Однажды в Лешково

Глава 38

Лада, натянув шапку с помпоном по самые глаза, а теплый шарф с цветным рисунком – по нос, с видом опытного детектива следила из-за забора за домом Мала. Дело это было опасное, чреватое угодить самой под наблюдение их местного участкового, чей дом располагался аккурат возле дома одноклассника. Но, если честно, сама девушка об этом даже не подумала, увлеченная своей теорией.

Лада, натянув шапку с помпоном по самые глаза, а теплый шарф с цветным рисунком – по нос, с видом опытного детектива следила из-за забора за домом Мала. Дело это было опасное, чреватое угодить самой под наблюдение их местного участкового, чей дом располагался аккурат возле дома одноклассника. Но, если честно, сама девушка об этом даже не подумала, увлеченная своей теорией.

Дом юноши хоть и располагался в самом центре села, был старательно спрятан за стволами вековых деревьев и цепкими пальцами кустарников. Словно он не хотел быть замеченным людьми. По лету, когда зеленая трава набирала свою силу, плотным ковром покровом прилегала она к фундаменту дома, а вьюны опутывали его стены. Так и стоял бы дом колдуньи с поэтичным именем Искра чужаком, если бы не переливистый смех младшей дочери Златы и простой характер старшего сына Мала. Только из-за них к дому тянулись люди.

- Ты чего тут?

Лада медленно повернула голову и обнаружила Кирилла. Тот встал напротив, и только пустота из-за открытой настежь калитки разделяла их. Юноша смотрел на одноклассницу беззлобно, даже с легкой насмешкой. Уж больно ему было интересно, что же взбрело в эту хорошенькую светлую головку.

- Тихо ты! – не растерявшись, шикнула на него Лада. – Я слежу.

- За чем? – расслабленно облокотившись о забор, поинтересовался Кирилл.

Поглядывая на дом, как если бы из плотно зашторенного окна ее кто-то мог заметить, девушка, пригнувшись, добежала до парня и с жаром заговорила, без тени смущения оказавшись непозволительно близко к однокласснику. Тот нервно выпрямился и изо всех сил постарался сосредоточиться на сбивчивых объяснениях Лады.

- Я тут подумала, что у приворота должно быть какое-то вещественное доказательство. Ну, может, у Мала пропало что или, наоборот, появилось. И, если это разбить, а, может, вернуть, то все пройдет? – и колдунья вперила в юношу свои серые глаза, полные вопросов.

- Что-то как-то путанно, - пробурчал он. – Это с приворотами всегда так?

- Нет! Или да, - неуверенно добавила Лада. – Не знаю, - отрезала она.

- Как? – недоверчиво улыбнулся Кирилл.

- Ну-у, - смущенно протянула девушка. Ей вовсе не хотелось выглядеть колдуньей-недоучкой перед одноклассником. – Просто приворот ведь запрещен, - попыталась оправдаться школьница, - вот я и не углублялась.

- Понятно, - уже шире улыбнулся юноша.

Лада насупилась, скрывая укол ее гордости.

- Пойдем, - снисходительно глянув на девушку, скомандовал Кирилл и, не дожидаясь ее ответа, направился по дороге. – Раз тут замешана Любава, вот у нее все и узнаем!

Решительный настрой одноклассника вдохновил Ладу, наполнил непоколебимой верой, что у них все получится. Раньше колдунья недооценивала парня, считая того добродушным дуралеем, не больше. И как же ее поражали новые, невиданные ей прежде, стороны, с которых раскрывался Кирилл. Уверенный и вместе с тем беззаботный, рядом с ним рождалось ощущение, что и горе – не беда. И, даже если из их затеи ничего не выйдет, все обязательно будет хорошо.

Оказавшись у дома болеющей одноклассницы, оба замерли в замешательстве. Валике виднелась удаляющаяся фигура Мары. Ее темные кудри трепал ветер. Осанка гордая, величественная. Девушка не бежала с места преступления, она скользила, влекомая чем-то, известным только ей. Ни Лада, ни уж тем более, Кирилл, понятия не имели, что уже который день подряд стоит наследница богини Смерти под окнами дома одноклассницы и сверлит взглядом окно в ее комнату. Приводит ее сюда тень смерти, ароматом которой пропитался весь дом. А сосредоточие его – комната Любавы.

Переглянувшись, Лада с Кириллом замерли на краю владений гордой красавицы.

Дом колдуньи представлял собой светлый двухэтажный терем с ажурными арками на крыльце служил предметом гордости Любавы. Никто в округе не мог похвастаться столь кукольного вида домиком. Такая нарядная внешняя отделка разительно контрастировала с бедным, запущенным садом, который мог похвастаться разве что несколькими дикими кустами да парочкой деревьев. В самом дальнем конце участка притаилась припорошенная снежком грядка Любавы, на которой та по лету выращивает ядовитые растения.

Несмотря на древность рода, семье Любавы, старшему поколению, состоящему из бабушки и мамы, колдовское ремесло доставалось тяжело. Растения их не слушались, гибли, не желая расти под их добрыми, но пугливыми руками. А колдовство силу любит, решимость. Как и природа. От слабости оно бежит.

Если бы не Любава, все давно бы позабыли, что обитательницы терема принадлежат к сказочному миру.

- Если хочешь, я могу с тобой сходить, - предложил Кирилл, застыв у калитки вместе с девушкой.

- Давай, наверное, я пойду, - растеряв всю решимость, все же предложила Лада, разглядывая дом.

- Да, так будет лучше, - согласно кивнул юноша, про себя с облегчением выдохнув.

Не особенно ему хотелось встречаться с заносчивой одноклассницей и выспрашивать про такие вещи, как приворот. Что он тут мог сказать? Выглядел бы дураком. И все же он испытывал легкое беспокойство за Ладу. Мало ли что у Любавы на уме. Как правило, никогда ничего хорошего.