Однажды в Париже

Глава 12. Последняя ночь.

Отвлекаться больше не получалось. Весь день мысли крутились только вокруг завтрашнего дня, рейса, который унесёт обратно домой. Ощущение было словно тонкая трещина в стекле — с каждым часом она становилась всё глубже, возвращая меня к Александру.

Вечером пришло сообщение:

“Приходи в студию. Последний ужин в Париже должен быть особенным.”

Долго смотрела на экран, прежде чем написать короткое:

“Хорошо.”

В студии царил мягкий полумрак. На столе стояли две тарелки, бокалы и свечи. Александр встретил у двери, но на этот раз без привычной улыбки.

— Ты пришла, — тихо сказал он.

— Я обещала, — ответила, стараясь скрыть волнение.

Он жестом пригласил к столу. Мы начали ужин, говорили о Париже, о книгах, о вещах, которые он собирал в своей студии. Но напряжение висело в воздухе, и каждый из нас знал, что этот вечер значил больше, чем просто прощание.

Александр наполнил бокалы вином и вдруг посмотрел с лёгкой улыбкой.

— Я всё думаю, почему мы до сих пор говорим друг другу «вы».

Подняла брови, удивлённо глядя на него.

— А почему?

— Может, слишком уважаем друг друга, — усмехнулся он. — Или боимся.

Вино разливалось приятным теплом внутри, делая мысли чуть более лёгкими.

— Возможно, — призналась. — Но это странно, ты прав.

Александр поднял бокал, глядя прямо в глаза.

— Тогда предлагаю выпить за то, чтобы перейти на «ты».

Улыбнулась, слегка соприкоснувшись с хрусталём.

— За «ты».

Вино было мягким, а вместе с ним ушло и последнее напряжение.

Когда ужин закончился, он убрал посуду, а потом подошёл к столу с бокалом в руке.

— Света… — голос звучал низко, чуть хрипло. — Я не знаю, что сказать.

Сердце забилось быстрее.

— Может, тогда не говори? — тихо предложила.

Он поставил бокал и сделал шаг ближе.

— Я просто… хочу, чтобы ты знала: ты изменила что-то во мне.

— Саша… — начала, но он прервал.

— Нет, позволь мне закончить. Думал, что больше никогда не смогу впустить кого-то в свою жизнь. Но ты… Ты разрушила эту стену.

Глаза наполнились слезами. Отвернулась, чтобы он не заметил.

— А ты? — его голос был ближе, горячее дыхание коснулось уха. — Почему позволила мне быть рядом?

Замерла. Голос дрогнул, когда ответила:

— Не знаю. Думала, что больше никогда не смогу чувствовать, но ты… всё изменил.

Александр провёл пальцами по волосам, заставляя посмотреть на него.

— Света, не знаю, что нас ждёт дальше. Но я знаю одно: то, что чувствую к тебе, — это больше, чем могу выразить словами.

Губы дрожали.

— Я тоже… чувствую это, — призналась.

Он осторожно прижался губами ко лбу, затем вздохнул, словно отпуская последние сомнения.

— Тогда не думай о завтрашнем дне, — тихо сказал. — Просто будь со мной сейчас.

Кивнула.

Поцелуй был нежным, но наполненным подавляемой страстью. Его ладони обхватили лицо, прижимая ближе, словно боялся отпустить.

Отступили к дивану. Александр осторожно уложил меня, продолжая целовать, но не спеша. В его движениях было что-то бережное, словно он ждал разрешения.

— Всё хорошо? — шёпот у самого уха.

Кивнула, обхватывая его за шею.

— Да.

Пальцы скользнули по коже, медленно снимая свитер, затем рубашку. Всё происходило так мягко, что казалось нереальным. Сомнения и страхи исчезли, уступая место только одному — желанию быть с ним здесь и сейчас.

После всё было тихо. Мы лежали рядом, глядя в потолок. Александр провёл рукой по волосам, затем тихо спросил:

— Ты в порядке?

Повернулась к нему. В глазах смешались тепло и грусть.

— Да, — ответила. — Но не знаю, как уехать завтра.

Он замолчал, прижав меня к себе.

— Ты должна сделать то, что нужно, — сказал он. — Но я буду ждать.

Закрыла глаза, пытаясь сохранить этот момент в памяти.

В его объятиях пришло осознание: больше никогда не буду прежней.