживилась. Потянулась, разминая затекшие от долгого ожидания конечности.

Танья сильно удивилась при виде одноклассницы, но встретившись с ней взглядом, фея вдруг все поняла и без особого энтузиазма поплелась навстречу.

Колдунья уже давно заметила, как менялось выражение глаз подруги при виде ее и Бориса. И, пусть сейчас казалось, что все прошло, девушке было важно все для себя выяснить. А заодно убедиться, что дружба между ними не пострадала.

Какое-то время он шли молча. Забава продолжала пинать встречные камушки.

Все дышало тишиной в этот промозглый час, и только за закрытыми дверями раскинувшихся вдоль дороги домов звучала приглушенная жизнь. Белое, словно парное молоко, небо, тянулось лениво, тяжело. В тон ему с земли тоже начали пропадать привычные яркие краски. Трава увяла, приобретя болезненный желтый цвет, местами даже посерела. С деревьев слетали последние ослабшие, безжизненные листья. Не слышно ни утробного кваканья жаб, ни легких трелей птиц.

- Почему ты не сказала, что тебе нравится Борис? – бесцветным голосом задала вопрос Забава.

- Я не хотела, чтобы ты начала нас сводить, - честно призналась Танья, поглубже втягивая шею в горло куртки.

- А я подумала, что ты мне не доверяешь, - в голосе колдуньи проступила горечь разочарования.

Фея пристыженно сжалась. И вновь между подругами образовалась тишина.

- Я доверяю тебе! – вдруг в отчаянии воскликнула фея. – Просто ты бы точно не оставила бы это, как есть! А я такая трусиха! И стеснялась ужасно! Да и к тому же Борису я бы никогда не понравилась! Выглядела бы ужасно глупой!

Забава молчала, позволяя подруге высказать все, что накопилось.

- Но я не хотела тебя обидеть! Честно! – от стыда глаза у Таньи горели застывшими слезами. – К тому же, - неожиданно заулыбалась фея, - я очень рада за вас. И думаю, хорошо, что я тогда промолчала!

- Да-а, – вынуждена была признать ее спутница. – Потому что иначе я бы точно не дала Борису шанс. Да и как могла бы, зная, что он тебе так нравится!

Подруги остановились, глядя друг на друга. Все преграды, затаенные обиды, проглоченные слова – испарились.

- Мне он больше не нравится, - совершенно спокойным голосом произнесла Танья. – Не знаю, как так получилось, - пожала она плечами. – Да только все! – улыбка озарила ее лицо.

- Я рада! – выдохнула юная колдунья. – Потому что кажется, я его… люблю, - заглядывая в глаза подруге, призналась Забава.

У Таньи аж челюсть отвисла. Она подпрыгнула к подруге и сжала в объятиях.

- Я так рада за тебя! – запрыгала фея.

Несколько сконфуженная такой бурной реакцией одноклассницы, Забава прочистила горло и попыталась успокоить через чур расчувствовавшуюся подругу.

- Только Люсе пока не говори. Я еще не успела купить валерьянки для нее, - прокряхтела колдунья.

Фея, отпустив ее, закивала так оживленно, что Забава испугалась, как бы у той голова не отлетела. Уже самостоятельно, спокойно обняв Танью на прощание, она направилась в сторону своего дома.

- Ты сегодня рано, - заметила Клавдия Ягинична, встречая внучку.

Та кивнула, не без сожаления подумав о невольно пропущенной тренировке.

- А у нас гости! – возвестила женщина, провожая школьницу на кухню.

Танья, насторожившись, авось еще каких родственников ветром надуло, вошла на кухню и тут же прыснула со смеху.

- Это же Люся!

- А Люся что, уже не гость? – подразнила внучку пожилая женщина.

- Я же своя! А не чужая! – обиделась девушка.

Леся тоже была здесь. Сидела за столом в ярком свете люстры и попивала чай.

Сложно было вспомнить, когда девчонки в последний раз собирались практически всем составом.

- Ты чего такая загадочная? – выгнула брови Люся.

- Я? Ой! – Танья прикусила язык, едва было не взболтнув лишнего.

Прочистив горло, она попыталась придать лицу чуть более спокойное выражение и, подсев к подругам, поделилась своим разговором с Забавой, утаив, как и обещала, самую главную новость.

- Ну и хорошо, что поговорили! – подвела итог Леся.

- И не будет больше тайн! – хлопнула в ладоши Люся.